Охотники за тенями - Валерий Александрович Гуров

— Что мы имеем на текущий момент… — Янге взял в руки папку. — Неизвестный, в форме немецкого офицера, вошел в здание полицейского управления — и его никто не остановил! Даже и документов не спросил!

Сидевшие у стола потупились — они-то прекрасно понимали, что ответил бы эсэсовец столь дерзкому полицаю.

— Далее он разогнал всех посетителей, вместе с дежурным нарядом полиции! Потребовал у дежурного соединить его со мной — и тоже его прогнал! И ему никто не возразил! А его сообщники на улице — среди белого дня, действуя предельно нагло, на глазах у всех повесили сотрудника ГФП! Как мне прикажете это понимать?

— Заложники… — пробормотал кто-то из собравшихся.

— Чтобы они повесили еще и штурмфюрера? Эти — смогут! Такое впечатление, что этот наглец присутствовал на нашем совещании — откуда бы ещё он узнал кому и во сколько надо позвонить? Кто это такие? Я требую ответа от всех! Что — конкретно, вы можете мне сейчас предложить?

С места поднялся один из сотрудников. Уже достаточно немолодой, он все ещё носил знаки различия фельдполицайсекретаря. Ранее служил в полиции и коллеги не раз упрекали его в старомодности мышления. Серьезных дел он не вел, на совещание его пригласили вместе со всеми. Ибо здесь сейчас присутствовали вообще все офицеры ГФП — независимо от серьезности их положения внутри управления.

— Фельдполицайсекретарь Ангсман. Мне приходилось иметь дело с бандитами, которые вели себя подобным образом, герр фельдполицайкомиссар.

— Где и когда?

— В 1938 году, в Гамбурге. Это были не немцы, герр фельдполицайкомиссар. С вашего позволения — американцы. Они тогда взяли в заложники сына одного из богатых промышленников и стали его шантажировать, каждый день присылая отцу по отрезанному пальцу сына.

— И что же тот?

— Согласился на их требования — уплатил выкуп.

— Много?

— Очень много, герр фельдполицайкомиссар. Точная сумма так никогда и не стала никому известной.

— И они отпустили сына?

— Да. Его все время прятали в подвале отцовского дома. Далеко ему идти не пришлось…

Янге только головою покачал.

— Да уж… Их поймали?

— Мы даже не смогли выяснить — кого именно искать? И где? Они словно растворились в воздухе….

— Ну и почему же вы решили, что их действия схожи с манерой поведения этих… бандитов?

— Они точно так же, желая подчеркнуть серьезность своих слов, публично казнили водителя сына промышленника. Только не повесили — выбросили из окна в центре города.

Янге опустился на свое место.

Представить себе обергруппенфюрера, когда ему пришлют палец его племянника… он попросту не смог — фантазии не хватило.

Отдел ГФП 2 армейского корпуса вермахта

Сидя в своем кабинете, начальник отдела перебирал в памяти всех, кто мог бы ему сейчас помочь — и не находил никого. Обратиться в СС? Мясники… что они могут кроме того, чтобы расстрелять ещё полсотни заложников? А тот, кто ему звонил, не моргнув глазом, прикажет повесить сразу двоих — в том числе и гауптштурмфюрера. И тогда — все, хоть вешайся сам… Разъяренный дядюшка нажмет на все кнопки, которые ему доступны… и дальше думать не хотелось совершенно.

Армия тоже ни чем не поможет, еще и злорадно усмехнутся за спиной. Янге ничуть не обольщался тем, какое реальное отношение к ним ко всем существовало среди офицеров и рядовых солдат. Если кратко — их недолюбливали. И это еще мягко сказано!

За вспомогательную полицию он и вовсе не думал. Сборище лентяев и уголовников, которые вообще непонятно как ухитрились уцелеть при Советах и не быть при этом посажены в тюрьму навечно.

Подняв трубку, он приказал секретарю вызвать Ангсмана. Пожалуй, это сейчас единственный человек, который может посоветовать что-то по делу.

Когда фельдполицайсекретарь появился на пороге, хозяин кабинета кивком головы указал ему на стул около стола.

— Что вы можете посоветовать в данной ситуации? ГФП как-то вот не имело раньше опыта борьбы с похитителями людей.

— А какие требования выдвинули они в ваш адрес?

— Прекратить взятие заложников.

— И все? — удивился собеседник. — Украсть племянника высокопоставленного генерала, только для этого? Простите герр фельдполицайкомиссар, я что-то слабо представляю себе таких злоумышленников! У них должна быть какая-то конкретная цель! Вы внимательно прочли рапорт о произошедшем?

— Не понял…

— Нападавшие использовали бесшумные револьверы — патрон к такому оружию имеет отличия от стандартного. Далее, при осмотре места происшествия, наши криминалисты установили, что нападавших было мало — четыре-пять человек, не более. А сколько было наших солдат? И кроме того — вы личностью штурмфюрера Хайнеманна интересовались?

— В каком смысле? — удивился Янге.

— Два Железных креста за проведение диверсионных операций в тылу противника. И не против обозников — спецподразделения САС! Три личные благодарности от рейхсфюрера СС — как вы понимаете, просто так этого не происходит. Обергруппенфюрер Вайзель не послал бы своего племянника в сопровождении случайного человека — на это и был сделан расчёт нападавших. И его берут в плен! Каков же уровень тех, кто на это решился? Да и мало решиться — надо ещё как-то это сделать!

— Откуда вы все это знаете?

— Сразу же, как все это произошло, я навел все справки…

— И что вам удалось выяснить?

— Я абсолютно уверен, что вся эта операция была задумана только для того, чтобы выкрасть Хайнеманна и Грабера. Поэтому нападавшие так легко избавились от Винкеля — он не представлял для них никакого интереса. Вам самому не показалось странным такое совпадение? На дороге у деревни, в которой раньше вообще ничего не происходило, кто-то вдруг убивает полковника Лямке. Одним выстрелом — якобы из охотничьего ружья! И водитель никого не увидел? Абсолютно естественно, что туда прибывает команда из ГФП — такой случай не может остаться незамеченным! И все это происходит прямо перед приездом гостей? Кто высказал пожелание отправиться туда вместе с командой Винкеля? Не слишком ли много странного во всем этом?

В голове у Янге забрезжил проблеск надежды!

— Заговор?

— Я бы не стал исключать и такую возможность, герр фельдполицайкомиссар, — осторожно ответил Ангсман.

— Вы думаете, что это британцы? Но… здесь, на Восточном фронте?

— Они вообще-то союзники! Да и уровень планирования… русские так не умеют! Связать в столь тонкую паутинку цепь, на первый взгляд, вроде бы случайных событий — вы сами-то помните с их