Абиссинец 1890. Том 10 - Сергей Насоновский
Команды обоих округов съезжались сюда с утра. На улицах было людно, возле коновязей перекликались казаки, то и дело кто-нибудь узнавал наших и окликал по имени.
У правления я заметил Петра Петровича Эпова. Козловские прошли Лончаково еще до рассвета, поэтому прибыли раньше. Петр Петрович разговаривал с казакевичевским окружным атаманом, Иваном Федоровичем Аникиным. Крестный отправился докладывать о прибытии войсковому старшине Павлу Николаевичу Кирееву, а мы с Меренским повели малолетков к отведенному нам месту. Реестровых на постой распределял Албазов.
Пока устраивали лошадей и разбирали привезенное, Степан Анисимович вернулся. Вместе с Меренским проверил, как разместили учебную команду. Албазов, управившись с реестровыми, ушел на пристань узнать, к какому часу двадцать седьмого подаваться на посадку.
Я снял с Беркута седло и провел ладонью по влажной спине. Вороной повернул голову, ткнулся мне в плечо. Похлопав его по шее, я разложил потник просохнуть.
Прежде чем разойтись на вечерю, собрались насчет килы. Костя Агафонов привел козловских парней, Прохор — наших. На встречу с Казакевичевским округом выбрали общую десятку.
Середину отдали Якову, Бортеньеву и Рыжему, на края поставили Меренского с Найденовым. Мы с Прохором и Моренченко должны были подбирать передачи и помогать прорывавшемуся вперед, а Костя с козловским Митькой оставались ближе к своему городу. Яше объяснили, кому отдавать мяч, если его обступят. Долго не заседали: места определили и разошлись до рассвета.
Я вернулся к Беркуту, когда за спиной раздался знакомый бас:
— Здорово дневали, Андрей!
— Слава Богу, Ермолай!
Архипов стоял рядом, протягивая свою здоровенную ладонь. Хлопнули по рукам и обнялись.
— Как управишься, пойдем к нам. Матушка узнала, что лончаковские приехали, сразу велела тебя разыскать. Стася тоже хочет повидаться.
К Архиповым я и сам собирался заглянуть, только сперва надо было отпроситься. Передал Олегу снятую сбрую и подошел к крестному.
— Степан Анисимович, к Архиповым отлучиться могу?
Кравцов посмотрел через мое плечо, узнал Ермолая и кивнул.
— Ступай. Только ночуешь по месту. Утром осмотрю наших до общего построения: не хватало еще перед Киреевым ремни подтягивать. А вы тем временем малолетков проверьте до моего прихода.
— Сделаем, Степан Анисимович.
Я умылся, привел в порядок сапоги и почистил от пыли чекмень.
По дороге Ермолай расспрашивал, какие новости в станице. Я рассказал, что успели сделать, передал поклон от Саши. За разговорами добрались до его куреня.
Архипов отворил калитку, пропустил меня во двор и крикнул от ворот:
— Матушка, встречайте, Андрей приехал!
— Здорово дневал, Андрей. Проходи в дом. — Архипова появилась на крыльце, вытирая руки о передник.
— Слава Богу, Аграфена Савельевна!
Она обняла меня, оглядела и повернулась к дверям:
— Стася, еще чашку поставь!
Девочка выглянула из сеней с решетом под мышкой. На щеке белела мука, светлая коса лежала через плечо.
— Здравствуй, Андрей!
— Здравствуй, Стася.
— Мам, я решето отнесу? Заодно сковороду попрошу.
— После сходишь, — сказал Ермолай. — Сейчас гостя за стол посадим, тогда провожу.
Стася посмотрела на него, затем на соседский курень.
— Тут идти-то. Ты меня отсюда увидишь.
— Стася, народу на улице полным-полно, кони…
— А то я не вижу, скоро буду.
Аграфена Савельевна взяла у нее решето, стряхнула с обода муку и вернула.
— Ступай. Только не засиживайся, к чаю ждем.
Стася сразу выскользнула за калитку.
— Теперь все сама, — проворчал он.
Когда мы входили в дом, Стася уже скрылась в соседском дворе.
Ермолай усадил меня за стол и сел напротив. Аграфена Савельевна поставила перед нами миски, положила ложки и вернулась к печи.
За столом Ермолай спросил, как поживает моя жена. Я рассказал о шитье, о помощницах, с которыми жена взялась за станичный заказ.
— У вас, выходит, теперь и повернуться-то, поди, негде?
— Раньше хоть на лавку сесть мог. Теперь вот пока не узнаешь, что с лавки можно убрать, не присесть.
— Ты, Андрюша, лучше помоги Саше, чем ворчать, — сказала Аграфена Савельевна, ставя перед нами блюдо с рыбой.
— Так помогаю. В Хабаровку за иглами послала.
Ермолай усмехнулся, придвигая хлеб.
— А Дмитрий все у Овсянникова? — спросил я.
— В Камне службу несет. Весточку вот намедни передал, жив здоров. Домой пока не отпускают.
Хозяйка кивнула, но расспрашивать о сотне не стала. Вместо этого положила мне еще рыбы.
Стася вернулась с большой сковородой, которую держала обеими руками через полотенце.
— Велели послезавтра вернуть. Им самим печь надо будет.
Ермолай поднялся помочь, но девочка уже поставила сковороду возле печи.
Она взялась помогать матери: принесла нам чашки, подвинула хлебницу. Ломти вышли один тонкий, другой толщиной в два пальца.
— Сама нарезала? — спросил я.
— Сама.
Стася посмотрела на неровные куски и засмеялась. Потом приняла у матери чайник и разлила нам чай.
До темноты мы еще посидели. Девочка расспрашивала про нашу школу, Ермолай — про переселенцев на Бикине. Обещал выбраться к нам, когда со своими делами управится. Я позвал приезжать вместе с матушкой и Стасей.
На ночлег вернулся к команде, как и велел крестный. Меренский еще не спал. Мы условились, что утром я проверю оружие у парней, а он займется справой.
С утра, проверив своих вместе с крестным, мы вышли на общее построение. Смотр пошел знакомым порядком. Киреев с окружными атаманами осмотрел людей, коней и оружие, затем реестровые и приготовительные по очереди показывали выучку. Лончаковцы не оплошали, хотя некоторые замечания все-таки получили. Яков шашкой работал уверенно, в строю тоже удержался. Меренский записал, что следовало поправить дома. После отбоя крестный велел нам с Саней учесть замечания на ближайших занятиях. Килу назначили на четыре часа, до того отпустили по своим делам.
Ермолай нашел нас возле коновязи.
— Поможете со снастью? Утром сходил проверить, сеть за корчу засела. Одному не выдернуть, только рвать начал.
— Далеко? — спросил Семен.
— В ближней протоке. За час с небольшим управимся.
Илька посмотрел на меня.
— Сходим, анда?
Мы отпросились у Албазова, переоделись и пошли с Архиповым. Тот по дороге забрал из дому корзину.
Лодка стояла между ивами, вытащенная носом на песок. Спустили ее, расселись м Семен взял весло, Илька устроился впереди с шестом. До сети дограбастали быстро.
Поплавки тянулись неровной цепочкой. Несколько ушли под воду возле затонувшего дерева.
Ермолай подхватил шнур и показал, где зацепилось.
Мы с ним подняли свободный край. В ячеях забились караси, вода потекла за рукава. Еще немного успели выбрать, когда лодку резко потянуло к стволу.
Глава 10
Нечестная игра
Меня качнуло вперед, мокрый шнур врезался в пальцы.
— Не тяните! — крикнул Илька. — Дайте