Капитали$т. Часть 8. 1994 - Деметрио Росси

— Директор издательского дома, — говорит он, когда тучный джентльмен отходит от нашего столика.

— Понятно, — отвечаю я. — Интересующий нас товарищ не появлялся?

— Где-то здесь должен быть, — с сомнением в голосе говорит Руслан. — Куда он денется? Он такой… своеобразный. Себе на уме.

— Умный мужик? — улыбаюсь я.

— Вах, какой умный! — шутливо восклицает Руслан. — На весь Союз писал, сейчас на всю Россию пишет!

— Деньги любит? — продолжаю спрашивать я.

— Э, дорогой, деньги кто не любит? Покажи мне такого человека, посмотреть хочу! Но скажу так… Любит, но без фанатизма. Здесь, — Руслан сделал широкий жест рукой, — процентов девяносто за бабки все сделают, что захочешь. Так вот, он в оставшихся десяти процентов.

— Сделает, но не всё? — уточнил я.

— Не всё! — подтвердил Руслан.

— А вы с ним давно общаетесь?

Руслан морщит лоб, вспоминает.

— Вообще, с самого начала! Как начали компьютерами и оргтехникой торговать — купили в «Огоньке» рекламу. Большие деньги дали! Там Лена снималась, жена Сергея Пантелеевича… Ну, то есть, на тот момент еще не жена, но уже… снималась!

— Помню! — киваю я. — Красивая была реклама. Для того времени просто новаторство!

Руслан поучительно поднимает указательный палец.

— Мы лучшие были! И остаемся! Только, Алексей, я не очень понимаю текущую задачу. Нужно денег дать этому деятелю? Так?

— В общих чертах — так, — подтверждаю я. — Но не столько ему лично, сколько на один проект. Важно, чтобы он взял именно у нас, а не у других.

— Возьмет, — уверенно говорит Руслан. — Эти другие — кто такие перед нами⁈ Тем более, мы можем и больше дать.

— Другие это «Логоваз», — говорю я.

Руслан мгновенно мрачнеет.

— Вайме! Зачем такие слова за столом говорить, дорогой? Я все понимаю, мы здесь не святые люди собрались, но эти — просто психи ненормальные! У их главного… как его?

— Березовский, — подсказываю я с улыбкой.

— У него с головой не все в порядке, — запальчиво утверждает Руслан. — Крыша поехала, ему в больницу нужно — дурдом! Его нельзя среди нормальных людей держать!

— И еще вопрос, Руслан, — продолжаю я. — Наш пассажир — человек богатый? Капусты нарубил в своем журнале?

Руслан растеряно пожимает плечами.

— Черт его знает, — говорит он. — Не бедствует, думаю. Но не князь, не «новый русский», дом большой не построил, хорошую машину не купил. Нет, он живет достойно, думаю, но особых бабок там нет, он же не один в своей редакции. Все пить-есть хотят… Да и что там заработаешь сейчас? Это же журнал, а не банк! А вот и он, кстати, появился! Не верти головой, Алексей, не верти! Справа! Сейчас к нам подойдет! Ты улыбайся, как ни в чем небывало, можешь спросить о чем-нибудь пустяковом, основной базар я вести буду, знаю, как с ним разговаривать нужно, не в первый раз…

К нам подошел мужчина — моложавый, черноволосый, круглолицый, среднего роста. Улыбка приятная, но не заискивающая. Костюм не «Версаче», но достойный.

— О! Какой человек! — воскликнул Руслан. — Владимир Борисович, дорогой, ты появился и в зале сразу светлее стало! Давно не виделись, расскажи в двух словах — как сам, как жив-здоров?

— Рад тебя видеть, Руслан, — ответил он сдержанно. — Все в порядке, пришел вот поддержать коллег…

— И мы пришли порадоваться за друзей, — подхватил Руслан. — Достойным людям — достойная награда! А кстати, представлю тебе хорошего человека — Алексей зовут, с Сергеем Пантелеевичем работает. Знакомьтесь!

Мы пожали друг другу руки.

— Еще два слова сказать хочу, Владимир Борисович, — продолжил Руслан, — раз уж мы здесь пересеклись. Ты не обижай нас, садись за стол! Вот, хорошо, спасибо, дорогой! Тут такое дело, понимаешь, интимное дело, можно сказать…

— Говори, как есть, Русик, — улыбнулся Владимир Борисович. — Чего ты китайские церемонии разводишь?

Руслан заговорщицки понизил голос.

— Сорока на хвосте принесла, что наш президент книгу пишет. Очень мудрую, очень нужную! Помнишь Брежнева книжку — в нагрузку давали, никто читать не хотел! А «Исповедь» нашего президента кооператоры печатать не успевали, большие бабки зарабатывали… Талантливый человек талантлив во всем!

— Ну что же, Русик, — загадочно улыбнулся Владимир Борисович. — Как знать, может и права твоя сорока… А президент наш — человек разносторонний, это да. Только я не пойму, в чем вопрос-то?

— Эх, Владимир Борисович, — вздохнул Руслан. — Книга такого человека — это событие. Историческое событие, эпохальное! Нужно достойно все сделать. Качественно издать, со всеми причастными расплатиться. Наши издательства… ты сам знаешь! Лучше в загранке. У финнов тех же — и бумага хорошая, и сделают на совесть… Мы понимаем — деньги нужны, чтобы хорошо сделать — много денег нужно. Одно слово скажи — все проблемы решим. Пятьсот тысяч «грина», лично Сергей Пантелеевич распорядился. Понимаешь, дорогой?

Владимир Борисович посмотрел на нас с удивлением, в нем явно происходила какая-то внутренняя борьба. Руслан предложил больше, чем стоило издание. В два с лишним раза.

Владимир Борисович некоторое время молчал, а потом расплылся в улыбке.

— Ну ты даешь, Руслан! Не ожидал, честно скажу! Удивил ты меня.

Руслан тоже расплылся в самодовольной улыбке.

— Владимир Борисович, дорогой, ты только не думай, что мы за это что-то просить будем. Нет! Чисто от души, на благое дело!

— Ага, — кивнул Владимир Борисович. — Чисто от души полмиллиона… А скажи, Руслан, что случилось? Раньше Сергея Пантелеевича никак нельзя было заподозрить в симпатии к президенту… Скажу больше. Несколько раз его приглашали пообщаться, он игнорировал. Вот я и не понимаю, что произошло…

Руслан важно кивнул.

— Ты знаешь, дорогой, какой человек Сергей Пантелеевич? Он же как с другой планеты человек, инопланетянин! Он гений, а гении, ты сам хорошо знаешь, не от мира сего. Вечеринки, тусовки, презентации — нет, не его это! Молодая жена обижается — рестораны не любит, курорты не любит, ну что с ним сделаешь? Такой человек! И в политике вообще не разбирается, говорит — с одним встречусь, пообщаюсь, другой обидится, врагом считать будет!

Владимир Борисович недоверчиво прищурился.

— Не любит, говоришь, рестораны и тусовки? А кто в новом году по четвертому