Битва за Лютоград - Максим Шторм

Я застыл. Оборотнями⁈. Родовой Символ Перумовых… О нем писал мой прадед. Гиена. Быть того не может!

— Представляешь? Члены одного из самых древних и уважаемых дворянских семейств, по факту, сами мало чем отличаются от иных существ или же пришлых иномирных тварей! Как именно это произошло, почему, наверно, не знают уже и сами нынешние Перумовы… По крайней мере, в книге Шальке о первопричинах столь жуткой метаморфозы, являющейся побочным эффектом от приобретения Наследных Способностей, ничего не сказано. Шальке в своих изысканиях старался опираться лишь на неопровержимые истины, не желая писать о предположениях, помноженных на досужие домыслы.

— Мутация, — пробормотал я. — Все Наследные Способности аристократов в той или иной мере являются проявлениями мутации.

Твардовский с жадным любопытством покосился на меня:

— Что за такое мудрёное слово, дружище?

— Это следствие Катаклизма, Миша. Чудовищная война древних породила новый мир. Населённый новыми чудовищами. Магия, Способности, Иные существа, якобы вернувшиеся из глубин веков, все это стало возможным лишь благодаря отбушевавшей три тысячи лет назад войне. В книге написано, каким образом зародились Двенадцать домов и как именно они овладели свойственной каждому Роду индивидуальной магией?

Чародей, шепча про себя новое для него слово, поджал губы.

— Когда возрождались государства и строились в бурном водовороте массового возрождения города, пришла новая эра. Ты и сам знаешь. Все ваши Дома, это те, кто смог победить в длящихся едва ли не сотни лет междоусобицах и кровавой борьбе за власть, уж извини. Среди прочих возвысились тринадцать домов. Один из которых стал правящим. Это Кореневы. Остальные сформировали так называемые Великие дворянские Рода. Конечно, на заре строения Империи их было больше. Многих уничтожили. Другие, смекнув что к чему, предпочли отойти в сторону. Их и сейчас хватает, более мелких семейств, представители которых обладают уж очень слабыми Способностями, скорее даже отголосками их, крошками со стола, если, конечно, в их Роду нет чародеев. Вся история становления Великорусской Империи это непрекращающаяся борьба за власть. И она, смею заметить, все еще продолжается.

Я мрачно кивнул.

— Правильно, Миша. Ничего не изменилось за тысячи лет. Люди все те же, просто времена другие.

— Ты говоришь так, будто жил в те седые времена, до Катаклизма! — фыркнул Твардовский, не заметив моей горькой усмешки. — В общем, когда одни стали побеждать других и некоторые равные среди прочих становиться еще выше и ровнее, они озаботились о, скажем так, собственной безопасности. Тогда почему-то волшебников рождалось намного больше. В том числе и среди членов Великих Домов. К примеру, твой прадед Владимир был последним чародеем среди Высших дворян за последние сто лет. Улавливаешь разницу? Нас, увы, с каждым поколением становится все меньше. Возможно, уже тогда главы Великих Родов поняли, что опираться исключительно на волшебство крайне недальновидно.

И тогда чародеи, входящие в Высшие дворянские семейства, пользуясь всей доступной им магией, решили создать нечто принципиально иное. Наследные Способности. Которые, замечу, за последние почти тысячу лет, ничуть не приуменьшились у носителей дворянской крови. Любопытно, правда? Способности не подверженны вырождению. Они словно… Как бы это сказать…

— Часть генетического кода Высших аристократов, Миша, — глядя ему прямо в глаза, сказал я. — Мутация. Древние смогли закоючить договор с теми силами, что ещё обитали тогда в нашем мире. И каждый Дом выбрал себе в покровители определённого зверя. А чтобы эти Способности не иссякали, растворяясь в небытие и эфире, их соединяли с духом носителя через специальный обряд.

Твардовский с некоторым страхом уставился на меня. Побледнев, он чуть слышно прошептал:

— Лёха, ты иногда начинаешь меня пугать. Ты все это тоже где-то вычитал? И откуда ты знаешь такие заумные слова, которые даже в Академии профессора не используют?

— Ты бы очень сильно удивился, если ты узнал всю правду обо мне, — без обиняков сказал я. — Ну так что, я прав?

— Эээ… Ну, в общем и целом, да. Шальке предположил… Тут следует отметить, что это едва ли не единственный раз, когда он опирается лишь на предположение, не располагая точными данными. Он предположил, что, как ты и сказал, в те времена в нашем мире было много такого, что потом либо исчезло, либо ушло в глубокую тень. Иные. Создавая Наследные Способности, Высшие аристократы выбрали себе в покровители разных существ. Шальке считал, что это не просто метафора или игра слов. Он всерьёз пишет, что не исключённого, что сотни лет назад эти твари действительно жили на нашей земле. Выходит, они тоже… О.

Я снисходительно усмехнулся. Округливший глаза Твардовский медленно выговорил непривычное ему слово.:

— Мутация. Черт, у меня голова скоро пойдёт кругом! Короче, дворяне взяли в покровители этих магических зверей. Заключили с ними договор. И получил взамен свои Способности.

Я мысленно прикоснулся к внимательно прислушивающемуся к нашей беседе Грифону. Гордый и могучий зверь благосклонно кивал, соглашаясь с каждым произнесённым нами словом.

— Добавлю от себя, Миша, что мой Род пошел ещё дальше. Бестужевы всегда были дальновиднее других. Знаешь почему? Открою небольшой семейный секрет. Одной из сторон нашего Дара является способность к предвидению. И мои предки договорились со многими другими Иными существами о взаимном сотрудничестве и вечном мире. Пошли на то, чего не стали делать остальные Высшие аристократы… Жадность, стремление возвыситься над другими и постоянная борьба за власть затмила их разум.

Твардовский отчаянно закивал, со все большим благоговением глядя на меня.

— Нет, ты точно не от мира сего, дружище… Ладно, вернемся к Перумовым. Они выбрали своим Родовым символом Гиену. Но в отличии от всех остальных, что-то у них пошло не так. Они настолько плотно слились со своим покровителем, настолько прочно вошли в симбиоз, что сами стали походить на этих зверей. Удивительно. Не находишь? Эта мерзкая и отвратительная тварь, родом из далёких жарких стран, о которой в наших краях и не знает почти никто, становится неотъемлемой частью жизни Великого Дома! Перумовы уже тогда имели неимоверную тягу к алхимии, развивая свои таланты в этом направлении. Шальке считает, что для усиления Способностей они зашли слишком далеко. А когда поняли, что произошло, стало поздно. С тех пор каждый из родившихся в семье Перумовых наследников несет в себе… Хм, как бы ты это назвал?

— Гены, — подсказал я. — Невидимые, скажем так, магические частички сущности.

— Ахм, ага, надо запомнить. Да! Несёт в себе гены Родового зверя. И по достижению шестнадцати лет, обзаведясь Родовым символом, получали весь доступ к таланту и одновременно проклятию.

Я на некоторое