Правнук Петра - Алексей Лапышев

Ты видишь движение.

Опасность.

Выход.

Трое наверху.

Один у перил.

Другой с пистолетом.

Третий — за дверью, почти скрытый тенью.

— Пистолет! — крикнул Малик.

Выстрел ударил в стену рядом с моей головой.

Щепка обожгла щёку.

Гаврила Птахин ответил почти сразу — не в человека, а выше, в балку. Грохот, дым, сыплющаяся древесная труха. Стрелявший отшатнулся, заслонил лицо.

Этого хватило.

Я шагнул вперёд.

Короткий удар рукоятью в лицо.

Поворот.

Нога под колено.

Человек рухнул, выронив оружие.

Дальше — дверь.

За ней кто-то тяжело дышал.

— Открывай! — крикнул я.

Ответа не было.

— Хорошо. Тогда сами.

Семён выбил дверь плечом.

Комната оказалась почти пустой: стол, лавка, два сундука, окно во двор. И парень лет двадцати у стены.

Худой.

Темноволосый.

В порванной рубахе.

Он прижимал короткий нож к горлу одного из бандитов.

Бандит был крупнее его почти вдвое.

Но почему-то выглядел испуганным.

— Не подходите, — бросил парень.

— Мы не к тебе, — сказал я.

— Тогда не мешайте.

— Ты кто?

Он бросил на меня быстрый взгляд.

Не поклон.

Не страх.

Оценка.

— Родион Волхов.

Имя мне ничего не сказало.

Но голос был таким, будто Родион привык, что за ним идут. Или хотя бы слушают.

— А этот? — я кивнул на бандита.

— Знает, где сестра.

— Тогда пусть говорит.

Родион прищурился.

— Не твоё дело, барин.

Вот это уже было интересно.

Я рассмотрел его внимательнее.

Жилистый. Не красавец, но крепкий. На руках — следы тяжёлой работы, старые порезы и мозоли. Одежда бедная, но нож дорогой и ухоженный. Не случайно подобранная железка, а вещь человека, который умеет обращаться с оружием.

И главное — он не дрожал.

Хотя вокруг него были вооружённые дворяне, гвардейцы и люди Шереметевых.

— Твою сестру похитили? — спросил я.

Родион замер.

— Откуда знаешь?

— Потому что ты не за деньгами сюда пришёл. И не ради мести. Мстить ты будешь потом, если останешься жив. Сейчас ты ищешь.

Он стиснул зубы.

— Фросю взяли три дня назад. Сказали, будто видела что-то не своё. Я пошёл к квартальному — он велел не суетиться. Потом мне шепнули про этот дом.

— И ты решил идти один?

— А кто бы со мной пошёл?

Вопрос прозвучал просто.

Без жалобы.

И от этого стал особенно тяжёлым.

Я почувствовал, как Анна за моей спиной крепче сжала рукоять пистолета.

— Я помогу, — сказал я.

Родион посмотрел на меня так, будто я внезапно заговорил на китайском.

— Зачем?

— Потому что твоя сестра здесь. Или была здесь. Потому что эти люди посылали убийц ко мне. И потому что сейчас нам по дороге.

Он смотрел ещё несколько секунд.

Потом кивнул.

Совсем чуть-чуть.

— Ладно. Но если вы врёте…

— Тогда скажешь мне это потом. А сейчас пусть этот человек говорит.

Бандит заговорил быстро.

Очень быстро.

Фрося была в дальнем крыле, в бывшей кладовой. Её собирались вывезти утром, куда именно — он не знал. Но знал, кто приносил приказы. Знал, что в подвале хранятся деньги, бумаги и списки. Знал, что Хромой Савка давно уже не просто хозяин притона, а посредник между людьми из низов и теми, кто предпочитал не марать руки лично.

— Черкасский! — крикнул я.

— Здесь!

— Дальнее крыло! Живо! Никого не выпускать!

Мы бежали снова.

Коридоры мелькали перед глазами. Люди жались к стенам, падали, сдавались, пытались спрятаться в комнатах. Где-то грохотала мебель. Внизу орал Ефрем, раздавая команды. Через разбитые окна лезли бойцы Долгорукова.

В другом конце дома раздался удивительно спокойный голос Николая Юсупова:

— Не ломайте сундук. Сначала посмотрите, что внутри. Возможно, его содержимое стоит дороже всего этого дома.

Последняя дверь оказалась заперта.

— Отойди, — сказал Лев Демидов, появляясь рядом.

Он не стал выбивать замок и ломать доски. Достал тонкий стальной клин, осмотрел скважину, прислушался, чуть повернул руку.

Щёлк.

— Открыто.

Дверь распахнулась.

У стены сидела девушка.

Светлое лицо. Тёмные волосы. Разорванный рукав платья. Руки связаны верёвкой. На щеке — грязный след, на губе — засохшая кровь.

Но взгляд оставался злым и ясным.

Рядом с ней стоял мужчина с ножом.

Лезвие лежало у её горла.

— Назад! — заорал он. — Всем назад, или девка…

Он не успел договорить.

— Дан! — вскрикнула Анна.

Я уже двигался.

Не красиво.

Не правильно.

Просто быстро.

Бандит дёрнул девушку на себя, прикрываясь ею. Нож скользнул ближе к коже. Родион рванулся вперёд, но Семён удержал его за плечо.

Я видел только одно.

Испуганные глаза девушки.

И руку человека, державшую нож.

— Отпусти её, — сказал я.

— Ты кто такой?

— Тот, кто сейчас считает до трёх.

— Не подходи!

— Раз.

Он ухмыльнулся.

— Два.

Он дёрнул ножом.

Я бросил короткий кинжал.

Не в горло.

В плечо.

Бандит вскрикнул. Рука дрогнула. Девушка ударила его каблуком по ноге, вывернулась из захвата и рванулась в сторону.

Я оказался рядом.

Удар.

Ещё один.

Нож выпал.

Бандит попытался достать второй клинок, но я не дал.

Сталь вошла под рёбра