Андрей Морголь - Арсенал эволюции

Видимо, находясь под впечатлением, староста забыл, как тот реагирует на оскорбления.

– Перун его знает… – Еще более ошарашенный Скокс не обратил внимания на бестактность деревенского старосты. – Столько чар должно было оставить от него только дым… Волшебство на него не действует! Он – Второй Пришелец.

– Второй Пришелец… В такие времена… – Горлан задумался. – Интересно, что по этому поводу скажет Радзивилл Седьмой?

– Пока ничего – князь и не узнает. До поры до времени. Сначала сами разберемся.

Радзивилл Седьмой? Откуда здесь всплыла фамилия самого знатного в истории моей родины семейства магнатов? И с какой радости мое пребывание собрались поначалу скрывать от него? Хотя это сейчас не главное.

– Так! Нечего тут глазеть! Марш дежурить, остальные – спать! Дажбог[3] с вами. Завтра трудный день. Как обычно. – Горлан решил, от лишних вопросов и от греха подальше, ограничить контакт окружающих с загадочным пришельцем.

Пока крестьянский начальник разгонял ночных зевак по охранным вахтам и домам досматривать свои примитивные сны про какой-нибудь неурожай смородины, я успел окончательно и бесповоротно убедиться в самом насущном. Да, меня нагло вышвырнули из родного мира! Хотя, наверное, я сам выскочил из него через тот ртутный волнистый круг, возле которого крутились люди в камуфляже. Вот оно что! Это, скорее всего, не армейская разработка новейшего биологического оружия, а эксперименты телепортации в реальных условиях под прикрытием военных.

Провернув еще раз в памяти ход событий сегодняшнего дня, стал вырисовывать цепочку из чрезвычайно странных событий, которые с иным гуманоидом даже за всю жизнь приключиться не могут, а со мной – одно за другим в течение всего лишь суток! И подраться уже успел два раза, хотя до этого, на самом-то деле, не особо рисковал применять знания Шамана на практике, если не считать пары выпровоженных пинками невменяемых посетителей клуба. В остальном-то я был строгим приверженцем мирных решений – для более радикальных вариантов не хватало смелости. Если, конечно, целенаправленно не посадить меня на белого коня. Тогда уж простите – страх устраивает себе перекур, а результаты тяжелых тренировок всплывают с неизменной пользой.

И все-таки череда сегодняшних происшествий казалась крайне подозрительной. Ладно! То, что Леонтий Палыч передал напоследок свой секрет именно мне и без свидетелей, – это, положим, случайность. Тогда то, что к другу Шаману пришлось ехать с клинком в другой город как раз мимо места, где именно в этот день разворачивался далеко не рядовой эксперимент, – это пусть будет совпадение. Но то, что я умудрился нарваться на банду предприимчивых головорезов и те, сами того не подозревая, как молодого лося, загнали меня на самый телепорт, – это уже какая-то нереальная закономерность!

Я подозрительно глянул на меч. Это ты небось так домой рвался, что все просчитал, все устроил, а меня с собой прихватил за компанию, как тупоголового носителя? Поздравляю, ты – дома! А я – нет! Я, черт возьми, тоже хочу на родину!

– Хотеть не вредно, – донесся до ушей голос Скокса.

Пришло мое время удивляться:

– Что?

– Он говорит, хотеть не вредно. И еще улыбается от души. – Волшебник тоже не скрывал издевательской ухмылки.

– Он разговаривает?

– Да. Правда, только я могу его слышать. Чары тебя не берут, чужак, но это не всегда тебе на руку.

– Серьезно? – Я наигранно выпучил в изумлении глаза. – А как же он тогда мои мысли прочитал, раз на мне эти ваши чары-пачвары не фурычат? Просто меч-телепат, и все?

– Ты про пачвар знаешь? – спросил уже разогнавший всех подопечных Горлан.

– Откуда у тебя этот меч? – Это вновь Скокс.

– Кого ты еще видел? – опять Горлан.

– Ну ни фига себе! – Я даже слегка обалдел. – Бородатый крест и колдун из бабушкиных сказок устраивают мне качественный перекрестный допрос? Вы что, из местных средневековых органов безопасности?

– Я не колдун, я – волшебник! – В интонации Скокса опять прорезалось злобное шипение.

– И что? У меня, между прочим, очень острая погремушка. – Я со свистом крутанул клинком. – А твои чары, если не забыл, мне до лампочки. Так что можешь своим стеклянным шаром настучать себе по лбу, а палочку засунуть в задницу!

– Это не палочка, это – жезл!

– Тем более, там ему и место! Еще к словам придираться будет!

Та-ак, кажется, опять начал заводиться. Пора бы уже сбавлять обороты, иначе если не Скокс, то вся деревня порвет меня на флаг какой-нибудь местной великой морской державы. Хорошо еще, Горлан сохранял самообладание и любезно принялся нас разнимать:

– Арсенал, ты – гость в Прилесье, и не ты ли недавно всем нам напоминал о вежливости? – Затем староста села обратился к сердитому, как ежик, волшебнику: – Ваше могущество, Второй Пришелец сейчас, как никогда, может быть полезен Великому княжеству.

– Погодите-ка! Быть полезным невесть кому в мои базовые функции не входит. Особенно если на халяву.

Отдаленно мои собеседники смысл фразы поняли, поэтому, подумав, начальник села предложил:

– Послушай, у тебя, несомненно, есть к нам вопросы. Мы тоже кое-чем интересуемся. Почему бы нам не обсудить это в более удобном месте? В трактире, за кружкой доброго вина?

Хм… А вот глотнуть винца после скопившегося стресса и вовсе не помешало бы. Знает председатель местного колхоза, чем подкупить славянскую душу. Волшебник тоже не протестовал. Наверное, тот еще любитель выпить.

– Согласен. Только местных тугриков у меня нету, поэтому банкет за ваш счет.

– То есть на халяву? – угрюмо попробовал Скокс новое выражение.

Я глянул в его сторону, не выдержал и весело, но как-то нервно хохотнул. Стресс все-таки.

Мы шли довольно широкими улочками между бревенчатыми, в основном одноэтажными срубами и сколоченными из досок сараями. Заборы здесь, не считая наружного частокола, явно были не в моде, поэтому частные дворики со свирепыми собачками, охраняющими территорию, отсутствовали. Хотя пару раз что-то мелкое и в меру злобное тявкнуло на нашу троицу из-за угла. Отовсюду прескверно пахло канализацией, а еще домашним скотом и сеном. Горлан, чтобы заполнить ночную тишину, презентовал жителей всех домов, мимо которых мы проходили, причем делал это с упоением базарной бабки, торгующей семечками:

– Вот тут живет наш кузнец Азит. – Мэр села кивнул в сторону широкого, похожего на ранчо, дома. – Толковый мужик, но стал много пить после того, как пачвары утащили в лес его жену. Свою благоверную он встретил потом еще раз, когда она уже стала одной из них, и убил собственными руками. А вот здесь, – Горлан махнул рукой на противоположный край дороги, где красовались два симпатичных двухэтажных коттеджа, – хаты купцов, Кампила и Цикрофа. Они возят от нас в соседний город Крипет дерево, а сюда приезжают со всякими товарами. Иногда берут с собой местных, если кому надо в город по делам или на ярмарку – повеселиться. Говорят, что хотят они в ближайшем времени съехать куда-нибудь, где спокойнее. Если так и случится – пиши пропало: ведь лошади есть лишь у них да у трактирщика Игмата. Пешком до Крипета за сутки не добраться. Ночью нагонят нечистые, а еще хуже, если колдуны! Пропадем без лошадок…