Влад Савин - Поворот оверштаг
Сделали, значит, наши, как «Пионер» Адамова. Ясно, что втайне делали. Почему только одну? А ты ее у пирса видел? Ну а теперь представь: вот в «щуке» нашей тонн, как в тральце, а что построить дороже и дольше? А если «Моржиха» размером с линкор? И обошлась нашей казне, наверное, как целых два линкора. Так и есть: в Молотовске «Белоруссию» дважды закладывали, первый раз якобы брак, второй раз объявили, что отмена. Вот, значит, куда труд и металл пошли.
Семнадцать узлов под водой, на переходе то есть, это крейсерский ход для нее? Ну не знаю, что наши ученые, лучшие в мире, придумали, может, как у Беляева, аккумуляторы сверхмощные, может, как «Пионер», от температур в океане подзаряжается. Но вот построили — значит, изобрели что-то. И ясное дело, секрет, о котором нам знать не положено.
А ведь выходит, мы балтийцев и черноморцев переплюнули! Есть у нас на Северном флоте свой линкор, да еще подводный, сильнее любого другого. Вот подумай, мог ли даже «Марат» наш, при царе еще построенный, с «Тирпицем» справиться? А «Моржихе» что «Тирпиц», что «Лютцов», что «Хиппер» — все на один клык. Или, как «Шеер», вообще, в трофеи.
Ладно, нужны будем — позовут. Болтаемся тут, у Варангер-фьорда, и хоть бы какое фрицевское рыло в море высунулось… До чего дошли — за мотоботами охотились третьего дня! С другой стороны, не самоубийцы же фрицы в море лезть, где столько раз подряд огребли? Фюрер их от злобы всех адмиралов поснимал, гестаповцев во главе флота поставил, во комедия! Серьезно, когда у Петсамо драка с «охотниками» была, наши выловили кого-то. Узнали, что командуют теперь у фрицев на мостике не морские офицеры, а чины СС, и плевать фюреру, что этот чин моря раньше в глаза не видел, зато идейный! Долго воевать так будут, клоуны, до самого морского дна.
Кого там еще бог или черт несет? Срочное погружение!
Вот базар-вокзал! Наши! «Баку» и все новые эсминцы! И лодки большие, «катюши», эскадрой идут. Так это и выходит эскадра: все серьезные корабли флота! И тоже курсом на вест! Это что же там такое будет? Если «девятнадцатый» конвой на подходе, то эсминцы понятно, зачем нужны, но лодкам там что делать?
С кем-то драка затевается большая! Кто там у фрицев остался? «Шарнхорст», «Ойген», «Нюрнберг», «Лейпциг». Ну, может, и нам что-то перепадет…
А ведь мимо прошли, нас не заметив… Неужели все же в прошлый раз «Моржиха» нас обнаруживала, не эсминцы? Ясно тогда, как она лодки фрицевские кушает. Всплываем.
Радиооповещение по флоту? Фрицевский конвой, идет на Киркенес, в охранении — «Ойген» и «Нюрнберг». Большой конвой, если его крейсерами прикрывают. Вот, значит, куда наши прошли всей силой. И «Моржиха» впереди. Ну, песец вам, фрицы, большой и толстый!
Интересно, от конвоя хоть что-то останется? Или достанется на нашу долю, а то мы ведь позицию без приказа покинуть не можем. Или рискнуть — Киркенес-то рядом?
Капитан 1-го ранга Лазарев Михаил Петрович.
Подводная лодка «Воронеж». Баренцево море.
Песец вам, фрицы: я вас вижу, а вы меня пока нет. Третья уже субмарина…
Сначала с нашей «щукой» разошлись. Нет, по сигнатуре акустической опознали своих, но порядок есть порядок. И записывали мы «портреты» наших «щук» в других гидрометеоусловиях, что погрешность дает: а вдруг у немецких или английских лодок картинка выходит похожая? Так что покажи личико для гарантии, что наш.
Ну а после началась охота. Вначале все было обыденно, до скуки. Как задачу на полигоне отрабатывали, причем в той же команде — «Куйбышев» и «Урицкий». А от фрицев в данном случае не зависело ничего. Примерный район нахождения цели известен — по пеленгации, когда на связь выходила. Точнее навестись — по акустике. И — заход эсминцев в атаку по нашему целеуказанию.
С более поздними лодками так бы не вышло. Это ведь получалось, как вслепую рисовать, по подсказке извне: влево, вправо, вверх. Попробуйте, что будет в итоге? Но три-четыре узла экономичной скорости этих субмарин, совершенно недостаточно, чтобы успеть выйти из-под удара. С немецкой «электролодкой» XXI серии (год сорок пятый) это могло уже не сработать, хотя все равно мы ее загоняли бы, ей энергии не хватило бы много раз вперед прыгать, как даже на «семерке» фриц с нами проделал после Порсангера, но побегать бы и нам пришлось.
Но тот фриц был какой-то неправильный. Эти же действовали по шаблону — нырнуть, затаиться. А дальше им песец. Две штуки. Номера утопленных для отчета? Дома радио фрицевское расшифруем, кто там у них не вернулся.
Периодически мы подвсплывали, чтобы получить картинку на радаре, выставив антенну. Ну нет пока радиолокации на старых эсминцах, потому приходится работать нам. Ночь, но теоретически можно было ожидать, что прилетит разведчик с бортовым локатором, вызовет бомберов и подсветит им «люстрами». Хотя и маловероятно, но бдим.
И вот надо же так случиться, что очередную цель засекли как раз в этот момент, причем не акустикой, а радаром. Что не работали локаторы в эти годы на наших частотах, а значит, фрицы нас по излучению не засекут, это мы сообразили давно. Но тогда выходит, мы можем и торпедами атаковать из-под перископной антенны! Если ночь и поднятую антенну не видно… Фишка в том, что так элементы движения цели определяются много точнее, чем по акустике, тем более в пассивном режиме. А значит, можно стрелять местными торпедами гораздо точнее — и двумя, а не четырьмя, и с большего расстояния.
Да уж, крепки задним умом! Что стоило прежде на полигоне сообразить и проверить. Теперь нас шаблон подвел: антенна локатора больше самого перископа заметна, и выходить под ней в атаку накоротке — это самоубийство, что по нашим временам, что здесь днем. А ночью, когда не видно? Вот оно, искусство военное, — любые тактические приемы хороши или плохи исключительно в контексте конкретных условий и возможностей противника. Переоценишь — упустишь победу. Недооценишь — потеряешь жизнь.
А так как на полигон нам уже не попасть, опробуем прием на этом попавшемся нам фрице. Устроим себе «тренировку на кошках» перед сражением с конвоем.
Про встреченную «щуку», оказавшуюся не на месте, помнили все. «Куйбышев» передал запрос в штаб флота, через двадцать минут ответили, что в указанных координатах наших лодок быть не может абсолютно точно. Как и союзников — по имеющихся у нас данным. Эсминцам было приказано ждать. А мы пошли на сближение. Пятнадцать миль до цели, идущей навстречу.
Смущала лишь акустика. Сигнатура не распознавалась. Может, виноваты были все те же гидрометеоусловия?.. Но более вероятно, что это была «девятка», ранее нам не встречавшаяся. Что несколько этих лодок сейчас включены в состав немецкой 11-й (арктической) флотилии, мы знали точно. Слышим уже отчетливо цель на акустике, пишем «портрет», в базе данных не обнаружен. Считаем, что «девятка».