Влад Савин - Союз нерушимый

— Падлы — говорит мент — ладно, в звании понизят, переживу. Не выгонят — кому тогда работать? Но ты, майор, мне должен — за угрозы и насилие по отношению к представителю власти. Или я тебя сейчас комендатуре сдам, хоть на гауптвахте посидишь. Что за прием ты на мне сделал, покажь. Только руку не сломай ненароком.

Я показываю, в варианте двух рук — айкидошное "санке". Менту не нравится, что надо проворачиваться под рукой, пусть на короткий миг оборачиваясь к противнику затылком. Ну тогда попробуй вот это — "никке" (конечно, названий я не говорю), болевой на кисть, и руку за спину, мордой в пол. Это выходит лучше. Хотя без базовых основ…

— Мальчики — вмешивается Аня — нам уже ехать надо, Кириченко ждет. А я бы хотела товарищу Кнышу еще пару вопросов задать. Какие претензии к нам были от прокуратуры?

— Сигнал был, от граждан — отвечает опер — что тут ночью офицеры пьяные буянят. И постановление было, насчет того, что фронтовики и демобилизованные склонны решать свои дела кулаками, а то и оружием, что надо решительно пресекать. Причем следователь прокуратуры Цуцкарев, давая указания, прямо мне сказал, что подозреваемые могут выдавать себя за высокопоставленных командировочных из Москвы, и иметь на руках поддельные документы высокого качества. Ну а дальше, наше дело подчиненное, провести проверку фактов и принять меры к задержанию с последующим возбуждением уголовного дела.

Ага, вот только сдается мне, здесь Кныш дурку валяет. Не может опер с почти двадцатилетним стажем, быть таким дубаком, это все же не патрульно-постовой мент. И думаю, был ты рад случаю на законном основании попрессовать столичных — но свои мысли держу при себе, не время сейчас для разборок. А вот этому Цуцкареву я теперь не позавидую — если бы не его уточнение, можно было бы списать на инициативу дурака, а так сразу видно, что заказное. И будет прокурорскому — если он от Кириченко кадр, то лететь ему в самую глухую жо.., ну а от бандеровцев, тогда строго по закону, вышак.

— А мы-то тут при чем? — допытывается Аня — или от пострадавших заявления поступили?

— Так вы, товарищ Ольховская, вот только без обиды, ну совсем не похожи на партийную — оправдывается Кныш — на вид, простите, как профурсетка, ну не бывают такими товарищи из Москвы, строгости никакой. И простите еще раз, я-то все понимаю, война, но раз вы коммунист и замужняя, судя по кольцу, ну нельзя так авторитет Партии ронять, ладно, фронтовые товарищи, но неприлично шуметь-то зачем? Люди же слышат, в соседних номерах!

Аня посмотрела на Лючию. Та смущенно спряталась мне за спину.

— …и свидетели прямо на ваш номер указывали, как в вашу дверь стучали, и слова "товарища Ольховскую, вызывают в штаб округа", а после шум драки. И коридорная куда-то пропала. Мужики, при всем уважении — сейчас не война уже, и это наша епархия, а не СМЕРШ. Даже если вы тут шпионов ловите — мы в курсе быть должны.

А, была не была! Ведь если завтра начнется, то именно таких как этот опер в первую очередь убивать будут!

— Кныш, в ближайшие дни будьте наготове. Когда тут начнется кипеж, запомни, главная опасность не в толпе. А малые банды, хорошо вооруженные и обученные, будут под шум нападать на выбранные объекты и убивать по списку. Это враги, хуже фашистов. Больше сказать не могу, но после буду рад позаниматься с тобой русбоем. Если останемся живы.

Кириченко Алексей Илларионович, Первый Секретарь КПУ. Киев, 22 июня 1944.

Вот мерзавцы! С таким трудом налаживалось — и все под откос! Ну какого рожна им это было надо?!

Политика, это дело тонкое. Мало ли кто кем раньше был? Дружок, кто в тридцатые в Средней Азии служил рассказывал, как там устраивалось — "ну что ты, курбаши-юзбаши, стреляешь из-за дувала, лучше к нам иди, вступай в партию, сделаем секретарем райкома". А в Грузии, я слышал, бывшие князья в коммунисты подались, и жили как раньше, крестьян плетьми секли. И что — да ничего, ведь главное, чтобы спокойствие, и в Москве довольны!

Так и эти. За ридну самостийну, и что с того — раньше ведь союзниками считались, против панской Польши, как месть наша за Варшаву двадцатого. И если бы Гитлер на нас не напал, так зуб даю, Бандера и сейчас бы "своим" числился, как какой-то там Барзани в Ираке. Москва всех превыше, ну так далеко она, я здесь за нее, меня и слушайте, как раньше немцев, будете хорошо вести, забудем про ваши грехи, например как панам на Волыни кровь пустили. Кого Пилсудский на "крессах всходних" селил — "осадников", отставных солдат, чиновников, жандармов, и тому подобную сволочь, для которой украинцы были как для фрицев унтерменши — ну вот и получили паны по справедливости, зверство конечно, кожу заживо драть, или детей в котле варить, так народ простой и шибко на ляхов озлобленный. Мы в той войне победили — значит, слушайте нас! И ведь слушали, поначалу!

Даже на то согласился, чтобы на их землях, их люди во власти. Пошлешь туда человека с востока, так обязательно что-то с ним там случалось, а то и просто сгинул, и нету! А так, покой и порядок, какие бандиты, мы все мирные граждане УССР, за Сталина, все исправно работаем и налоги платим… пока нас не обижают, конечно! Так я их и не трогал, чего еще им надо было?

Пономаренко, гадюка, ну что стоило тебе самому приехать? Договорились бы как-нибудь, по старому знакомству. Нет, эту прислал — и ведь как прислал! По распорядку ведь положено, чтобы не одна приехала, а с сопровождением, и из адмотдела кто-то, и фельдегеря, для охраны и поручений, но это если именно официально, "иду на вы", а так, в одиночку, значит свое доверенное лицо ко мне, и такое бывает, хотя и нечасто. Ну а что ППЖ, зная мое отношение к женскому полу на рабочем месте, так это тоже намек, что правила устанавливает он, вышестоящий, плевав на мое мнение — что ж, это его право, пока! Ничего, я ведь не забуду, припомню, когда карта моя ляжет.

Мы ведь тоже не пальцем деланные, все понимаем. Хозяин сожрет, не подавившись, каждого по отдельности — а если сразу многие ответственные товарищи, особенно Первые в Республиках, скажут — нет, не против вас, товарищ Сталин, а исключительно в интересах дела, Партии, по своей совести коммунистов и ленинским заветам? А главное, народ не хочет, который, по Марксу-Энгельсу-Ильичу, всегда прав! И в подтверждение — беспорядки, и не где-то в Туркестане, а на Украине, не желают простые люди новых границ, а заодно неплохо было и вольностей прибавить, чтобы своя внешняя торговля, и представительства за рубежом, и ресурсов побольше у себя, а не в центр. Ну и конечно, чтоб нового тридцать седьмого не бояться — чтобы к примеру, Члена Политбюро снять с должности, не говоря уже об аресте и приговоре, можно было лишь с согласия Политбюро, а не по единоличной воле Хозяина. Нам на местах, значит, отдуваться, а таким как Пономаренко, все сливки. Погоди, еще неизвестно, кто лет через десять будет кем и где!