Митяй - Дмитрий Лифановский

— Так я и думал, — презрительно сплюнул сквозь зубы Копылов. — Слышь, сявка, бабки есть?

Это он меня что, на деньги пытается поставить? Вот так при людях.

— Нет. И не будет, — я сжал кулаки и посмотрел в наглые, поблёскивающие хищным блеском глаза. Копыто почувствовал добычу. Теперь не отступит. Я тоже не отступлю. Иначе жизни мне здесь не будет.

— Ты че, забурел? — попёр на меня Копылов. Я напрягся, готовый кинуться к кирпичам. Без подручных средств мне с ним не справиться. И вот тут уже вмешался Лёха. Он спокойно задвинул меня себе за спину и шагнул вперёд, встав на пути гопника.

— Слышь, Копыто, обороты сбавь, — Волохов стоял крепко, слегка наклонив голову и исподлобья глядя на Витька.

— Ты че, Волох⁈ За сявку залётную против пацанов впрягаешься⁈ — ошалел Копылов, в голосе его послышались визгливые истеричные нотки.

— А ты теперь за всех пацанов говоришь? — усмехнулся Волохов.

Глаза Витька забегали. Момент был скользкий. Соглашаться было нельзя, свои же могут спросить. Но и заднюю давать не хотелось. Но пришлось. Против крепкого тракториста он явно не тянул, это не малолетку на бабки ставить.

— Смотри, Лёха, тебе здесь жить, — уркаган сдал назад, но было видно: своего унижения ни мне, ни Волохову он не простит.

— Да уж проживу как-нибудь, — презрительно усмехнулся Алексей. — Пойдём, Митяй. А этого не бойся, — он кивнул на Копылова. — Если что, мне говори. Или нашим из бригады. Поговорим с ним.

— С-спасибо, — выдохнул я, когда мы немного отошли от клуба.

— Брось, — он слегка приобнял меня за плечи. — А ты молодец. Духовитый. Стал бы драться?

— Че, я дурак, что ли? — я посмотрел на Лёху круглыми глазами. — Кирпичом бы приложил да сбежал. Он же не один там был.

— Они бы не кинулись, — но в голосе Волохова уверенности не было.

— Пацаны! Митька, стойте! — раздалось из сгущающихся сумерек, и к нам кинулось несколько человек. Стёпка, Гусь, девчонки. А вот Шило остался. Ну да я не удивлён. Видно, что ему эта блатная романтика шепчет. Второй Копылов растёт. Только ещё не оперившийся.

— Ну ты, Митяй, даёшь! — первым подлетел ко мне Гусь. — С Копытом зацепился! В натуре — Контуженный!

— Зря ты, — присоединился к нему Стёпка. — Витёк не простит. На Лёху не полезет — зассыт. А тебе теперь проходу давать не будет. — Санин, прикусив губу, задумчиво покачал головой. — Митяй, я не впрягусь, если что. Мне потом на Целинном жизни не будет.

— Не надо. Сам разберусь, — я хлопнул товарища по плечу. — И спасибо тебе, что там, — я кивнул на клуб, — сказал за меня.

— Да что там, — смутился Санин. — Всё равно меня бы не послушали.

— А это не важно, — улыбнулся я. — Ладно, давайте по домам. До Нефёдова я уже сегодня не пойду.

— А ты что, к Лукичу шёл? — спросил Лёха.

— Ну да. Он мне с досками помочь обещал. Забыл, видать.

— Точно забыл, — кивнул Волохов. — Я в понедельник напомню. Он в бригаду подъехать грозился. А ты пока не шарься по селу. Ни к чему.

— Всё равно в школе пересечёмся.

— Школа не улица, — мудро заметил Волохов. — До дома проводить?

— Что я, девка, что ли? — возмущённо выдал я. Девчонки, стоявшие рядом и глядящие на меня испуганно-восхищёнными глазами, фыркнули.

— Давай тогда краем, — Лёха кивнул мне на дальние от клуба заборы. — Я тут пока постою, покурю. Пригляжу на всякий случай.

— Спасибо. Давай тогда, — я протянул ему руку. Потом Стёпке. — Наташа, Таня, пока, — попрощался с одноклассницами. — Андрюх, Света, вы домой? — нам было в одну сторону.

— Ага, — подтвердил Гусь. Светка молча кивнула.

— Погнали тогда, — улыбнулся я и первым, не спеша, направился к дому, с пацанским форсом сунув руки в карманы. Нельзя показывать, что меня беспокоит сегодняшняя стычка. А она меня реально беспокоила. Знаю я эту публику. Копылов теперь не отступится. Тут вопрос авторитета. Значит, или он, или я. Что ж, Митька Жуков, может, и не справился бы. Но я не он. Вернее, не совсем он. Посмотрим ещё, кто кого.

Копыто после стычки у клуба в школе так и не появился. Тётка с нашим трудовиком Петром Михайловичем ходила к ним домой — это было обязанностью классного руководителя. Но Копыловых не оказалось. Соседи сказали, что мать на работе, а папашка как уехал на север два года назад, так и не объявлялся. Теперь, как я понял из обмолвок Зинаиды, школа напишет письмо на работу матери, ну а в милиции и так всё знают. Только вот дядя Яша один, а таких Копыловых на три села не один десяток наберётся.

Но мне от этого было только проще. Лишние заморочки с местными малолетними маргиналами совершенно ни к чему. В остальном жизнь налаживалась. Лёха, видимо, поговорил с Лукичом, потому что в самом конце недели агроном лично заехал к нам, а спустя несколько дней мужики из девятой бригады — дядя Коля, Валитов, Лёшка Волохов и парни помоложе — привезли всё обещанное, даже с излишком. Они же помогли разгрузить доски, установить сортир, благо яму я выкопал заранее.

На выходных с дядей Вовой Потаповым напилили из досок, что поплоше, штакетник для забора. Он же и с установкой посодействовал. Вдвоём подправили столбы, сколотили пролёты, поставили на место. Вид сразу преобразился. Раньше участок выглядел диким и заброшенным. Теперь же глаз радовали новый ровненький штакетник, выкошенный бурьян и разобранные кучи хлама, коего в травище оказалось немало.

Хорошо! Прям, самому нравится! Ещё бы дорожки плиткой выложить. Но это уже излишество. Во-первых, плитки такой у меня нет и где её брать не знаю. А во-вторых, и это главное, односельчане не поймут — куркулём назовут. А это не есть хорошо.

В конце сентября зарядили дожди. Осенние, мелкие, холодные. Порывистый ветер, временами пробирающий до костей, срывал с деревьев мокрые листья и бросал их на землю, укрывая её цветным раскисшим ковром. Свинцовое небо нависло над