Андрей Альтанов - Железный бастион

Двигатель тихо пел свою песню, негромкое потрескивание мусора под покрытыми полимерной пеной башмаками гусениц практически не выдавало его положения, в отличие от громыханий, сопровождающих передвижение двух Мамонтов. По скрипу ржавого металла, треску дробящихся бетонных конструкций и звону брони, на которую обрушивался град кирпичей снесённых стен, можно было без каких-то особых хитростей определить, что два тяжеловеса стартовали с противоположных частей полигона и теперь пёрли навстречу друг другу. Но Лукас всё же глянул на боковой скрин, транслирующий картинку с центральной наблюдательной площадки, и скорректировал траекторию движения, чтобы максимально дальше пройти от противников, атаковать которых сейчас было попросту бессмысленно.

«Хорнет» Дабла повернул в сторону русла реки и, не доезжая сотни метров до пришвартованных ржавых и покосившихся громадин судов, нырнул в огромный ангар или какой-то длиннющий пролёт цеха, противоположная часть которого упиралась в «П»-образный причал, врезающийся глубоко в тело завода и утыканный такими же сгнившими и наполовину затонувшими железяками. Цель Лукаса была на той стороне этой рукотворной гавани, но сейчас безопасно добраться до неё было практически невозможно.

Самым тихим ходом Дабл вёл свой танк, петляя по мрачным руинам цеха и объезжая ржавые конструкции, рухнувшие балки кранов, платформы с частично собранными секциями и прочий бесхозный хлам цеха. И, возможно, именно поэтому он не влетел на скорости в коварную ловушку, оставленную тут каким-то мерзавцем. Когда «Хорнет» обогнул очередной завал стальных балок прокатного профиля и попытался протиснуться по узкой дорожке между платформами, слева сверху что-то запищало, и в тишине цеха громыхнула серия взрывов. Цепь миниатюрных зарядов не должна была напрямую повредить танк, она лишь разнесла в щепки подгнившие опорные колодки, и огромная корабельная секция с ужасающим скрипом опрокинулась на узкий проход. Дабл уцелел лишь чудом, он успел выжать реверс и, вздыбив гусеницами фонтаны ржавчины и промасленного мусора, увёл машину из-под удара многотонной громадины.

Танк пролетел с пару десятков метров, распахивая заваленное производственным хламом пространство, и в конце концов ударился кормой о стойку со стройными рядами профиля. Швеллера[19] плавно съехали и засыпали собой корпус «Хорнета». Внутри цеха вместе с облаком пыли поднялся неописуемый грохот, эхо которого, наверное, разлетелось по всему полигону. И пока Дабл, матерясь про себя, стоял на месте, диагностировал наружные повреждения и думал, как бы ему так поаккуратнее выехать из-под образовавшегося завала, в пылевом облаке несколько раз мелькнул красный сканирующий луч электронного глаза. Подобные миниатюрные беспилотники входили в стандартный разведывательный комплект любого боевого танка времён войны, но были строго запрещены к использованию в играх Красных Траков.

Лукас заглушил силовую установку и затаил дыхание. Наверняка это был разведчик того негодяя, который и подстроил эту ловушку. Видимо, он решил удостовериться и узнать, какой именно бедолага погиб, попав под этот адский пресс, чтобы с уверенностью вычеркнуть его из списка живущих. Дабл знал, что эти практически одноразовые разведчики не имели в себе каких-то навороченных сканеров и передавали хозяину лишь визуальную картинку и результаты локального сканирования небольшой области пространства на наличие в повреждённом танке жизни. Эти сканеры не способны были пробиться через такую толщу корабельного металла и, соответственно, не могли дать ответ – выжил ли танкист, придавленный секцией, или нет. А потому хозяину электронного глаза приходилось довольствоваться лишь визуальной картинкой, что он и делал не спеша и с нудной методичностью.

Прошло уже несколько минут, а разведчик успел внимательно осмотреть лишь дальнюю часть рухнувшей секции. И затаившийся Дабл сейчас лежал в своём кресле и просил ветреную богиню удачи только об одном: чтобы этот гадёныш после осмотра груды металла успокоился и не стал прочёсывать прилегающую к платформам территорию. Пусть думает, что его ловушка сработала и кто-то умер. Тогда достаточно быстро станет понятно, что этот кто-то и есть он – Лукас. Это позволит Даблу затеять партизанские манёвры, в результате которых он наверняка обнаружит позицию своего самого главного врага, устроившего здесь это безобразие. И тогда он уж постарается одним прицельным и усиленным микромодулем залпом грохнуть этого урода окончательно. А если и не грохнуть, то как минимум полностью вывести из строя его «Шафт», делая дальнейшее участие «батлкруизёра» в этой игре бессмысленным.

Прошло ещё несколько минут, пыль уже практически осела, а разведчик завис в воздухе над ржавой, лежащей на боку секцией и всё-таки принялся сканировать остальное пространство цеха. Повернувшись в сторону Лукаса, глаз замер. Сердце танкиста ударило в грудь многотонной кувалдой. Неужели заметил? Но в этот момент, пробив цену стеха, под его крышу завалилась громадина «Титана».

На шум, поднятый падением многотонной конструкции, явилась Валерия Великолепная, точка старта которой, видимо, оказалась поблизости. Электронный глаз резко дернулся в сторону незваного гостя, автоматически полоснул лучом сканера тяжёлый корпус и тонюсенько пикнул, определив под углеритовой бронёй, усиленной сверхпрочным титановым сплавом, живого танкиста. Зафиксировав радарное и сканерное облучение, наружные блоки танка выкинули на контрольный скрин Валерии парочку взбесившихся огоньков-индикаторов. Девушка среагировала мгновенно, и спустя секунду в сторону зависшего разведчика полетела цепь плазменных «апельсинов». Уже второй заряд «Рикошета» не разминулся с целью, и «умное» минус-поле, сдерживающее заряд, схлопнулось, в результате чего небольшую область пространства заполнила высокотемпературная плазма. В этом облаке и испарился электронный разведчик.

И если до этого Лукас лежал в эргокресле «затаив дыхание», то сейчас, если бы он умел, то готов был и сердце остановить, только бы его стук не выдал притаившийся под завалом балок танк. Начнись схватка с Валерией здесь и сейчас, Лукас бы без вариантов проиграл. Даже сбежать не получилось бы. Но, видимо, какой-то выживший в пламени последних сражений бог войны, любящий таких же выживших в реальных войнах сыновей, отвёл от Дабла столь бесславный конец. Когда Валерия принялась профилактическими залпами прочёсывать помещение цеха, её «Титан» получил в корму снаряд «Смоки». Где-то снаружи нарисовался реальный противник, и девушка тут же двинула свою громадину в атаку.