Стас Ас - Последний день может стать первым (СИ)

– Нет, я не уйду!

– Убери его!

“Защитник” под диктовку своего “передатчика” еще правит график… Кот метнулся под

кровать… пусть сидит, если мешать не будет.

Я не могу устоять на месте и меряю отсек широким шагом.

– Готовь документы.

– Они готовы – исправления внесены.

– Тогда заканчивай со схемами. Пора. Выходим.

– Рано, S9.

– Сейчас патрули снимать будут быстро. Нужно успеть, пока идут бои.

– Рано.

Еще рано. Я не могу так рисковать. Я не подставлю под удар все, что осталось на нашей

несчастной планете. Там – будь что будет, но я буду знать, что сделал все, что мог.

– Крыс, выставляй связных по тоннелям. Как только пограничные посты снимут – мы выходим.

– Понял.

Так… “Носители” уже ждут. Я их проверяю, перепроверяю…

– D40, пошли в машинный отсек.

Крысы бегут за нами. В коридоре присоединяются новые – волны серых шкурок… они все

растекаются, собираются потоком… По холодному полу цокают когти и шуршат хвосты…

Люди из первого поколения встречают меня, прижав правую ладонь к левому плечу… Они

одели форму бойцов AVRG, которую я для них приготовил, и прямо перевоплотились. Я даже на

пару секунд забыл, что это не люди, что не мои бойцы… Они ведут себя как всегда сдержанно, но

непринужденно. Даже мне придраться не к чему – они убрали эти свои блеклые волосы с

фиолетовым отсветом под фуражки и перестали напоминать древних шаманов. По руке сержанта

бегает крыса, рядовой проверяет настройки излучателя, другой сидит на крыле транспорта и

просто ждет, как все они – спокойно, только в глазах перед боем еле заметное напряжение… Как

ножом по сердцу. Да, они все так же пристально на меня смотрят, но… Сейчас в этом

приглушенном свете они вдруг стали людьми – такими же, как все мы – худыми, измотанными

людьми, проводящими под землей чуть ли не по полжизни…

– Готовьтесь. Выходим, как только пограничные посты снимут. До Ивартэна за сорок минут

доберемся. Каждый из вас крысу-передатчика возьмет. Крыс в округе очень много, так что

ментальный контакт невозможен. Связь будет безмолвная – условные знаки вы знаете. Будьте

внимательны к “передатчикам” – они сообщат, если патрули перестроят. Схемы патрулей на

настоящее время, скорость и маршрут загружены в память транспортов – они сами все сделают, но

вы должны их контролировать. Дальше – самым сложным будет границу перейти и до штаба

добраться. Крысы не смогут попасть на подземные автономные объекты, и информации о постах и

патрулях в слепых зонах у нас не будет.

– Город под наблюдением…

– Да – постоянное наблюдение, но все камеры и сенсоры относятся непосредственно к мозгу

тех объектов, на которых установлены. Это автономные системы. Центр может получить к ним

прямой доступ только по распоряжению командования. Сейчас за городом наблюдают разведчики и

орбитальные спутники. Центральный компьютер может контролировать практически все только

под руководством людей или, получив на это указания. Его основная функция – ведение боевых

действий и контроль особо важных и секретных объектов. Именно в этой задаче и произошел

244

пересмотр, и именно этим он сейчас и занят. Во всем остальном для центрального мозга, как и для

боевых машин AVRG, – законы AVRG непреложны. С автономных объектов Центр может получать

информацию с постов, контролирующих эти системы. Но доступ ограничен. Объект докладывает

только о нарушениях и внедрениях в системные данные.

– На объектах, защищенных полосами контроля, установлены стандартные системы

наблюдения…

– Да, так. Полосы контроля не подключены к поиску – идентификацию они проводят при

запросе на допуск. Но при вхождении в зону восприятия нас опознают – с замедлением, но

опознают. Этого мы будем избегать, как и пересечений с постами. Первая идентификационная

полоса – вход в штаб Ивартэна, вторая – вход в центр управления. Штаб нас пропустит. Как только

первая полоса контроля откроется, “защитник” поднимется на крышу. Вы прикрывать будете –

информация о сбое пойдет на ближайший пост, и пришлют машины на проверку. “Техники”

особой опасности не представляют, боевых андроидов будет не больше десяти – в зданиях тяжелую

технику редко используют, будут легкие андроиды. Я вам схемы расположения пропишу, все

позиции обозначу.

Переслал им план штаба, схемы расположения… Они только молча наклонили головы – у

андроидов есть похожий знак согласия… D40 перепроверяет программы транспортов… Все готово.

Крысы-дозорные – расставлены. Время идет.

– Теперь то, что непосредственно крыс касается. Чтобы давки не было, крысы всегда идут слева

от нас. Как только на землю поднимемся, крысы разобьются по взводам. К штабу подходить будут

частями, рассредоточенно – никакой системы, никакой кучности. “Носитель” с ошейником,

настроенным на первую идентификационную полосу, подключится, подойдя к штабу на пятьсот

метров. Когда идентификационная полоса даст сбой и начнет перезагрузку, я получу доступ на

прямом управлении, и она откроется. Делать все нужно на пределе скорости. Если будет

промедление, вторая полоса заблокируется, а первая успеет перезагрузиться – тогда мы останемся

между ними. Сами полосы как таковые не видны. На полу подсвечивается желтая линия – по ней и

ориентируйтесь. Дальше откроется центр управления.

– Истребители поднимутся, когда получат информацию о сбое центрального компьютера…

– Да. Они могут и с воздуха по штабу ударить. Штаб – Центр, но центральный компьютер

может перейти на резервные копии. Если что-то не так пойдет, и центральный мозг перейдет на

резервы, мы его потеряем.

– Резервных компьютеров много?

– Было много. Осталось не больше пяти. Центр блокировал все компьютеры, с которыми был

связан на территориях, которые считал захваченными. В Шаттенберге тоже были резервные

компьютеры – центральный мозг стер их память и заблокировал связь. Так со всеми нашими

базами. Резервы у Центра остались только на территориях Ивартэна.