Святослав Зайцев - Семицвет: молодость богов. Части 1-2
Лучший друг… — подумал Сон. Все это было из какого-то другого мира. Даже убийство было из другого мира. Убивать демонов — да, они страшные, мерзкие и опасные. Это как убить гигантского быка, который мчиться на тебя во сне. Или ядовитую змею. Но вот убийство человека казалось ему чем-то совершенно фантастическим. Ему было сложно даже пожелать человеку болезни — так, чтобы на полном серьезе, а уж пожелать смерти — а тем более попытаться убить и сделать это удачно — человек способный на такое не то, чтобы казался ему ужасным или заслуживающим наказания, он просто был каким-то инопланетянином. Само по себе убийство было чем-то из иного мира, с той стороны которого… Привратник. И много демонов. А здесь, где вечный восход и свежий воздух, и холмы и злой тренер, и добрая Лиза, и умный профессор… Какие здесь могут быть убийства? Только отгороженные, за семью замками и энергетическими границами — на аренах, разве что.
— Кстати предатель тот недолго правил — гигантская система Семицвета на прощает пдобного и не смотря на все его предосторожности и попытки уберечься, он все же был убит — неправильно надел форму, она оказалась оказалась негерметична и он вышел против ледяного демона. Его тело замерзло в течении нескольких секунд и упало на землю с высоты шести метров, разбившись о Ледатрикс на множество осколков. Его меч обрел разум и право выбирать. И предал его в самый нужный момент, когда хотел спасти. Тогда-то ученые и стали понимать, что оружие которым сражаются с демонами уже не просто оружие. Так некторые из мечей стали получать имена, а некоторые — даже право выбрать себе хозяина.
После предателя на трон взошел выбранный советом воин — мягкий и дипломатичный на вид, но в сердце — лживый и хитрый. И первым делом он стал медленно уничтожать всех, кто попытается иметь собственное мнение, спорить, не слашается. Великий манипулятор — так его звали, раслодил вокру себя таких же как он — дипломатичных и лживых. К сожалению воин на то и воин. Он вседа имеет собственное мнение, он вседа идет своим путем. А потому в эту мясорубку из ласковых слов попали все самые сильные бойцы академии.
Он довел ситуацию до того, что от одного его взгляда люди снимались с должностей и уходили в мир целыми кланами. Так Семицвет потерял своих лучших воинов — постепенно академия осталась практически ни с чем. На поле боя выходили дети и старики.
Мы одерживали одно поражения за другим. Но избранный военноначальник был неумолим в желании ослабить академию ещё сильнее, ведь только слабой и беспомощной она была всецело в его власти. Но защита академии и защита всей империи вещи настолько взаимосвязанные, что любой, даже самый маленький демон котороо ты прозеваешь в привратнике обратиться настоящей катосрофой в обычном мире.
Империя была на волоске от распада. Именно тогда и началась знаменитая экномическая блокада, переросшая в первую юрилическую войну. Мир был на грани начала самой кровопролитной резни, ладони великих правителей лежали на красных кнопках и Семицвет нашел спасение в последнем оплоте старой команды.
Беллой, безликой тенью проплыл по коридору первый преподаватель. Никаких знаков отличия, никаких особенных примет. Даже царской походки, столь свойственной аристократам…. Ничего, чтобы выдавало в нем его статус. Только Хризантемы. В его руках были Хризантемы. Он единственный кто явился в зал с букетом цветов. Лиацетая Белая. Неужели он был женщиной?
— Последним ополотой старой команды была черная троица и черный клан, понимая в это, король Семицвета направил на них все свои силы и уничтожил Сирецею — главу черной троицы, ученицу и взолюбленную Сиреники.
Первым проше охранник. На них тоже была форма — только серая. Он встал у выхода в зал и что-то сказал Сетроени, та кивнула, положила на пол меч и отвернулась.
— Сиреника был в ужасе. Белоспектральный воин — ангел во плоти, мессия! Не смевший никому перечить, даривший лишь радость, смеясь убивавший демонов голыми руками… В одночасье он изменился навсегда, заключив сделку с самой тьмой он уничтожил первого преподавателя самой страшной местью на которую был способен. И с тех пор в нем все изменилось. Он стал жесток и холоден. До сих пор он — единственный воин, который может без помешательства сочетать в себе и белый и черный спектры. После победы он поставил на трон свою, человека который неоднократно спасал его, заслонял собой и в одном из неравных боев сулившей смерть, вытащил великий Фаратрикс. Это была Первоцвет. Великая намсетница, Повелительница и когда та подросла и расправила плечи, стало ясно, какую цену заплатил он черным силам за то, чтобы победить в той дуэли.
Новая преподавательница оказалось в стократ хуже и ужаснее чем все её предшественники вместе взятые — но оставался ли у неё выбор? Ей в руки перешло страшное наследство, ослабленная и разушенная академия. Своей тиранией и кровожадностью она вознесла Семицвет до невероятных высот, устроив настоящую бойню за право стать учащимся и ещё более страшную бойню за право стать воином. Отбирая лучших учеников на кровавых дуэлях… Она вычистила всю оппозицию и любое инакомыслие уничтожала на корню.
Пару десятков лет назад было нормальным набрать триста учеников, чтобы оставить из них тридцаток путем кровавых уничтожений. Кроме того, это даже считалось красивым. Страшным, но эффектным. На бои собиралась знать. После боев устраивались пиры. Как в Спарте, как в кровавой средневековой армии. Отбирались лучшие бойцы — самый сильные, самый быстрые и умные. А красный спектр зарабатывался ими искуственно в результате отбора. Так она окружила себя кровожадными психами. Отморозками. Беспредельщиками без грамма сострадания. Разлом окрасился в алый цвет. Победа стала самой желанной наградой. Она была осыпана почестями и раздавала титулы направо и налево. Кланы получали в подарок от правителей империи дворцы, слуг, деньги, драгоценности, любые технологии, все что могли себе позволить…
Её боготворили и её боялись. Она правила три поколения и создала вокруг себя силы, с которыми не смог бы спраавиться даже имперская армия, и без которых сам император был ничем… Она получила власть над энергетическим фоном всей империи, по её протекции Цикада стала Цикадой, из обычного интернета превратившись в настоящее думающее существо. Её называли исчадием ада, однако она утверждала что вознося молитву любому из ныне существующих богов мы молимся дьяволу, то есть — ей. И она слышит все мысли и желания каждого человека империи. И тогда все смешалось — свет с тьмой… Молитва стала проклятием.
— Но однажды в школу пришел невзрачный ученик. Он был одним из последних в поколении и практически все были уверенны в том, что он не пройдет и первого испытания — не говоря уж о сражении на дуэльных аренах.