Илья Сомов - Солнечный Остров
Теперь он действительно понимал: выпад Лео уязвил банкиров в их самое чувствительное место – кошелек.
- Такой вариант решения проблемы лет сорок назад предложил казначей Фадимир. – сказал князь. - Его отравили.
- Правильно сделали. Такие идеи здоровому человеку в голову прийти не могли.
- Я как раз подумал, что именно такие идеи сейчас будут очень кстати и решил стряхнуть с них пыль. От себя добавил только введение в Видесоле собственной валюты.
- То есть, Роумат и его приятели толстосумы сейчас резко обеднели. Ты действительно ударил по их деньгам. Но ведь… - Ормат беспокойно пожевал губу, - они все равно еще очень и очень богаты, к тому же у них за пазухой наверняка есть империалы.
- Большая часть настоящей валюты идет напрямую в казну верховного князя. Банкирам, конечно, тоже кое-что перепадает, да и воровство никто не отменял. Но, - широко улыбаясь, Лео театрально взмахнул ладонью, - здесь я очень рассчитываю на жадность князя Сабана.
За воротами снова послышались крики ярости. С винтовками наперевес купцы бросились к баррикаде. Холодным огнем громыхнули выстрелы. Злобные вопли сменились быстро удаляющимися стонами.
- Да, наделали мы дел… А ты, похоже, наслаждаешься? – неожиданно для самого себя проворчал Ормат.
- Вечно ты говоришь под руку, - отозвался Лео, перестав улыбаться. - Ну да, приятно сознавать, как много ты можешь. Чувствуешь себя немного богом. Но если смотреть на вещи трезво, - отвернувшись от друга, князь остановившимися глазами взглянул в пустоту, - то, что произошло сегодня, все равно случилось бы рано или поздно. Причем, скорее рано. Не знаю, хватит ли этого для утешения, но это истинная правда.
В запасном командном центре царила деловая суета. На глянцевых стенах мелькали размытые отражения торопящихся офицеров, под потолком клубился гул множества голосов. Секретарь Вильмар, все еще неловко чувствующий себя в окружении такой толпы военных, протянул Алвиаду световой планшет.
- Странные донесения из городов, - тихо сказал Вильмар, по привычке теребя свои чиновничьи косички. – Мне кажется, обстановка там накаляется.
- Если и так, то разве мы зажгли под ними огонь? - усмехнулся Алвиад.
Настроение у регента было превосходное. Жена так быстро пошла на поправку, что у всех шарлатанов, называющих себя докторами, глаза на лоб полезли. Примешивалась, правда, к этой радости тревожная нота. Если его союзники так могучи, что легко победили никому более не подвластную страшную болезнь, то на что еще они могут быть способны? Сможет ли он их переиграть? Хотя нет смысла об этом думать – выбора у него все равно нет.
- До меня уже доходили кое-каки вести, - продолжил регент, сосредоточиваясь на текущих событиях, - Ситуация действительно тревожная, но если процесс пошел, то стоит ли нам его останавливать?! Помните, господин Вильмар, как мы с вами мечтали о денежной реформе?
- Я все же рассчитывал, что если мои мечты и осуществятся, то это произойдет в более спокойной обстановке, - слабеющим голосом отозвался Вильмар. – О, прошу меня простить, господин, кажется, вас ждут другие дела.
Оглянувшись, регент увидел, что к нему, расталкивая толпу, решительно шагает генерал Дамира. Блестящие брови женщины были сумрачно сведены, на красивом лице лежала грозовая туча. Алвиад мысленно улыбнулся – похоже, до госпожи генерала сегодня тоже дошли неожиданные вести.
- Как это понимать, господин регент? - прошипела женщина, подойдя вплотную, в синих глазах вспыхивали жаркие искры, словно кто-то бил молотом по раскаленному металлу. - Почему мой брат оказался под арестом?
Чуть отстранившись, Алвиад несколько секунд просто любовался, как замечательно живое золото волос обрамляет прекрасное даже в гневе лицо.
- По приказу регента – то есть меня – служба охраны проводит тщательное расследование смерти моего любимого родича, предыдущего верховного князя, - спокойно улыбнулся Алвиад. - Господин Таалад уже дал очень ценные показания в отношении Южной армии и некоторых ее старших офицеров, - кулаки женщины сжались с такой силой, что побелели суставы. – Нет, можете не волноваться, вы скоро воссоединитесь с братом. Положение на планете сейчас таково, что я готов забыть про личные чувства. А вот его показания сохранятся. На всякий случай.
Ну вот, самое главное сказано. Стараясь казаться спокойным, регент смотрел в глаза женщины. Это давалось ему нелегко. Облака свирепых искр плавали в бездонной синеве. Побелевшее лицо генерала теперь казалось не только красивым, но и по-настоящему страшным.
С острым сожалением Алвиад понял – только что он нажил врага на всю жизнь. Но это было неизбежно. В игре под называнием «власть» мелких ставок не бывает. Дамира, наконец, поняла, что он не кукла в короне. Теперь борьба пойдет на равных.
- Ах, да, чуть не забыл, как идет подготовка к занятию анклавов? – небрежно спросил регент таким тоном, будто минуту назад они говорили о погоде.
Дамира на миг прикрыла глаза, когда веки снова поднялись, Алвиад не увидел никаких искр. Регент не сомневался – молоты по-прежнему бешено стучат по раскаленным нервам генерала, но теперь все это скрыто за неподвижной завесой. Должно быть, спокойствие далось ей титаническим усилием воли. Опасная женщина. Если бы не Гайлия, он мог бы снова влюбиться.
- Продвигается полным ходом, - медленно, будто выверяя каждое слово, сказала Дамира. – Возможно, вам будет интересно, что Южная армия, наконец, решила нам помочь и начала подготовку к выдвижению.
А вот это уже едва прикрытая угроза, Алвиад усмехнулся:
- Рад это слышать. Я хорошо подготовлюсь к встрече ваших друзей.
Повернув голову, он взглянул на адъютанта Дамиры. Загорелый крючконосый офицер уже почти минуту нервно топтался поблизости, не решаясь прервать разговор командира с регентом. Алвиад любезно махнул рукой, с видимым облегчением адъютант подбежал, к генералу, протягивая ей планшет. На гладком лбу женщины собрались суровые морщины.
- Уже более миллиона человек? – пробормотала она. – Замечательно.
Пальцы Дамиры что-то передвинули на тонкой рамке.
- Охвачено четверть континента и зона продолжает расширяться? Просто великолепно, - женщина опустила планшет. – Хочу вас поздравить, господин регент. Похоже, только что у нас появилась куда более серьезная проблема, чем все анклавы испов вместе взятые.
Душное покрывало ночи тяжело придавило широкое поле. Хотя до рассвета было еще далеко, на горизонте колыхалось странное малиновое зарево. Рвущиеся к небу острые языки жадно лизали растрепанные бока низко летящих туч.