Алекс Кун - Петербург
С поставками поступил просто. Обобщил все листы и послал письмо Петру, в котором обрисовывал состояние стройки, принятые решения по строительству ансамбля дворцовой площади и намекал — если поставок по спискам к весне не будет — дворец не построим. Отдельным письмом отписал Петру подробно про летнюю кампанию — письмо вышло, чуть ли не толще послания о строительстве. В письме подробно остановился на необходимости переселения наших крестьян на Шетландские острова и вдоль нашего побережья Ботнического залива. Пока для Леруика хватит десанта в три тысячи крестьян, и для побережья — восьми тысяч. Но собрать эти хозяйства, со всем их скарбом, и, желательно, снабдив их дополнительной скотиной — надо к ранней весне. Все это приходилось формулировать крайне осторожно, но настойчиво — иначе государь может отмахнуться от важных мелочей поглощенный портретом Марии на фоне карты новых границ.
Рассылал письма на заводы, прикладывая к ним листы поставок. Даже Боцману большое письмо отправил, в котором, кроме обычных наших договоренностей о караванах, просил организовать новые караваны — строительные.
Дело в том, что рыскающие по югу России поисковые партии рудознатцев нашли много интересного. В том числе, нашли природный асфальт на Волге. После моего возвращения с юга, удалось получить у Петра указ, о пожаловании мне этих земель под разработку.
Выходит, в очередной раз пришлось подсидеть тезку, так как в моей истории Петр дал права на разработку этих земель именно ему. Да только зачем тезке эти залежи асфальта и сланца, если он не ведает, что это такое? Ведь асфальт для дорог, в моей истории, начали применять только в девятнадцатом веке. До этого называя его «горной смолой», не понимая механизма появления и не находя ему применения.
Хотя нет. Применение асфальту находили. Древние кораблестроители плели корабли, как корзины, и асфальтом обеспечивали герметичность судов. Говорят, даже Ной замазывал свой Ковчег именно асфальтом. Применяли асфальт и во времена строительства пирамид — амфоры асфальтом затыкали. Более того. Археологи моего времени обнаружили батареи амфор со вставленными через асфальтовые пробки электродами, и были вынуждены, по совокупности многих фактов, признать, что древние использовали электрические батареи, причем, скорее всего, для гальванического золочения украшений.
Ну да это так, просто всплыло в памяти в связи с асфальтом о котором, если честно, мне и самому не особо много известно.
Собирая куцые обрывки памяти можно предположить, что черные наплывы природного асфальта, это просто признаки залегания нефти. Ведь нефть, это бывшая органика, которая за тысячелетия перепрела под землей, подвергаясь естественному «пиролизу». В результате на глубине образовались озера и реки этой жидкости, плюс еще газа, под высоким давлением, который всегда выделяется при любом «пиролизе» органики. Благодаря давлению этого газа нефть и фонтанирует из скважин, как из сифона, когда буровики прокалывают трубами своды подземных нефтяных пещер. После того, как давление газа падает, нефть приходиться выкачивать более сложными способами, вплоть до закачивания в скважину, под давлением, «заменителей» газа, сопутствующего нефти.
Но и без скважин нефть, под давлением газа, стремиться просочиться через малейшие трещины в земле. Если эти трещины подходят близко к поверхности — нефть вытекает на нее из своих подземных резервуаров и, попадая под солнце, которое выпаривает из нефти легкие фракции, и на воздух, окисляющий тяжелые фракции, постепенно высыхает. Такие засохшие пласты образуют асфальт — остается только нарубить из них сырья, доставить на строительство, разогреть, добавить в получившуюся вязкую массу горячего песка и щебня, после чего, укладывать на дороги и трамбовать. Кстати, то, чем в мое время покрывали дороги, называется асфальтобетон, отражая в названии смесь из асфальта, песка и щебня. Но мы привыкли эту смесь называть просто асфальтом, по наименованию главного компонента.
Хотя, если честно — чем, в мое время, покрывали дороги, а главное, как именно их покрывали — называется совсем уж неприличным словом. Но теперь это будут уже вопросы не столько технической реализации, сколько лейб-ревизоров. Нормальные дороги не любят экономии на них, и не любят воров.
Вот и просил Боцмана об организации обильных караванов барж с асфальтом. Заодно оценим, насколько дорогое у нас выйдет дорожное покрытие, с учетом подготовки подушки, добычи асфальта, его доставки, переработки, заполнения и укладки. Подозреваю — очень не дешево, особенно с учетом, что технологии только отрабатываем.
Привычных для меня асфальтовых катков пока не будет, вся укладка ручная, при помощи лопат, трамбовок и катков, в виде деревянных колод, обтянутых железным листом. Зато людей на строительстве у нас много. И работают люди с энтузиазмом.
К слову о Боцмане — в управлении градоначальника, расположившемся в Петропавловском форте, для меня накопилась целая пачка его писем и отчетов по вверенным ему делам. Читал все письма вдумчиво, сразу набрасывая в блокнотик озвученные проблемы, и способы их решения. Наши земельные артели выходили на первое место по значимости для дальнейшего развития производств.
Спросите, при чем тут артели и производство? Цепочка проста — чем больше людей смогут кормить артели, тем больше народу можно будет оторвать от земли и занять на прокладке дорог или строительстве, а потом и работе, на новых заводах. Планы у меня намечались масштабные, особенно после денежных вливаний из сундуков бояр, и с военных мародерств. Вот только людей деньгами не накормишь — надо в кратчайшие сроки расширять географию и техническое оснащение артелей. Исполняя мои требования к расширению, Боцман посылал караваны осваивать северные земли и берега Волги. Он даже караваны в Крым, по согласованию с Шереметевым, посылал.
Посему, все отчеты и просьбы Боцмана для меня имели высший приоритет. В его расширяющемся хозяйстве накапливалось много проблем, от конфликтов с аборигенами, до проблем технического характера. Более того, не будучи специалистом, в сельском хозяйстве, решить эти проблемы мне было не по силам, а профессора академии, которые были наняты на консультации артелей — кардинально расходились по многим вопросам мнениями. Выходило, что Боцман экспериментировал почти вслепую, особенно, когда начал посев, кроме зерна, всех культур, что выращивали на средиземноморье, от кукурузы до топинамбура, пользуясь рекомендациями иностранных «агрономов».
Все, что мог сделать — это рекомендовать не бросать попыток расширения «ассортимента», но присматриваться, что приживется и дает хороший урожай, а что чахнет. Все, что сможет расти на наших землях — найдем, как использовать. Например, в мое время из сахарной свеклы перегоняли сахара примерно четыре тонны с гектара. А в Бразилии из топинамбура перегоняли до 9 тонн сахара с гектара, или до 11 тонн спирта на топливо. Есть о чем задуматься, даже с учетом разницы в климате. Хотя, мое мнение в этом вопросе не стоило считать основным.