Майкл Когг - StarCraft: сборник рассказов

— Что там произошло?

— Отключились сенсоры по всему коридору. Нет видеоряда из сектора L4.

Надзиратель выругался. Именно там сейчас был Фельц.

— Сэр, часть костюмов больше не передает сигналы.

Кехора взглянул на данные. Один из костюмов — RP17.

— Они мертвы?

— Данные отсутствуют. Вообще никаких данных.

— Хорошо, младший лейтенант, — сказал Кехора, сохраняя терпение и спокойствие, — а ты можешь сказать мне, какая поступила информация прямо перед тем, как костюмы отключились?

— Повышенные частота сердцебиения и кровяное давление, сильное возбуждение… ничего необычного.

Для такого упражнения — точно ничего необычного. Кехора покачал головой.

— Было ли что-то не в порядке с костюмом RP17 прямо перед отключением?

— Нет, сэр, все было более-менее как обычно.

Кехора сделал глубокий вздох.

— Более-менее? Потрудись уточнить.

Младший лейтенант с усилием сглотнул, и по его лбу поползла капля пота.

— К-конечно, сэр. Он перезарядил оружие перед отключением, и биение сердца слегка замедлилось, — сказал техник. — Он был спокоен. Не похоже, что они попали в засаду…

— Тс-с-с!

Кехора рубанул по воздуху ладонью. Техник наконец-то умолк, и Кехора поднялся, прислушиваясь. Он был готов поклясться, что расслышал шипение у входа в комнату наблюдения, и это шипение было похоже на звук, издаваемый…

…стимулятором.

Кехора пинком опрокинул стол на бок и спрятался за ним.

— Ложись!

Рев двух пистолетов Гаусса заполнил комнату, и стол содрогнулся от пуль. Техники, крича, умирали вокруг, и в воздухе повис тяжелый запах меди и кордита.

Кехора нащупал на боку оружие — у него при себе был лишь маленький полуавтоматический пистолет, но это лучше, чем ничего. Затем он подождал, пока шум уляжется. Жалобные стоны означали, что кое-кто из лаборантов еще жив, но сейчас Кехора не имел возможности им помочь. Он догадывался, кто сейчас стоял за дверью.

— Фельц?

Рекрут рассмеялся слегка маниакальным смехом: явно сказывался приток адреналина и действие химической смеси.

— Да, сэр, надзиратель, сэр, прибыл в ваше распоряжение, сэр.

— Неплохой план, Фельц. Правда, ты выдал свое расположение. Химическая система оповещения работает очень хорошо даже в бою. Результат заслуживает высокой оценки.

Эффект стимулятора должен был закончиться через несколько секунд. Кехоре надо было поговорить с ним еще немного…

— В ваших устах это действительно похвала.

Еще один оглушительный залп сотряс стены камеры наблюдения.

Враг должен быть уничтожен максимально эффективным образом. Способ значения не имеет. Нож, пистолет, бомба, кулак — подойдет все. Никаких колебаний.

Правило «Морозилки» № 8

Кехора спокойно переждал и это. В хаосе звуков он слышал тяжелые шаги; Фельц обходил его сбоку. Надзиратель вслепую выстрелил из своего пистолета из-за стола, не рискуя высунуть голову из укрытия и получить пулю в лоб.

Шаги остановились около компьютеров у дальней стены. Пустые папки зашуршали, падая на пол.

— Вы промазали, надзиратель.

— Да, похоже на то. — Кехора перезарядил пистолет. — Тебя что-то расстроило, Фельц?

— Меня расстроило то, что произошло с моим братом, сэр.

Надзиратель вспомнил их беседу в лазарете.

— А, твой брат, который пропал? А что с ним произошло?

— Я не сказал вам всей правды, — произнес Фельц. — Мой брат не пропал. Я знаю, где он. Точнее, где он был.

— Да? — Кехоре нужно было тянуть время и продолжать разговаривать как можно дольше. От выстрелов в комнате наблюдения сработало множество бесшумных сигналов тревоги. Скоро сюда сбегутся охранники со всех концов «Морозилки».

Но они задержатся в пути — внезапно осознал он. Последний экзамен был в разгаре, и это означало, что им придется расчистить себе путь. Им нужно будет сражаться с теми же врагами, что и рекрутам.

Кехора сомневался, что сможет поддерживать беседу с Фельцем достаточно долго, и тот не убьет его раньше, чем подоспеет охрана.

— Мой брат был здесь, господин надзиратель. Тут, в «Морозилке», и ощутил на себе все ваше внимание и заботу.

В комнате раздались щелчки, один, затем другой: Фельц зарядил оба своих пистолета.

— Мне понадобилась уйма времени и денег, чтобы разузнать это. Уйма. Вы даже не представляете, сколько я потратил.

— Может, имеет смысл попробовать их вернуть? Других Фельцев, кроме тебя, у нас не бывало.

На фоне отдаленных звуков битвы ответ головореза прозвучал на удивление отчетливо.

— Вы не замечаете семейного сходства? Зачем запоминать лица тех, кто тут тренируется, да? Я не удивлен.

— Я помню каждого заключенного.

— Даже тех, кто отсеялся? Тех, кто оказался бесполезен?

— Особенно их.

От тона Фельца ощутимо повеяло холодом.

— Моего брата звали Деннис Стейтон.

Деннис Стейтон? Он умер едва ли спустя неделю тренировок; смесь № 7 оказалась для него смертельной, и несколько его жизненно важных органов превратились в кровавую кашу. Не то чтобы ощутимая потеря. Деннис Стейтон был ничем не примечательным и бесполезным рекрутом.

Кехора решил сосредоточиться на деталях.

— Я дал твоему брату шанс. Как и тебе. У него просто ничего не получилось.

— У моего брата не было шанса, — возразил Фельц.

Действие стимулятора закончилось. Из-за этого голос Габриэля дрожал, но слова все так же были наполнены ядом.

— Вы ему шанса не давали. И никто другой — тоже.

— Ты ошибаешься.

— Я знал, на что иду. Я был готов. Он — нет.

Внезапно рев реактивного ранца головореза усилился. Фельц готовился сделать последний ход.

— И вы сейчас не готовы. Пришло время расплаты. Пришло время умереть.

— Расплаты? За что? — Кехора крепко сжал свой пистолет. — Его должны были казнить, Фельц…

— Моя фамилия Стейтон.

— Твой брат был преступником, Стейтон, и не особо сообразительным парнем. Если бы у него была хоть капля твоего самоконтроля, он бы провел пару недель под замком за мелкую кражу, — сказал Кехора. — Вместо этого он убил двух мирных жителей за горстку кредитов в их карманах, а потом не сумел пробежать и трех кварталов, прежде чем его схватили полицейские.

— Он был моим братом и заслуживал участи получше, чем эта адская мясорубка.

— Эта адская мясорубка приносит пользу. — Кехора осмотрел комнату, ища пути отхода. Хороших вариантов не вырисовывалось, все пути были перекрыты. — Ты же знаешь, что это так. Ты же видишь, что я сделал тебя одним из лучших убийц в галактике.