Юрий Тарабанчук - Господин Почтмейстер
Мне удалось остановить лифт лишь на седьмом этаже, введя в панель управления специальную комбинацию цифр, предназначенную для экстренных случаев. Все это время я ругал себя последними словами. Это же надо - забыть поставить на блокировку лифт! 'Нет, на сегодня действительно все, - агрессивно подумал я. - Хватит. Иначе полученный адреналин из ушей польется!'
Я поднялся на свой этаж и заблокировал панель управления. Теперь кабина могла ездить куда угодно, но без остановки на моем этаже.
Кабинка лифта застыла на отметке '7' и вдруг снова поднялась вверх, до отметки '12'.
- Что за ерунда? - вопросительно пробормотал Бромель, без устали нажимая на кнопку вызова.
Наконец кабина спустилась вниз. Бромель запрыгнул внутрь, с удивлением отметив про себя, что в ней успели навести порядок. Двери закрылись.
Журналист ввел код из десяти цифр в панель управления и настороженно замер. Лифт остался на месте. Он ввел код еще раз: никакой реакции не последовало. Бромель ругнулся и нажал цифру '12'. Кабина поехала вверх. 'Возможно, это не код доступа, а нечто другое, - размышлял журналист во время подъема. - Нечто другое... Но что?!'...
Я вернулся в кабинет. Роботы уже закончили уборку и укатили. На месте старого кресла стояло новое: год назад я предусмотрительно закупил целую дюжину шикарных кожаных кресел, и как показало время - правильно сделал.
В этот момент прозвучал зуммер. Кто-то безуспешно пытался подняться на мой этаж, не зная о том, что доступ заблокирован. После небольшой паузы зуммер прозвучал еще раз. Я решил проверить, как работают камеры слежения, установленные в лифте, а заодно и взглянуть на возмутителя моего спокойствия. Я посмотрел в монитор и задумчиво нахмурился: в кабине лифта тяжело посапывая стоял один из главных моих информаторов. Источник моего благополучия и моей феноменальной осведомленности. Причина моего потрясающего успеха. Справедливости ради надо отметить, что он ничего не знал об этом, напряженно глядя на панель управления лифтом и не подозревая, что смотрит прямо мне в глаза...
- Бромель Иван Александрович, репортер уголовной хроники в газете 'Криминальные войны', - негромко констатировал я. - Неужели одна из моих визиток попала в ваши руки и вы решили лично убедиться в реальности существования Господина Почтмейстера, уважаемый?..
Бромель вышел на двенадцатом этаже. Ничто не говорило о том, что здесь недавно стреляли: в десяти шагах от Бромеля на одном из стульев с сонным видом сидела пожилая женщина с пышной прической, то и дело клевавшая вниз головой; двое молодых служащих в одинаковых фирменных костюмах с золотистыми логотипами прошли мимо него по коридору, чему-то улыбаясь и негромко переговариваясь; и самое главное - в воздухе совершенно отсутствовал запах пороховой гари. Вокруг было спокойно. Слишком спокойно...
'Рыба поднимался на двенадцатый этаж, - в памяти журналиста всплыл разговор Боксера с длинноволосым. - Парень должен был сфотографировать человека, названного Боксером 'ОН'. Судя по визитке, обнаруженной в дорожном дипломате старшего группы, речь шла о Господине Почтмейстере. Скорее всего именно на этом этаже Рыбу и изуродовали. Но где? В каком из кабинетов?'
Бромель двинулся по коридору, внимательно изучая таблички на дверях с названиями фирм, арендующих здесь помещения под офисы. Таким образом он прошел в конец коридора и задумчиво остановился возле окна. Жалюзи на нем были полуприкрыты, и апрельское солнце щедро делилось своим ярким насыщенным светом, мощно рассыпаясь лучами на ограниченном пространстве белого пластикового подоконника.
Внезапно справа от журналиста приоткрылась массивная дубовая дверь с номером '1201'и оттуда в донесся слабый девичий голосок:
- Помогите... Убивают...
Бромель встрепенулся и не медля ни секунды, протиснулся в кабинет.
За дверью пошатываясь стояла молоденькая девушка с глазами, полными слез.
- Помогите, - уже тверже произнесла она, с мольбой глядя на бородатого гиганта. - На меня напал какой-то безумный маньяк!
- Не беспокойтесь, вам больше нечего волноваться - я уже здесь, - успокаивающе сказал Бромель. В его голосе проскользнули самодовольные нотки. - Присядьте. И расскажите мне все по порядку.
- Меня зовут Лена, - всхлипнула девушка, опускаясь на стул. - Я здесь работаю всего две недели, шеф мной доволен, ну в смысле тем, как я справляюсь со своими обязанностями, и тут - ТАКОЕ!! Нет, я этого не переживу!!
- Что означает - ТАКОЕ? Вас обесчестили? - с недоверчивыми нотками в голосе полувопросительно произнес журналист. 'Рыба никак не мог быть насильником', - отметил про себя Бромель и подумал о том, что не ошибся он ли дверью.
- Обесчестили?!! Этого еще не хватало! - оскорбленная до глубины души предположением бородатого гиганта, с горячностью воскликнула девушка. - А кто, собственно, вы такой? Я вас не знаю!
Бромель пригладил рукой совершенно не вызывающий у него оптимизма чахлый венчик волос на своей голове и неуклюже поклонился:
- Иван Александрович Бромель, свободный журналист, в некоторой степени человек сыскного искусства, к вашим услугам, Леночка.
- Теперь понятно, почему вы так выглядите, - облегченно кивнула девушка. - А то я было уже подумала...
- Перейдем к делу, - поспешно отозвался Бромель. - Скажите, вы своего шефа в лицо знаете? Или он его постоянно от вас прячет?
- Зачем ему прятать свое лицо? - вопросом на вопрос ответила девушка и запальчиво добавила: - К тому оно у Всеволода Юрьевича очень даже интересное! Такое, волевое!
- Очень хорошо, - кивнул журналист. - Вопрос о вашем шефе с волевым лицом снимается. Меня интересует следующее: парень, которого вы так испугались, был с длинными волосами и в синей спецовке?
- Да-а-а, - удивленно протянула девушка. - В нашем офисе вдруг отключили электричество, я только собралась позвонить в сервисную службу, как в кабинет вошел этот ненормальный и чем-то брызнул мне под нос из баллончика. У меня закружилась голова и... Что было дальше, я не помню.
'Значит, Рыба был именно здесь, - с удовлетворением подумал Бромель. - Судя по ящику с инструментами и его разговору с Боксером, он должен был сделать в стенах, в полу или в потолке отверстие и сфотографировать этого 'ОН', предположительно Господина Почтмейстера. Стены сразу отпадают: сзади - выход в коридор, справа - кабинет ее начальника, слева и прямо - улица. Остаются пол и потолок. Наверняка остались какие-то следы его работы. Ну-ка...' - Журналист неожиданно встал на четвереньки и медленно двинулся в сторону стола, тщательно исследуя покрытый деревянным паркетом пол офиса.
- Что вы делаете? - изумленно уставилась на него девушка. В ее душе с новой силой вспыхнули подозрения.