Миротворец - Андрей Алексеевич Панченко
Мы просидели больше часа. Пять фамилий. Пять домашних адресов. Несколько фотографий. Последний звонок, о котором почти ничего не было известно. Чужая уверенность в том, что сопротивление окажется незначительным. Я снова взял семейный снимок. Младшая девочка держала отца за два пальца и щурилась на солнце. Мужчина смотрел не в объектив, а куда-то в сторону жены.
— Копии сделаем, — сказал я, протягивая фотографии Горину. — Оригиналы пусть останутся у меня.
За окном опять затрещали выстрелы. Группа готовилась к заданиям, не зная, что первое из них ей предстоит выполнить уже очень скоро.
Глава 12
Дополнительные материалы привезли через два дня, ближе к вечеру. Пономаренко на этот раз не приехал. Офицер передал запечатанный пакет, получил подпись и уехал. Бумаги мы разбирали втроём, в моём кабинете. Теперь у нас имелись расшифровка разговора с посредником, сведения о пропавших и несколько фотографий территории, где их предположительно удерживали. На одном снимке возле длинного одноэтажного здания стоял грузовик с разобранным двигателем. На другом виднелись ворота и часть двора. Когда фотографировали, никто не указал. Выяснилось и то, откуда взялась цифра в пятнадцать вооружённых человек. Столько насчитал местный житель, побывавший там по хозяйственным делам. Он же видел двух незнакомых мужчин, которых под охраной вывели из здания. Двух. Не пятерых.
— Уже что-то, — заметил Равиль.
Горин перелистнул страницу.
— Две недели назад. После этого самого свидетеля никто не видел.
По одной версии, тот уехал к родственникам, по другой — скрывался после ссоры с местными. Уточнить не удалось.
С родственниками специалистов поговорили сотрудники на местах. Нам передали записи бесед. Сумму выкупа называли дважды, причём во второй раз она выросла почти наполовину. Посредник ничего не объяснял и организовать разговор с пленными отказался.
Горин тоже успел поработать. Выяснил, кто оформлял поездку, кто договаривался с принимающей стороной и почему после исчезновения людей целую неделю считали, что они просто задержались на объекте.
Каждый надеялся на другого. Работодатель полагал, что специалистов охраняют местные. Местная администрация считала, что приезжие самостоятельно договорились с хозяевами района. Человек, обещавший встретить их и разместить, уверял, что поручил всё помощнику. Помощник исчез. Я дочитал последние объяснения и отложил бумаги.
— Ясно, что ничего не ясно. Но ехать нам всё равно придётся.
Равиль посмотрел на меня.
— Когда?
— Послезавтра утром. Завтра закончим подготовку.
Горин снял очки.
— По месту достоверных сведений почти не прибавилось.
— Здесь мы больше ничего не высидим. На месте придётся разбираться самим.
Пономаренко я позвонил сразу после разговора. Он подтвердил выезд и обещал обеспечить документами прикрытия. До административной границы мы будем следовать как армейское подразделение. Нам подготовят удостоверения, предписание и документы на машины. Перед пересечением границы всё это требовалось сдать встречающему офицеру. Дальше мы становились сотрудниками частной охранной фирмы, нанятыми для охраны трубопровода и обеспечения безопасности ремонтных работ. Я записал название.
— Фирма существует?
— Существует, Сергей Сергеевич. Договор тоже настоящий. На месте вас примет представитель заказчика.
— Надеюсь, он об этом знает.
— Знает. — На этот раз полковник даже не стал возмущаться.
Весь следующий день на базе грузили машины. Три КамАЗа стояли возле склада. Бойцы принимали имущество, сверяли списки, укладывали ящики. Общего груза набиралось много: продовольствие, вода, медицина, запасная одежда, средства связи, инструмент, запчасти. Рассчитывать на снабжение по месту я не собирался. Котов сам проверял машины. Он оставался на базе и оттого придирался ещё сильнее. Заглядывал под кузова, пробовал крепления, заставлял водителей повторять уже сделанное. В двух КамАЗах, прямо в кузове были установлены и прикреплены к раме зенитные станки 6У6 для пулемётов «Утёс». В случае необходимости достаточно было только откинуть тент, чтобы превратить грузовик в гантрак. Система была съёмной. Чтобы снять весь комплекс, нужно открутить несколько болтов. Но если нужно убрать только сам пулемёт, например, для переноски в окоп, тело «Утёса» отсоединяется от люльки станка за тридцать секунд поворотом нескольких чеки-фиксаторов. Пехотные станки 6Т7 тоже лежали в кузове. На третий КамАЗ, установили АГС.
Чернов спорил с Беловым возле медицинских ящиков. Доктор ехал с нами, оставляя хозяйство на нового фельдшера. Того он проверял так долго и придирчиво, что я уже начал опасаться: человек сбежит раньше, чем получит первую зарплату. Но фельдшер выдержал.
Равиль тоже оставался. Базу нельзя было бросать. Продолжали приезжать новые люди, шёл ремонт, поступало имущество. Кто-то должен был всем этим заниматься, принимать решения и готовить тех, кого мы пока не брали с собой. Вечером он подошёл ко мне возле последнего КамАЗа.
— По спискам всё. Водители машины приняли.
— Хорошо, значить всё по плану.
Он постоял рядом.
— Серый, если окажется, что… Ты понял, о чём я.
Я кивнул. Я его прекрасно понял. Он просил не лезть напролом ради первого результата. Не доказывать куратору, что мы способны выполнить любой приказ при любых обстоятельствах. Но обещать, что всё получится спокойно, я не мог.
Домой приехал поздно. Таня ещё не спала. Увидев моё лицо она сразу всё поняла.
— Когда?
— Утром.
Она медленно кивнула.
— Надолго?
— Пока не знаю. — Честно ответил я.
Подошёл к ней, обнял. Таня прижалась ко мне и некоторое время молчала.
— Позвони, когда сможешь.
— Позвоню.
Утром она встала вместе со мной. Перед выходом поправила воротник моей куртки и задержала руку на плече.
Выехали затемно. Впереди шёл командирский УАЗ, за ним три КамАЗа. Горин с Равилем проводили нас до ворот. Уже возле машины Николай Андреевич передал мне сложенный лист.
— Ещё два человека. Старые знакомства. Не факт, что помогут, но попробовать можно.
Я убрал лист во внутренний карман. УАЗ качнулся на выезде. В зеркале остались освещённые окна караульного помещения, фигуры возле ворот и поднятая рука Равиля.
Первые часы дорога была почти пустой. Потом появились рейсовые автобусы, грузовики, старые легковушки с привязанным к багажникам скарбом. Чем дальше ехали, тем чаще встречались военные машины.
На постах армейские документы работали исправно. Молодой лейтенант на первой серьёзной проверке долго рассматривал предписание, затем подозвал капитана. Тот прочитал, посмотрел на колонну и вернул бумаги.
— Следуйте. Дальше дорогу чинят, объезд покажут.
Пока разговаривали, несколько наших выбрались из кузова размять ноги. Солдаты на посту сразу начали их разглядывать. За два месяца я успел привыкнуть к форме и снаряжению группы. Здесь разница снова бросилась в глаза. Рядом стояли парни в выцветших