Миротворец - Андрей Алексеевич Панченко
— Фактическое состояние посмотрите на площадке, — сказал подполковник.
Я поднял глаза. Он смотрел на меня совершенно спокойно.
— Сначала посмотрите. Ругаться будете после проверки, если останеться из-за чего.
На площадке за складами стояли три бортовых КамАЗа. Полноприводные, одинаковые, с чистыми кабинами и ровно натянутыми тентами. На шинах ни каких следов износа. Котов остановился возле первого. Провёл ладонью по борту, заглянул под машину, открыл дверь.
— Это которые требуют ремонта? — негромко спросил он.
Майор посмотрел в свою ведомость.
— Они. Все списаны под чистую.
Николай Фёдорович повернулся ко мне, но ничего не сказал. За грузовиками стояли три УАЗа. Дальше — бронетехника. Три БМП-2. Два БРДМ. Я остановился. Равиль, шедший рядом, тоже замолчал. Броня была покрыта свежей краской, стёкла приборов чистые, резина новая. На одной из машин техник как раз снимал защитный чехол. Котов пошёл вперёд уже без своей обычной неторопливости.
Проверяли долго. Наши люди работали вместе с назначенными офицерами склада. Открывали люки, осматривали машины, сверяли номера, запускали двигатели. То, что на бумаге выглядело почти утильсырьём, в действительности оказалось новой техникой. Я вернулся к подполковнику.
— Экипажей у меня пока на всё нет.
— Перегон обеспечим, — ответил он. — Для гусеничных машин выделены транспортные средства. На базе примете, а дальше ваши проблемы.
На оружейном складе стало окончательно ясно, что мои представления о масштабе происходящего сильно отстали от действительности. Ящики открывали при нас. АК-103 и укороченные АК-104. Всего сто десять автоматов. Я взял один, осмотрел. Ни следов службы, ни чужого ремонта. Новое оружие, ещё в смазке. Равиль стоял рядом и смотрел на ряды ящиков.
— Серый…
— Вижу.
Пять СВД. Пятьдесят «Валов». Десять «Винторезов». Сто НРС и пистолетов, Отдельно — приборы бесшумной стрельбы и принадлежности к тем образцам, для которых они предназначались. Я попросил повторить количество «Валов». Майор повторил, даже не заглядывая в ведомость. Шесть ПКМ. Возле них я задержался дольше, чем требовалось для приёмки. Привычно взял один за рукоять, почувствовал знакомый вес.
— Этот сразу себе заберёшь? — спросил Равиль.
— Сначала на учёт поставим.
— Не узнал тебя.
Я поставил пулемёт обратно. Дальше шли три АГС, два «Утёса», комплекты «Фаготов», «Шмели». Оружия было на роту спецназа. С запасом.
— По боеприпасам заявка ваша? — спросил майор.
Я посмотрел на протянутый лист.
— Моя.
— Подтверждаете?
— Подтверждаю.
— Тогда грузим по ней.
Я ожидал хотя бы разговора о количестве. Что часть выдадут сейчас, часть потом. Что на учебные расходы надо писать отдельно и согласовывать каждый ящик. Ничего подобного.
— Ограничения какие? — спросил я.
Майор впервые посмотрел на меня с лёгким любопытством.
— На согласованное обеспечение ограничения вам не доведены.
Подполковник добавил:
— Потребуется пополнение — подадите заявку установленным порядком.
Я перевёл взгляд на Равиля. Тот молчал. Приёмка растянулась до вечера. Сверяли номера, комплектность, принадлежности. Наши водители ушли к машинам, Котов почти не вылезал из парка. Офицеры склада не торопили, но и отвлекаться не давали. Каждый открытый ящик, каждый ствол проходили через назначенных ответственных. Папка с бумагами становилась всё толще. В какой-то момент я поймал себя на том, что перестал сравнивать записи с тем, что вижу. В документах была одна действительность, передо мной — другая. И обе организовал кто-то, кому хватало полномочий свести их вместе.
На обратном пути Равиль долго смотрел в окно.
— Ты столько просил?
— Оружие — да.
— А броню?
— Спрашивал, можно ли получить для подготовки.
Он повернулся ко мне.
— Получил.
Я ничего не ответил. Сейчас меня занимало другое. Пономаренко даже не пытался представить передачу как исключительное одолжение. Не торговался, не напоминал, кому мы обязаны. Назначил время, прислал людей, открыл склады. Для такого требовался не знакомый начальник хранения и даже не один генерал, согласившийся помочь. Без разрешения наверху подобное не проворачивалось.
На базе нас ждали. Гриша стоял у въезда вместе с Али. Первые грузовики они встретили спокойно. Когда следом показалась остальная техника, оба вышли из-под навеса. Богдан, услышав двигатели, прибежал из казармы без куртки.
— Это всё сюда?
Котов опустил стекло кабины.
— Нет. Заблудились просто. — Потом посмотрел на меня. — Людей из парка убери. Сейчас начнётся толкотня.
Пришлось немедленно разгонять любопытных и освобождать подъезд.
Оружейную закончили как раз вовремя. До этого она оставалась пустым помещением с укреплённой дверью, решётками, сигнализацией и свежим запахом краски. Теперь туда один за другим заносили ящики. Равиль принимал имущество, Гриша с Али помогали организовать переноску и сверку. Оружие сразу размещали по подготовленным местам. То, что предназначалось для хранения отдельно, отправляли в оборудованный склад. Выдавать что-либо в тот вечер я запретил.
— Завтра спокойно разберёмся.
Никто особенно не спорил. Люди и так ходили между казармой и парком с такими лицами, будто пытались убедиться, что всё это действительно привезли нам. Чернов появился у дверей оружейной, посмотрел внутрь.
— Теперь понимаю, зачем ты столько перевязочного заказал.
— Вадик…
— Всё. Молчу.
Бронетехника прибыла позже. К тому времени уже стемнело, над парком включили освещение. Под направленным светом свежая краска казалась почти чёрной. Котов встречал каждую машину лично. Когда последнюю поставили на место, он подошёл ко мне, снял шапку и провёл ладонью по голове.
— Механиков надо искать. И экипажи. Срочно. Запасные части, оборудование для обслуживания, инструмент. То, что я тебе написал, теперь можешь умножать.
Равиль закрыл глаза.
— Только Максу сегодня не звони.
— Почему? — спросил Котов.
— Пусть человек ночь спокойно поспит.
Я посмотрел на три БМП, на стоявшие рядом БРДМ, на грузовики под навесом, УАЗы. Вчера эта площадка казалась слишком большой. Теперь Котов как бы не пришлось расширить стоянку. Али подошёл, остановился рядом.
— Нам ведь не просто заложников вытаскивать придётся?
Я посмотрел на него. Он кивнул в сторону парка.
— С таким-то хозяйством.
— Задач пока нет.
— Я понял.
Он не стал спрашивать дальше. В кабинете зазвонил телефон. Я услышал его ещё с лестницы, ускорил шаг.
— Серёгин.
— Имущество получили? — спросил Пономаренко.
— Получили.
— Замечания?
Я посмотрел на лежавшие на столе копии ведомостей.
— По состоянию нет. По количеству вопросов много.
— Осваивайте. Готовьте людей.
— Вы мне на роту техники и вооружения дали.
— Значит, есть возможность расти. По вертолётной площадке специалист прибудет послезавтра, — продолжил он. — Обеспечьте присутствие человека,