Капитан Немо - Играя с судьбой (СИ)

— Проходи, — прозвучало из глубины кабинета.

Алашавар сидел возле стола, рассматривая бумаги, его губы неприятно кривились. Подойдя, я отметил, что на каменной полированной столешнице лежала и шкатулка, переданная мне преподавателем, и договор, который чуть более суток назад мы подписали с Арвидом Эль-Эмрана.

— Имя? — оторвавшись от созерцания документа, коротко бросил Алашавар.

Мне не нравился его взгляд. Казалось этот человек просвечивает меня взглядом словно рентгеном, видит каждую мысль, рождавшуюся в голове. Ему было трудно соврать. Практически невозможно. А еще от этого колючего взгляда становилось зябко, так же как в ясную светлую ночь на трескучем морозе.

— Меня зовут Рокше, — выдохнул я непослушными губами. — Я навигатор Арвида. Стажер.

— Где вы познакомились? Как? При каких обстоятельствах? Советую говорить правду.

Правду, так правду. Не рассуждая, не споря я рассказал ему все — с самого момента нашего с торговцем знакомства, не утаивая ни того как познакомился с Фори, ни того, что натворил в порту, ни того, что не знал куда направиться, не перехвати меня катера службы безопасности

Алашавар не перебивал, сидел и слушал. Когда я умолк, он встал и прошел по кабинету бесшумным кошачьим шагом, остановился у окна, посмотрел сквозь стекло на легкие, тающие в синеве облака.

От того что меня не буравит внимательный взгляд стало немного легче.

— Шкатулка твоя? — спросил он, подходя ко мне. Я кивнул.

— Знаешь, что меня смущает? — выдохнул Алашавар. — Оноа. И я хочу узнать, что опасного прячется в твоем прошлом.

Элейдж коснулся рукой моего подбородка, вынуждая поднять взгляд, вынуждая вновь посмотреть в его глаза, в эту тянущую, лишающую воли бездну. Стоило соприкоснуться взглядам, и я словно полетел в пропасть. Мир вокруг завертелся с бешеной скоростью — стены, пол, потолок. Я не видел Элейджа, не слышал его голоса, только второй раз за сутки чувствовал, как меня буквально выворачивает наизнанку через поры кожи, и как от боли и бессилия слезы катятся по щекам.

Я предпочел бы получить разом десяток разрядов из парализатора, чем еще раз встретиться с Алашаваром взглядом. Я бы предпочел умереть, и это я знал абсолютно точно уже в тот миг, когда начал приходить в себя, освобождаясь от забытья, в полуобморочном состоянии, полулежа в кресле в кабинете. Рядом суетился Эгрив.

— Элоэтти прав, мальчишка не опасен, снимите охрану, пусть передвигается свободно, — услышал я голос, привыкший отдавать распоряжения. — С Эль-Эмрана я расплатился. Когда мадам Арима придет в себя, доложите мне об этом. Все.

Подняв голову, я успел заметить, как Алашавар вышел из кабинета, и как дверь захлопнулась за его спиной.

С трудом поднявшись на ноги, вцепившись в плечо медика кое-как, с трудом я выполз в коридор и, прислонившись виском к стене, закрыл глаза. Мимо ходили какие-то люди, но мне это было безразлично, и так же равнодушно я сносил заботу Эгрива.

Лишь когда он сунул мне в руки прямоугольный плоский предмет, я немного очнулся. Шкатулка вновь оказалась в моих руках. Открыв ее, я с ненавистью посмотрел на пустой флакон с темными следами на стеклах, на квитанцию, на собственный контракт, подписанный с Эль-Эмрана.

Захлопнув шкатулку, я перевел взгляд на медика.

— Что это значит? — спросил я его. — Кто этот чертов Элейдж? Где я?

Медик устало мотнул головой.

— Думаю, сейчас все же не стоит…

Не слушая возражений, я вцепился в руку господина Элоэтти и четко по слогам повторил слова ему в лицо:

— Где я нахожусь? Я хочу знать, слышишь? Я хочу знать, во что вляпался, подписавшись работать на Арвида.

Медик кивнул, вздохнул, неопределенно пожал плечами.

— На что ты подписывался, я не знаю, — сочувственно проговорил мужчина. — А находишься ты на базе Стратегической разведки. Здесь расположены госпиталь и реабилитационный центр. Ну? Я удовлетворил твое любопытство?

Зажмурившись, чтобы не видеть — ни выражения сочувствия на загорелом лице медика, ни стен, ни завораживающего вида из окна, я обхватил голову руками, чувствуя, что земля снова, в который раз уже уходит у меня из-под ног.

Вопросов, на которые я хотел получить ответ у Арвида Эль-Эмрана, становилось все больше.

У меня было огромное желание переговорить с торговцем, не тратя понапрасну времени, а с глазу на глаз или в присутствии посторонних — это не имело значения. Но добравшись до палаты Арвида, я испытал приступ острейшего разочарования: показать — показали, но в палату меня не пустили. Эль-Эмрана спал, и его будить было строго запрещено. С огромным трудом я сдержался, что бы не высказать вслух все, что я думаю о местных порядках и ушел к себе.

Мне невыносимы были тишина, покой, не радовал сытный завтрак, который подали в комнату. Душ не помог смыть невидимой грязи, от которой нестерпимо зудело и чесалось — то ли тело, то ли душа. И не успокаивали ни снятая с дверей блокировка, ни возможность самому регулировать плотность силового поля на окнах. Теперь я бы мог дотянуться до цветов под окном, но этого уже не хотелось. Лишь одна мысль набатом билась в висках: «Я — на базе Стратегов»

У меня дрожали руки, и эту едва заметную дрожь было не удержать. Дали небесные! Похоже, мой работодатель вел какие-то дела с врагами Торгового Союза. А я помогал ему! Да, до поры до времени я не догадывался об этом, но моей вины это ничуть не умаляло; осознание жгло огнем, потушить который не удавалось. Возможно из-за этого я не сдержавшись, наорал на Эгрива, не вовремя зашедшего ко мне в комнату.

Больше всего на свете я мечтал сейчас об одном — чтобы все произошедшее оказалось сном, бредом, игрой воспаленного воображения. Или что я ошибался в выводах, цепляясь к незначительным мелочам.

Из коридора иногда доносились звуки шагов, но к счастью ко мне никто не заглядывал. Пока я метался не находя успокоения, прошло утро. Солнце поднялось к зениту, приятное тепло сменила свинцовая жара, спрятались и смолкли птицы.

Эгрив вновь пришел после обеда, как ни в чем не бывало, словно не на него я сорвался, улыбнулся мне.

— Эль-Эмрана проснулся? — на этот раз я был более сдержан. Лихорадочное возбуждение, высосав силы, потихоньку сменилось апатией.

Медик присел на стул, закинул ногу на ногу и отрицательно мотнул головой.

— Твоего Арвида накачали лекарствами, — ответил он, — хорошо, если проснется к завтрашнему утру. Я хотел предложить выбраться на пляж. Вот увидишь, тебе понравится.

— А если Эль-Эмрана очнется? — спросил я, упорствуя.

— До завтрашнего утра никто не позволит ему проснуться. Возможно, он проведет во сне и больше времени: его не станут намеренно будить и отменять снотворное до тех пока ожоги не перестанут причинять боль. Извини, придется тебе подождать.