Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

— Что ты! Конечно нет! — заверил я ее, отмечая слегка участившееся сердцебиение.

— Прости, я только хотела сказать, что по хорошим поводам в отдел кадров не вызывают.

Час от часу не легче. Ну ладно, волков бояться — в лес не ходить. Посмотрим, что приготовили для меня местные волчицы.

Отдел кадров находился на двадцать восьмом этаже. Наташа, когда двери лифта открылись, шепнула:

— Тебе прямо до упора и направо. Удачи!

— А ты разве не проводишь меня? — удивился было, но меня мягко подтолкнули в спину, и я оказался за пределами лифта.

Слышал только, как Наташа лихорадочно жмет на кнопку закрытия дверей.

А местечко и правдо казалось жутким. Длинный полутемный коридор без окон, словно пещера, ведущая в логово монстров. По бокам двери, из которых доносились жутковатый стук клавиш, словно кто-то работал отбойным молотком, и злой, надрывный женский смех.

Фух, я и правда словно в ведьминской пещере какой-то! Интересно, это они специально так над акустикой на этаже поработали или случайно получилось? Еще и из открытых дверей падает бледный свет, а на его фоне мелькают зловещие тени.

Да… науськали меня Бойлеров и Наташа. Даже сам не заметил, как проникся и впечатлился атмосферой этого места. А ведь это тоже всего лишь сотрудники компании. Хоть и обладающие большей властью, чем многие другие отделы.

Ладно, я и не с такими злодеями дела имел. Как-то раз на мой замок напала секта противников лечения болезней зельями. Они называли себя странным словом «антиваксеры». Я так и не понял, что оно означало. Но твари были жуткие. Все больные: разносчики кучи смертельных болезней, уродливые, блюющие гноем и покрытые гнойными же язвами. Да… Вот тогда, признаться, и мне было не по себе. Мои воины расстреляли пять сотен таких на подступах к замку. Потом их тела сожгли вместе с лесом в радиусе пары километров, чтобы нигде случайной заразы не осталось. Ещё и их дорогу пришлось буквально выжечь.

А тут так, просто отдел кадров.

Похрустев шеей, двинулся вперед. Из кабинетов на меня поглядывали женщины разных возрастов и внешности. В глазах — праздное любопытство и ничего более, а на столах — чай и тарелки с выпечкой и тортиками. За парой дверей видел людей явно не с этого этажа. Вот в их глазах плескалась обреченность.

Коридор кончился небольшим залом ожидания. Пара диванов, журнальный столик, несколько кадок с ухоженными зелеными растениями. Даже мило. На три стороны двери. Прямо и налево — замы, направо — начальница отдела кадров Эвелина Семеновна Кудинова.

Что бы там ни было, надеюсь, что задержат ненадолго. Мне еще ингредиенты для спасения девочки искать.

Постучал в угоду этикету, толкнул матовую стеклянную дверь и вошел. Начальница отдела кадров медленно оторвала взгляд холодных глаз от экрана монитора и подняла его на меня.

Я был впечатлен. На меня смотрела взрослая красивая женщина примерно сорока пяти лет. Ее красота всего лет десять назад сшибала бы с ног, а сейчас слегка подувяла. Но Эвелина не молодилась, как многие стали бы делать на ее месте. Не использовала яркий макияж, но видно было, что она тщательно следит за своей внешностью. Из сказочной принцессы она превратилась в королеву, которая командует целыми армиями, посылая мужчин на смерть.

Даже так, когда она сидела, было понятно, что ее рост около метра восьмидесяти. Пышные светлые волосы были собраны на затылке заколкой, на лоб падала челка. На зеленых колдовских глазах блестели круглые очки. Фигура у женщины была отличная. Узкую талию подчеркивала высокая юбка кремового цвета, такой же пиджак висел на спинке стула. Ноги под стеклянной столешницей тоже были что надо. Лицо Эвелины Семеновны было острым из-за носа и беспристрастным, а взгляд обжигал холодом, как высокогорный воздух в бурю.

В кабинете царил полумрак, так как обе стены, которые были окнами в этом угловом кабинете, оказались забраны жалюзи.

— Я так полагаю, вы тот самый Исаев, который никак не мог найти дорогу в наш отдел? — спросила она, одним голосом пытаясь пригвоздить меня к месту.

Не вышло. Я прошел и сел в кресло напротив.

— Прошу прощения, — сказал так, чтобы было ясно — во мне нет ни капли раскаяния. — Был занят. Спасал нашу компанию от скандала с кучей многомиллионных исков.

— Я уже наслышана об этом, господин Исаев, — произнесла Кудинова и замолчала.

Я тоже молчал. Это не я к ней пришел, а она меня вызвала. Но уже догадался, что это такая проверка на вшивость. Или внутренний стержень. Если сдашься первым, покажешь свое нетерпение или неуверенность, то проиграешь, даже не начав партию. Поэтому я молчал. Молчала и Эвелина.

Я не сводил с нее глаз, используя этот момент, чтобы лучше рассмотреть. Она беззастенчиво делала то же самое, уперевшись локтями о стол и оперев голову на сцепленные ладони.

Да, она была хороша. И прекрасно знала это.

Наконец, в ее глазах мелькнуло что-то похожее на удовлетворенность, и она заговорила:

— Вы знакомы с ценностями нашей компании?

Я бросил быстрый взгляд на серию полутемных плакатов за ее спиной.

— Скажем так, не в лицо, — ответил честно.

Да и мне просто было скучно запоминать десять общих фраз, на которые плевать всем, кроме, может быть, тех, кто их придумал. Ну и Эвелины Семеновны.

— Десять ценностей, господин Исаев. Одна из них — честность и преданность. Как думаете, какая половина наиболее важна?

Я хмыкнул:

— Это риторический вопрос?

— Это вопрос, от которого зависит ваше будущее в «Воронов Фармацевтика», — расслабленно откинулась на спинку специального, эргономичного кресла Кудинова.

Я слегка позавидовал. У нас в отделе — круглые табуреты, которые еще и крутятся в самый неподходящий момент.

Куда интереснее, что начальница отдела кадров чувствовала себя здесь хозяйкой положения. Так оно и было, в общем-то: она имела на это полное право. Но помыкать собой я ни за что не дам. Чем бы это ни грозило.

— Нет, Эвелина Семеновна, — ответил ей, — мое будущее зависит только от меня, а не риторических вопросов. Давайте начистоту. Я ведь здесь не для того, чтобы сдавать экзамен по ценностям компании. Кое-кто — возможно, я даже знаю кто, — ратует за мое увольнение.

Кудинова снова оперлась локтями о стол,