Мамука Пагава - Борьба за будущее: Интроекция (СИ)
— В полку поводов отметить прибыло!
— Насчёт этого редко бываю с тобой согласна, но не сегодня.
— Так что это за пирушка? — решился спросить Синдзи, когда они выехали из-под земли. На улице была уже непроглядная тьма. И если бы не огни Токио-3, они смогли бы где-нибудь припарковаться и полюбоваться ночными звёздами. А сейчас им остаётся довольствоваться разве что ярко светившейся молодой луной.
— К уже услышанному, Синдзи-кун, добавь, что весь основной завал по Ангелу наконец-то закончился, — от голоса Мисато так и веяло весёлостью. Её рука постоянно лежала на коробке передач, еле сдерживаясь от того, чтобы втопить газ в пол.
— Плюс завтра реактивация «Евы-00», — добавила Акаги, стараясь поудобнее устроиться в спортивных сиденьях — они явно ей не нравились, — поэтому я всех причастных сегодня отпустила пораньше домой, чтобы отдохнули и выспались как следует.
— И со свежей головой снова в бой! — поддакивала подруга.
— Сегодня закончился один большой день, а завтра начинается новый, — заключил Синдзи, — а между ними — пирушка.
— Зришь в корень! — Мисато вывернула машину на окружное шоссе, где сновали туда-сюда и другие водители, спешащие домой к своим семьям. Вторыми по численности были фуры, доставляющие стройматериалы на новые линии обороны города-крепости.
— Кстати, — голос Акаги даже вне стен Геофронта и её работы оставался таким же, как всегда, — мы решили с командующим, что завтра на реактивации неплохо бы в качестве подстраховки использовать «Еву-01».
— Хорошая идея, — согласилась Кацураги. — Если что-то пойдёт не так, то Синдзи-кун вполне уже может минимизировать возможный ущерб. Ты ведь справишься?
— Думаю, да, — пилот представил, как ему придётся останавливать в «Еве» другую «Еву». Нонсенс, казалось бы, однако какие ещё варианты? — Но ведь реактивация назначена на одиннадцать утра…
— Это не проблема, — перебила его Мисато (вечно она это делала), — завтра можешь в школу не идти. Не забыл? Свободное посещение.
— А если «Ева-00» задействует АТ-поле?
— В прошлый раз не использовала, — заверила его Рицко, — а если использует, то тебе придётся его нейтрализовать как можно скорее, иначе массовых разрушений не избежать.
«Перспектива, однако», — подумал Синдзи. Применение АТ-поля в замкнутом пространстве по всем регламентам не то чтобы запрещено, но крайне не рекомендуется. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы представить масштабы разгрома не только ангара и комнаты управления, но и сопутствующей инфраструктуры Геофронта. А уж сколько людей пострадает… Даже нахождение рядом с активированным АТ-полем ближе чем в нескольких метрах человеку запрещено, а уж что с ним будет, если оно ударит по нему… У Синдзи засосало под ложечкой от того, что он нечаянно может чьи-нибудь мозги превратить в фарш. Икари рассчитывал, что использовать эти сверхъестественные силы «Евы-01» не придётся.
— Кстати… — Синдзи очень захотел сменить тему разговора, лишь бы избавиться от неприятного наваждения, поэтому отчаянно начал перебирать в голове мысли, силясь найти что-то подходящее. — А почему взрослые так не любят тему Кашмирского ужаса?
«Шило на мыло, молодец», — отругал он себя.
— Я-то думала, ты хорошо историю знаешь, — удивилась Мисато и посмотрела на него через зеркало заднего вида.
— Ну, чисто по датам я, конечно, знаю, — Синдзи уже жалел, что у него в голове первой попавшейся темой оказалась именно эта, — и то, что тогда впервые произошла атомная война. Я просто не совсем понимаю, почему эти события так нервируют даже тех, кого они не задели. Ведь, если рассудить, Удар был куда страшнее.
В салоне воцарилось молчание. Обе взрослые и умные, в какой-то степени бесстрашные женщины не спешили отвечать на вопрос. Даже весёлая Кацураги посерьёзнела, нервно отстукивая пальцем по рулю.
— Тех, кого не задело… Да? — как-то отрешённо произнесла Акаги.
— Знаешь, Синдзи-кун, просто в то время…
— Давай я, Мисато. Незачем тебе ворошить то время, — перебила её подруга и достала сигарету.
— Слушай, тачка после ремонта, вообще-то, — без привычного огонька пороптала Кацураги.
— А я аккуратно.
Блондинка открыла окно, и тут же снаружи в машину хлынул горячий ветер, растрепав ей причёску. В неравной борьбе с природой кондиционер очень быстро стал сдавать свои позиции, и температура в салоне начала заметно повышаться. Рицко, поправив чёлку, зажгла сигарету самой обыкновенной и дешёвой зажигалкой.
— Я тебе счёт пришлю, — беззлобно отозвался водитель, не одобривший такое издевательство над своим автомобилем.
— Присылай, — отмахнулась курильщица.
Рицко сделала затяжку и осторожно выдохнула в окно. Не очень метко, ибо Синдзи почувствовал неприятное зловоние табачного дыма.
— Икари-кун, что ты знаешь о Кашмирском ужасе?
— Ну, — Синдзи начал вытаскивать отдельные факты из своей памяти, чтобы сложить в более-менее целую мозаику, — после Удара между Пакистаном и Индией разразилась большая война, в которую потом втянулся Китай. Кто-то взорвал атомную бомбу в Кашмире, в результате чего, собственно, вспыхнула атомная война между этими странами.
— Как учебник прочитала, — сделала затяжку Акаги и свесила руку с сигаретой за дверь. — В названии «Кашмирский ужас» главное слово не «Кашмирский», как думает молодёжь, а «ужас».
Ещё одна затяжка. Долгая.
— Что вы хотите сказать?
Учёная пустила в окно струйку дыма, наблюдая за проплывающими фонарными столбами, а также за соседними машинами, мчащимися по своим делам.
— На картину надо смотреть в целом. Что там твой учебник истории говорит про Европу в это время?
Синдзи напрягся, вспоминая недавний материал и то, что видел в различных телепередачах.
— Ну, в Европе вспыхивали бунты и революции. Царила анархия, если быть точным. Да?
— В целом верно, — кивнула женщина. — Европейские страны были полностью поглощены своими внутренними разборками и оказались парализованными, — Акаги вновь попыталась поудобнее устроиться в ненавистных спортивных сиденьях, но тщетно.
— А Штаты?
— А у них, помимо всего остального, своя головная боль была.
— Какая же? — Синдзи немного подвинулся вперёд.
— Россия.
— Не понимаю.
— В Москве власти поделись на две группировки: одна считала, что Россия, как наименее пострадавшая из-за своего географического положения крупная страна, должна быть созидательной силой в регионе и мире, а другая же — реваншисты — считала, что это исторический шанс для возвращения статуса сверхдержавы и надо просто взять ранее ей принадлежавшее. В итоге бардак, хаос и стреляющие танки в столице.