Андрей Белоусов - Мнимые люди
А стоило отзвучать двум одиноким выстрелам, как в импровизированное командное убежище, через пролом в стене проник человек и резким скачком оказался рядом со старшиной. Тот в свою очередь даже не вздрогнул. Когда же неизвестный поравнялся, Белых, указывая на мёртвого подполковника сухо бросил:
— Он успел выйти на связь. Вызывал огонь на себя.
Неизвестный укоризненно посмотрел на старшину, после чего, сев на корточки, подобрал переговорное устройство. Белых в свою очередь, наклонился к незнакомцу и что-то зашептал тому на ухо, и незнакомец, не теряя ни секунды времени, вышел на связь:
— Штаб, это «стрела». Отбой, повторяю отбой!
На другой стороне, услышав голос, гневно заорали:
— «Стрела», что чёрт возьми у вас там происходит? Где подполковник Замётов? Повторите последнюю команду. Как поняли?
— Штаб, это капитан Лихачёв, личный номер 123\16. Докладываю. Подполковник Замётов убит. Как поняли? Повторяю, Замётов — убит…
— Час от часу, не легче, — прошептали на другой стороне. — Капитан, что у вас там происходит? Почему Замётов, вызывал огонь на себя? Доложите обстановку. Как поняли? Приём…
— Вас понял. Докладываю обстановку — гарнизон попал в засаду, вступили в бой, но сейчас противник отступил. Как поняли? Второе — подполковник Замётов увидев врага, сошёл с ума и решил всех здесь нас положить. Поэтому и вызывал огонь на себя. Но повторяю, враг отступил. Мы понесли несущественные потери. Как поняли?
— Вас понял, «стрела». Ну слава Богу, всё обошлось. Даю отбой… Теперь капитан потрудитесь объяснить: Какого чёрта вас туда занесло, вы же должны были находиться в резерве?!
— Штаб, это «стрела». Приказ о проведение разведки боем, отдал подполковник Замётов. Он утверждал что его действия согласованны. Мы лишь выполняли приказ. Как поняли?
— Ну подполковник, ну гнида. Самоличные приказы значит отдаёт. А вы капитан, куда смотрели? У вас, что своей головы на плечах нету?
— Виноват.
— Виноват он… Ладно, слушай приказ капитан. Это хорошо, что у вас не большие потери. Поэтому приказываю, двигаться в расположение полковника Рыкова. По нашим данным в его сторону двигаются большие силы противника. Прибудете на место, поступите под командование полковника. Раненых отправите с его позиции. А вашу дыру мы уж как-нибудь залатаем. Как поняли?
— Вас понял штаб. Снимаемся и двигаемся в расположение полковника Рыкова. Отбой!
Поднявшись с корточек, незнакомец выстрелил в рацию, лишая её функциональности, потом с ухмылкой на устах обернулся к старшине Белых:
— План идёт как надо. Ты всё слышал? — спросил он прислушиваясь к одиночным выстрелам. — Через двадцать минут выступаем. Действуй. Мне нужен новый гарнизон. Переодеть, кого получиться, в военную форму. Ещё приготовьте несколько раненых, это будет нашим подарком. И замаскируй «вестников», мне они ещё понадобятся. Всё, выполняй…
Кивнув, старшина Белых вышел через пролом, и стал раздавать команды, стоявшим там людям. Незнакомец в свою очередь методично обыскал трупы. Разжившись парой пистолетных магазинов, часами, и что особенно порадовало незнакомца, судя по его лицу, полевой картой с отмеченными дислокациями армии людей, развернул и стал тщательно изучать погрузившись в думы…
Когда-то его звали Анатолий Степанович Феоктистов и обращались к нему только по имени отчеству — Анатолий Степанович, — с уважением. Потому что Анатолий Степанович, несмотря на свои молодые годы, относительно конечно, заведовал факультетом прикладной математики и атомной физики, в одном из престижных столичных вузов и уже в свои сорок лет, именовался не меньше как, сам профессор наук. И пользовался почтением и уважением не только среди коллег, а что и не маловажно, радушно принимался и среди студентов.
Задумчивый и немного застенчивый взгляд сквозь линзы очков, светился теплотой. Робкая улыбка, на пухлых губах. Широкий, но изящный нос. Мягкий говор и постоянно вьющиеся волосы на голове. Всегда элегантно одетый, выглаженный и приятно пахнущий. Вот примерно таким, его когда-то знали.
Но несмотря на свой мягкий характер, Анатолий Степанович отличался особой принципиальностью. Он никогда и ни кому не давал поблажек, справедливо считая, что если человек выбрал профессию, связанную с точными науками, то не имеет право на неточность. Ведь тогда приятная глазу и согревающая душу — упорядоченность, в одночасье превратиться в хаос, а этого он никак не мог допустить, по крайней мере по отношению к самому себе, и делу коему себя посвятил без остатка.
Да… Когда-то он был Анатолием Степановичем, уважаемым человеком, пока один краткий миг не перечеркнул всю его жизнь. И жизнь, как оказалось на поверку, довольно обыденную и однообразную, сопряжённую с бесконечным одиночеством, такой силы, что порой хотелось выть от бессилия. Вот он и выл, образно говоря. Затем сжимал волю в кулак, заталкивал чувства поглубже и, работал, работал, работал… Так по крайней мере, он мог забыться и не сокрушаться по поводу своей убогой жизни. Ведь как не хорохорься, а каждому человеку, хочется почувствовать теплоту семейного очага, где тебя ждут и любят, и не могут без тебя прожить и дня. Когда твоя жизнь наполняется неким, но поистине важным смыслом. Хотя многие, с этим утверждением могут и поспорить, но одиноким людям, ни разу не испившим сию чашу, свойственно романтизировать семейные отношения. Вот Анатолий Степанович и романтизировал, выстраивая воздушные замки, своей несбывшейся мечты.
Сейчас же, он и слезинки бы не пролил, по поводу своей ушедшей в небытиё, жизни. Потому что он её и не помнил, а если бы даже и помнил, то и не вспоминал бы.
В той прошлой своей жизни, он был уважаемым профессором, но если сказать на чистоту, тогда он был не нужен никому. Его нужность облекалась в некую абстрактную форму, а Анатолию Степановичу хотелось конкретики, и он наконец-то её получил. Сейчас он был по настоящему нужным. Он был нужен своей новой, поистине огромной семье и ради неё он был готов пойти на любые жертвы, вплоть до собственной жизни.
Его существование наконец-то наполнилось смыслом. И влившись в ряды новых людей, он почувствовал такой экстаз и эйфорию, что сразу же отдал все свои силы, на процветание своей новой семьи. Отличаясь врождённым логическим складом ума, быстро пошёл в гору и вскоре его уже назначили полевым командиром, а с недавних пор его ввели в круг избранных, так называемых «управителей», где он и процарствовал до сего дня.
Почему же именно сегодня, он оказался непосредственно в гуще событий? Ответ прост. Анатолий Степанович сам разработал план, как наилучшим образом обрушить силы семьи, на подлых и кровожадных людей, чтобы одним махом покончить, с подлой осадой, вымотавшей уже до предела, всех членов его горячо любимого сообщества. А чтобы план прошёл как по маслу, Анатолий Степанович, сам вызвался претворить его в жизнь. Похвальная инициатива…