Блицкрига не вышло - Герман Иванович Романов

В Белоруссии дела вообще приняли иной характер — со своевременным подходом трех свежих армий блицкриг резко «сбавил обороты», фактически немцы перешли на решение локальных задач, отказавшись от амбициозных замыслов, а план «Барбаросса» уже положен в ящик за ненадобностью. К тому же сделанные изначально в нем расчеты ошибочны — в РККА перед войной имелось не полторы сотни пехотных дивизий, а вместе с танковыми и механизированными соединениями вдвое больше. И еще сотня дивизий развертывалась по мобилизации, причем их число увеличили втрое — нужно было восстанавливать разгромленные летом-осенью дивизии. Сейчас перманентная мобилизация вообще станет для немцев неприятным сюрпризом — номера уже перевалили за четыре сотни одних стрелковых дивизий, танковых бригад полторы сотни, полсотни кавалерийских дивизий, в рядах РККА больше десяти миллионов бойцов и командиров. И это без учета всевозможных бригад, численность которых также растет — тут Василий Иванович мог только строить предположительные расчеты.

— Слава богу, что корпуса не расформировали, ни стрелковые, ни механизированные. Не пошли на поводу паникеров, вовремя сообразили, что без корпусных управлений четыре с половиной сотни пехотных дивизий по армиям не распределишь, слишком их много. Ошибка была сделана тогда Жуковым крайне серьезная — потом пришлось ее долго исправлять.

Кузнецов потянулся — получился первый выходной на пару часов за все это время. Он отдыхал телом, но мыслями был в войне, которая его не отпускала, стала неразрывной частью и жизни, и существования. И как маленький камень, сорвавшийся с горной вершины, вызывает лавину, так и он своими делами вызвал серьезные изменения. Ни он сам лично, просто толика воздействия на обстоятельства вызвала совсем другие решения, которые в прошлой реальности вообще не случились. А так выпуск устаревшей техники не прекратили в угоду новой, многие образцы которой, вообще не появились. А так до сих пор гонят на заводах И-16 пушечных серий и АР-2, усовершенствованный вариант СБ. Эти самолеты основа авиации, те же немногочисленные «пешки» используются на фронте как разведчики, двухмоторные самолеты Яковлева ЯК-2 и ЯК-4 вообще не видел, и не знает, есть ли таковые. Основу штурмовой авиации представляют бипланы «бисы» и «чайки», да одномоторные легкие бомбардировщики СУ-2, которых явно больше, чем тогда. А вот ИЛ-2 чрезвычайная редкость на фронте, сам Кузнецов их видел несколько раз всего, причем в двухместном варианте. Массовыми новыми истребителями являются только «миги», «як» и «лагг» вроде только начали поступать, последний истребитель он вообще не видел. Однако Ганичев ему говорил, что на самолет установили якобы тот же двигатель что на «сушки», и вообще он напоминает И-180, на котором Чкалов разбился. Если так, то вообще непонятно, куда и когда изменения в ВВС пошли, и кто их там затеял — сам он в самолетах недостаточно хорошо разбирался, как любой общевойсковой командарм, у которого полно дел на земле.

С танками гораздо проще — без них нет победы, которая добывается не в обороне, а исключительно в наступлении. Выпуск Т-26 до сих пор продолжается, это основная боевая машина РККА — даже сейчас чуть ли не половину составляет от всех имеющихся танков. Вместе с КВ это лучшая поддержка пехоты, которая от этих танков на поле боя не отстанет. «Тридцатьчетверок» до обиды мало, но есть надежда, что к осени они все же пойдут в достаточном количестве. Сейчас не столь важно — пока не до наступательных операций, немца задержали, и ладно. А вот румынам и финнам война не задалась с самого начала — «мамалыжников» здорово потрепали на Пруте, созданные плацдармы ликвидировали. «Чухонцам» крепко досталось в приграничных боях, их наступление явно сорвано — дивизий в ЛВО имелось достаточно, к Двине направили не так много, в отличие от Лужского рубежа, куда ушло тогда все ополчение, и сгинули все резервы фронта.

Тут Кузнецов оторвался от размышлений, поняв, что нужно ехать дальше, уж слишком выразительно застыли порученцы у штабной «эмки», которую прикрывал БА-10. Генерал нехотя поднялся с травы, пробормотав:

— Ладно, отдохнули, и хватит, пора браться за дело — война не ждет…

Гаубица Б-4 на огневой позиции летом 1941 года. Таких «сталинских кувалд», легко разбивавших финские бетонные доты зимой 1940 года своими 203 мм снарядами, каждый по центнеру весом, в западных округах перед войной имелось свыше шести сотен, да и боеприпасы к ним в достатке, какая уж там винтовка на троих…

— Как дела, тезка? Вижу, что в землю вы тут уже вкопались, да участок сухой выбрали. Это правильно, в болоте сидеть то еще удовольствие. А тут, куда не тки, везде внизу грунтовые воды.

— Нормально, товарищ командарм, немцев вот дожидаемся — скоро ведь припожалуют, с утра пораньше. Наша кавалерия впереди дерется — громыхает артиллерия, тяжко им там приходится.

Полковник Солодовников посмотрел на командующего 3-й армией генерал-лейтенанта Кузнецова, тот по обыкновению как всегда был энергичен, а прежде землистое от усталости лицо даже чуть посвежело. И никакого уныния — командарм всегда мог подбодрить крепким словцом, которое порой воспринималось как похвала, но чтобы вогнать кого-то в печаль, не наблюдалась. Наоборот — яростно преследовал паникеров и тех, кто сомневался в победе над врагом, не останавливаясь перед расстрелами. А в том, что немцы могут овладеть Гродно, сомневались все — слишком хорошо была укреплена еще отнюдь не старая крепость, да и Сопоцкинский узел 68-го УР с первого дня показал себя тем еще «орешком», о который легко сломать зубы любому штурмующему. Бетонные сооружения многократно усиливались всевозможными полевыми укреплениями, десятки тысяч людей натерли ладони до кровавых мозолей лопатами. И его 345-й полк, отведенный в тыл на пополнение, вместо отдыха превратился в землекопов — перебросав много тысяч кубометров земли. Каждое направление перекрывалось целыми узлами обороны, а местные речушки, каковых было множество — Скидлянка, Довжица. Пилявка, Слушанка и прочие, придавали позициям дополнительную защиту. Скидель, типичное местечко, где две трети четырехтысячного населения были евреями, уже превращен в самую натуральную крепость, благо большую часть жителей смогли отправить в Лиду. Немцы пробовали наступать от Мостов на запад, но 27-я и отходившая под натиском 13-я дивизии яростно сражались за каждый метр земли и болот, даже леса и перелески превращая в опорные пункты — так что наступление захлебнулось. Зато Щучином противник овладел, продвинулся от него на север, и на восток к Дитве, а оттуда на Лиду. Вот только перейти через речку уже не смог, подошли отступившие дивизии 13-й