Роанна де Ан. Битва в Волчьем ущелье - Виктор Постоенко
" Ваше Высочество, это штапик для изготовления патронов. Вообще в нашей армии такой был у каждого сержанта. Вот смотрите" – и он расправил кусочек бумаги на столе, положил штапик, выровняв его по отметке на хвостовике. Смочил слюной, пояснив что вообще то должен быть клей.
Затем скрутил в трубочку, оставшуюся свободной часть плотно закрутил в хвостик. Затем нажал палочкой на стол, и часть хвостика утопилась как раз в углубление на палочке.
Вынул палочку и показал, как будто засыпает порох. Потом зажал пальцем и закрутил на подобие хвостика от конфеты.
" А вот сюда кладем пулю и закручиваем таким же хвостиком и заклеиваем. И патрон готов. Нужен только штапик – образец и дощечка с образцом бумаги по размерам, а они есть. Бумагу тут я видел продают в лавках для писцов, значит где-то делают.
А ее много понадобится. Таким же образом под калибр ствола пушки делаются и артиллерийские картузы, только вместо бумаги используется шелк, вместо пули сверток с картечью. Или же ядро в 6 фунтовках".
Мы еще долго сидели, обсуждая детали. Я делала себе пометки и сразу вписывала тех, кто будет каким вопросом заниматься. Потом спросила – а как же вы оба, такие мастера, и в море попали.
" Ваше Высочество, не поверите. Отмечали в таверне в Лондоне день рождения одного из гильдейских мастеров, а утром оба проснулись на корабле в море.
Оказывается, к компании подсел флотский вербовщик, да налил чего-то. И вот уже двенадцать лет скитаемся по морям. Дома нас наверно похоронили давно, да и не думаю, что когда ни будь мы туда попадем.
Родители скорее всего померли, ну а супружница и так мне изменяла еще тогда. Тут же у меня и новая жена, и двое малых деток растут. Все, якорь бросил. У Кольберна такая же история. Сейчас у него молодая жена и сын".
Пришла служанка звать на ужин, я отправила Фишера и спустилась вниз. Бабушка за столом объявила, что собирается с завтрашнего утра в поездку по всему герцогству. С Имперской печатью.
Заодно и отвезет документы новым чиновникам в Эттиль. И по донесениям Каллога хочет произвести замены магистратов и еще чиновников по мелочам в четырех городах. Поэтому возьмет с собой один отряд, или по-новому, эскадрон у Борхуна.
Так как Ферген только формирует замковый гарнизон, набирает людей, кто-то тут должен остаться на охране. Все теперь остается на мне. И отправка гонца в Рианол, и все остальное.
Утром явился Андре и попросил разрешения съездить вместе с герцогиней в Эттиль, так как боялся, что не успеем вовремя подготовиться в инженерном плане. А в усадьбе все оставил на Кертиса и Филипса.
Заодно хотел проверить всю дорогу, по которой повезем тяжелые корабельные пушки. Спуски, подъемы. Я отпустила его и передала ему письмо для родителей Энсо, честно все написав. Заодно добавила, что их дочь получила первый офицерский чин корнета.
Да, я решила присвоить Норе звание лейтенант, так как она все-таки хоть и из бедного, но дворянского рода. А Энсо пока получила звание корнета, погоны получит потом.
Айма и Тао стали сержантами. А вот Дорну Ферген сразу попросил звание капитана. Мне не жалко, тем более опыт командования у него большой.
Ило и Элисия стали старшими камеристками. С правом ношения зеленого платья с вышитым гербом и обращения от остальных слуг – госпожа.
В военной форме я этих двух куколок как-то не представляла. Особенно Элисию, с ее огромными ярко синими глазами, ввергавшими в ступор не только всех встречных мужчин. Но и женщин то же.
О назначениях и присвоениях объявлю потом, когда будет готова военная форма для моих гвардейцев.
Что бы одеть всех сразу, и с того момента появляться вне замка только в сопровождении солдат в красно-синих мундирах с золотыми эполетами.
Перед сном села и записала все на бумаге, чтобы потом не забыть.
Глава четырнадцатая. «Наяда», Дон Диего де Гарсиа де Суарес.
Следующий день прошел в поездках. Сначала проводила караван Герцогини с Андре. Потом на пристани попрощалась с Ронером и Нанке. Оттуда к Борхуну, он похвастался уже набранным полком в 1000 сабель, там же пообедала, оттуда к Дереку.
Понаблюдала как проводятся занятия. Отрадно было, что вновь испеченные сержанты могли уже самостоятельно проводить занятия со своими людьми. Строили, обучали владению оружием, прицеливанию.
Дело в том, как объяснил мне Пётр, баллистика ружей была такова, что на 50 метрах целиться надо было на уровень колен, на 100 – пояса, и так далее. Не сказал бы – так и не узнала бы.
А то не могла понять – почему на расставленных в овраге мишенях круги краской намалёваны снизу-вверх на разных дистанциях.
Оттуда поехала к артиллеристам, Андре нашел заброшенную деревню углежогов у самого хребта, и поэтому решили, что перевозка пушек на остров Тамн больше не нужна.
Филипс занимался с членами расчетов орудий. Каждый должен был выполнять свою операцию. А при выстреле все должны были занять определенные позиции для предотвращения сильного отката орудия.
В кино это не показывали, там же пушки бутафорские, а тут орудия били по-настоящему. И солдаты, упираясь длинными брусьями под колеса, в лафет, как могли удерживали пушку на позиции.
Отъезжала, но не так, как если бы ее не сдерживали. Деревянные поленца по калибру и размеру картузов уже были у каждого расчета, и в свободное время они сами шили для себя картузы, учились заполнять их порохом, изготовляли впрок картечные картузы. Вмешиваться нужды не было, главное платить вовремя.
Вечером принимала портных и сапожника. Мундиры мне понравились, все было пошито по моим рисункам, и по данным мною образцам. Сапожнику пришлось вносить изменения, и я решила, что позже закажу ему сапожки женские для себя.
Папа сапожничал иногда дома, ремонтируя нашу обувь сам. И что такое супинатор я знала из прошлой жизни. Тут до него еще не додумались. Поможем.
А утром следующего дня в бухту вошли корабли. И не один галеон Кроуна, а сразу три корабля. За индийцем в кильватер шел двухмачтовый бриг с жёлто-красным флагом, а за ним настоящий военный корабль.
Низкий черный корпус, белая полоса по всему борту, я насчитала 16 орудийных портов, три мачты, весь стремительный. Даже завтракать не стала, поскакали в порт.
Кроун доложил, что задержался по причине того, что захотели с Франсуа сразу привести тот корабль сюда. Это был даже не корвет, а бриттский фрегат «Наяда».
36 пушечный, я не увидела двух погонных орудий в носу корабля и два таких же в корме. Долго приводили его в порядок, грузили все, что нашли выгруженным на складе. Потому и задержались.
Местные власти оказали всю