Юрий Тарабанчук - Господин Почтмейстер

- Ничего себе! - осознав, что лежит перед ним, восхищенно выдохнул журналист. - Вот это находка!

Бромель закатал по локоть рукав свитера, нагнулся и нащупал ручку.

'Стопроцентный вещдок, - промелькнуло в голове. - Это - дорожный дипломат одного из бандитов. Тяжелый, зараза...'

Журналист выпрямился, настороженно выглянул из кабины и неуклюже переваливаясь, рванул к своей машине. 'Жареным пахнет за версту, чую, на что-то серьезное я наткнулся... - лихорадочно подумал Бромель, забрасывая дипломат в багажник. - Действовать надо крайне аккуратно. Если Боксер раньше времени узнает, что есть нежелательный свидетель, видевший, как он облажался, то уберет, не задумается, и глазом моргнуть не успею...'

Журналист захлопнул багажник и сел в машину, стреляя по сторонам глазами. Вроде бы никто ничего не заметил. В отдалении, возле будки у въезда на стоянку, стоял одинокий молодой охранник и с кем-то весело болтал по телефону, повернувшись к Бромелю спиной.

Журналист поднес к лицу испачканную руку и брезгливо сморщился.

- Ладно. На войне, как на войне, - пробормотал он. - Ждать нечего. Куй железо, пока горячо...

Бромель кряхтя с трудом перебрался на заднее сидение, опустил перегородку между салоном и багажником и вынул оттуда свою находку.

'Одно плохо: салон мыть придется, - мелькнуло в голове. - Профессиональные привилегии свободного журналиста: в мусорных баках копаться и дерьмом чужим пахнуть стойко...'

Дипломат открылся на удивление легко. Пистолет-пулемет 'МП-5' лежал снизу, небрежно прикрытый черной шерстяной маской с прорезями для глаз.

'Значит, налет стопроцентно был, - утвердительно констатировал про себя журналист. - И кто-то, неизвестно кто, полумифический 'ОН', поставил этих сволочей на место...'

Бромель взялся двумя пальцами за ствол: тот был еще теплым от выстрелов и испускал характерный запах разогретого оружейного масла и пороховой гари.

Журналист аккуратно приподнял оружие и на всякий случай, по давно сложившейся привычке все тщательно осматривать, заглянул на дно дипломата, совершенно ничего не ожидая там обнаружить...

На сей раз Бромеля ожидал приятный сюрприз: под пистолетом-пулеметом 'МП-5' лежал прямоугольный сероватый кусочек тисненого картона, своеобразная визитка со словом 'центральный лифт', набранным мелким курсивом, непонятным десятизначным шифром и отчетливой красной надписью по центру: 'Господин Почтмейстер'...

После не совсем дружественного и при том насыщенного довольно тривиальными событиями визита полномочных представителей г-на Боксера, во время которого стороны энергично обменялись своими соображениями по ряду актуальных проблем, пол в моем кабинете покрылся толстым слоем тонкостенных металлических стаканчиков, иначе выражаясь - ворохом гильз. Останки черного кожаного кресла как-то очень даже гармонично смотрелись на их латунном фоне, изо всех дыр светя своими белесыми эластичными внутренностями.

Я сокрушенно покачал головой и нажал несколько клавиш в ноутбуке. Небольшой отряд роботов-уборщиков вкатился в кабинет. Чуть слышно вибрируя, роботы принялись за работу.

Я поднялся из-за стола и от души потянулся. 'От этих бритоголовых никакой пользы, один вред, - мелькнуло в голове. - Нужно вызвать центральный лифт и очистить от краски объективы скрытых камер. Кажется, на сегодня это все'. - Я надел перчатки, вышел в коридор и двинулся в сторону лифта...

Бромель взял в руку визитку с надписью 'Господин Почтмейстер' и внимательно осмотрел ее.

Затем журналист глянул на часы и после довольно продолжительной паузы пробормотал:

- А почему бы и нет?

Он захлопнул дипломат, сунул вещдок обратно а багажное отделение. Затем журналист тщательно вытер испачканные руки тряпкой и выбрался из машины.

'А почему бы и нет? - пульсировало в его голове. - Господин Почтмейстер - загадочная личность, окруженная неким ореолом благоговейной тайны. Конкретной информации по нему - ноль. Только домыслы и слухи. Говорят, он знает ВСЁ. Если предположить, что именно к нему в гости подымались на лифте братки Боксера, а это выплывает из того, что эту визитку дал им сам Боксер перед их посадкой в лифт, то выходит, что его офис находится где-то в этом здании и что я могу попытаться зайти к нему на огонек. В таком случае цифры на визитке означают код доступа...'

Придя к этому умозаключению, Бромель быстро направился в сторону центрального лифта, решительно выставив вперед свой внушительный пивной живот...

Убедившись, что в центральном лифте нет людей, я вызвал его к себе на этаж. Спустя минуту дверь открылась и я тут же брезгливо поморщился - пол кабины был покрыт слоем рвоты. 'Эх, бойцы, бойцы, - с иронией подумал я, - космонавтов из вас точно не получится!'

Я решил повременить с очисткой камер слежения и вызвал двух роботов-уборщиков из своего кабинета. Два пятидесятисантиметровых ящика неторопливо проехали мимо моих ног и деловито урча, принялись приводить кабину в порядок. Одновременно с этим я включил в кабине режим воздушной фильтрации. Вскоре из нее повеяло насыщенным озоном свежим воздухом...

Кабина центрального лифта стояла на двенадцатом этаже. По крайней мере именно это показывала зеленая шкала с желтыми циферками, установленная над закрытой дверью.

Бромель нажал на кнопку вызова лифта и крепко сжал пальцами драгоценную визитку.

'Если я на верном пути, то буквально через несколько минут встречусь с этим загадочным господином, - возбужденно подумал он. - На моей стороне - фактор внезапности!' - Журналист машинально поправил свисающий с шеи фотоаппарат и нервозно сглотнул...

Роботы-уборщики закончили очистку лифта и неторопливо укатили. Я шагнул в кабину. Натянув на указательный палец правой руки резиновый колпачок с нанесенным на него кожным узором внутренней поверхности ногтевой фаланги одного индивидуума, я снял крышку панели управления и оставил под ней несколько четких отпечатков. Затем я установил крышку на место, вполне удовлетворенный проделанной работой. После этого я достал из кармана несколько тампонов, пропитанных специальным раствором, и задрав голову вверх, принялся тщательно обрабатывать залитые краской микроскопические объективы камер слежения.

Внезапно двери лифта закрылись и кабина медленно поехала вниз...

'Кабина поехала вниз', - взволнованно отметил про себя журналист и расправил плечи.

- Одиннадцатый, десятый, девятый, восьмой, седьмой... - не замечая ничего вокруг, Бромель шевелил губами и зачаровано смотрел, как на зеленой шкале желтые циферки сменяют одна одну в порядке убывания...