Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени

— Дура или не дура, а до окончания банкета пусть посидит в одиночке, — пожал плечами Строганов. — Что с испанцами?

— Садятся в Кронштадте через четыре часа. Три тяжелых дирижабля типа «Кардинал Сиснерос» и флагманский королевской гвардии. Триана летит на нем. Ее личная стража — шестьдесят человек, сплошь идальго из старых родов. Все как один Кинетики стихийного профиля, причем с «южным» уклоном: огонь, раскаленный пылевой песок, плазменные разряды. Специфика мерзкая. Если кто-то из них запаникует в тесном помещении, половину зала выжжет на рефлексах.

— Не запаникуют, — Кирилл кивнул на контейнеры во дворе. — В каждом дверном проеме Большой церкви и Георгиевского зала смонтированы подавители. Если хоть один гранд решит выпустить Пыль без команды, все заблокируется в каналах за две сотые секунды. Получит болевой шок и рухнет мордой в пол.

Волков с уважением, в котором сквозило легкое опасение, посмотрел на Строганова:

— Вы порой пугаете меня своей предусмотрительностью, Кирилл Андреевич. Иногда мне кажется, что вы готовитесь не к свадьбе Наследника, а к осаде, к примеру, Севастополя.

— Одно другому не мешает, майор. Разница лишь в фасоне мундиров…

Со стороны парадного вестибюля раздался звонкий, уверенный стук каблуков. Мужчины обернулись. К ним быстрым, пружинистым шагом приближались обе супруги графа.

На старшей графине был идеально подогнанный темно-синий офицерский китель гвардии без знаков различия, на беде кобура с любимым револьвером, в руках планшет с планами дворцового комплекса. На лице застыла привычная маска холодной собранности.

Рядом шагала Наталья. Вторая графиня вообще не парилась, облачившись в легкий боевой комплект, только без брони, а ее огненно-рыжая коса была перехвачена стальным зажимом, в котором безошибочно угадывался метательный нож.

— Докладываю, командующий, — с легкой, почти незаметной иронией в голосе произнесла Елена, остановившись в двух шагах и бросив короткий взгляд на Волкова. — Подвалы полностью перекрыты. Мои мальчики выставили с десяток постов с тяжелым вооружением. Старые канализационные коллекторы, которых нет на свежих планах, заварены и заминированы. Мышь не проскочит.

— А я нашла кое-что поинтереснее дохлых мышей! — победно заявила Наталья, выуживая из кармана разгрузки прозрачный герметичный пакет.

Внутри пакета тускло поблескивала тонкая пластина из белого сплава, испещренная микроскопическими гравировками.

Кирилл нахмурился, перехватив трость:

— Где взяли?

— В алтаре Большой церкви, — фыркнула рыжая. — Ваш хваленый досмотровый кордон ИСБ прошел мимо, потому что икона святого Николая — национальное достояние, и ковырять ее оклад им вера не позволила. А вот я в святость позолоты не верю. Это резонансный взрыватель. Если бы началась служба, и хор взял верхнюю ноту, эта дрянь сработала бы моментально. Заряд Пыли не шибко большой, иначе сразу бы спалился.

Волков мгновенно подобрался:

— Чья работа?

— Не британцы, — вмешалась Елена, жестом заставив Наталью спрятать пакет. — Слишком тонко. Плетение наше, сибирское. Я бы сказала, что это «Черное братство» или кто-то из тех же анархистов, разумеется, при поддержке местных дворян, кто копает Байкальскую аномалию.

Кирилл медленно прикрыл глаза. В висках снова зазвучал голос Алисы:

— «Организация» не оставляет попыток сорвать союз с Испанией. Если Империя получит доступ к рудникам Южной Америки в обход британской блокады, их планы по экономической изоляции России пойдут прахом.

— Понял тебя, — мысленно бросил Строганов и открыл глаза. — Майор.

— Слушаю, Кирилл Андреевич.

— Дайте команду на вход первой смены персонала. Повара, лакеи, сервировка. Прогонять каждого через рамки второго шлюза в Большом дворе. Биометрия, спектральный анализ крови на пылевые стимуляторы, сетчатка глаза. При малейшем несовпадении — в подвал без разговоров. Ну, и вы и сами знаете…

— Сделаем, — кивнул Волков и торопливо зашагал к лестнице, доставая из кармана коммуникатор.

Кирилл повернулся к женам. Елена внимательно изучала его лицо, безошибочно считывая накапливающуюся усталость за броней напускного спокойствия. Наталья же слегка подалась вперед, хищно прищурившись:

— Что делать нам?

— Тебе, Натали — взять роту у Матвеева и лично встретить кортеж Трианы у воздушного причала. Задача — не пускать ее придворных дам дальше отведенных гостевых покоев до тех пор, пока сканеры не подтвердят чистоту их багажа. Если испанки начнут визжать про оскорбление короны — скажи, что в России такой климат. От сырости даже благородные металлы портятся. А еще могут появиться гематомы на лице…

Наталья оскалилась в широкой улыбке:

— С превеликим удовольствием, дорогой. Давно хотела пощупать кастильскую спесь за мягкие места.

— Без фанатизма, — строго осадила ее Елена. — Нам дипломатический скандал до начала церемонии не нужен.

— Ой, Леночка, не занудствуй, я буду сама любезность! — отмахнулась рыжая и почти бегом устремилась вниз по галерее.

Оставшись наедине с мужем, Елена сделала шаг ближе. Ее рука в перчатке легко легла на предплечье Кирилла, пальцы сжались чуть крепче, чем требовалось.

— Ты на пределе, — негромко, так, чтобы слышал только он, произнесла графиня.

— Справлюсь, — коротко отозвался Кирилл, накрыв ее ладонь своей рукой. — Дальше будет легче, почти вся подготовка закончена, и смогу отоспаться. Когда Триана и Алексей обменяются кольцами, юридический статус договора вступит в силу. Любая атака после этого станет прямым объявлением войны сразу двум государствам.

— Они могут ударить во время прохода по галерее, — заметила Елена, глядя вниз, на бесконечные ряды полированного паркета.

— Знаю, — Кирилл усмехнулся одними уголками губ, и в его взгляде промелькнула та самая холодная уверенность, которая год назад заставила дрогнуть столичный бомонд. — Именно поэтому в галерее буду стоять я…

Внизу, за распахнутыми дверями вестибюля, взревели клаксоны жандармских броневиков. Первый фильтрационный шлюз открылся, впуская во дворец тщательно отсеянный персонал. Официанты в белоснежных манишках и повара в высоких колпаках строились в колонны по одному, испуганно косясь на тяжелые пулеметы и неподвижных гвардейцев в черной броне с оскаленными волчьими мордами на шевронах.

Стерильная зона приняла первых жильцов. Механизм имперской свадьбы, сцепленный из шестеренок страха, долга и колоссальных амбиций, набрал полные обороты.

* * *

Большая церковь Зимнего дворца и прилегающие к ней парадные анфилады были заполнены до отказа. Придворный протокол трещал по швам, не выдерживая масштаба события. Помолвка, «плавно перетекающая в экстренное венчание» наследника престола с иностранной принцессой, созвала в столицу такую концентрацию орденских лент и фамильных драгоценностей, что