Бессмертие. Том 1. Воздух - Ха Ян

– Бессовестный мерзавец!!

– Кого ты назвал мерзавцем?

Резко вскочив на ноги, Ян Си увидел беспечно сидящего на дереве Хэ Янга; качая опущенной ногой, он слегка улыбнулся.

Ян Си перевел взгляд на обрыв и обратно и спросил с каменным лицом:

– И что это было?

– Иллюзия. Я что, идиот, чтобы прыгать самостоятельно?

Не смея себя сдерживать, Ян Си зарядил ему по колену. «Ай, какого черта, ты!» Прыгая на одной ноге, Хэ Янг потер бедное колено и возмущенно посмотрел на Ян Си:

– Я спас их от смерти, и вот твоя благодарность?

Ян Си посмотрел назад. У обрыва действительно никого не осталось – он все еще мог видеть бегущих людей в свои дома, но больше никто из них не оборачивался.

Скрестив руки на груди, он сказал:

– Это было жестоко. Что если бы они и правда захотели спрыгнуть?

– Тогда бы ты просто остановил их, – легко сказал Хэ Янг.

– Ты так мне доверяешь.

Духи действительно стали пропадать. Еще пару часов назад здесь было так «оживленно» в мертвом смысле, но теперь, кажется, они наконец ушли. Люди стали постепенно в себя приходить – казалось, мучавшая их депрессия стала понемногу отступать, и они могли возвращаться к своим повседневным делам. Даже Ао Лань не сдержался и наградил Хэ Янга увесистой для руки подростка пощечиной за устроенное представление, но, стоило признать, это сработало.

Пока не наступил следующий день.

Женщина потирала чашки в руках, пустым взглядом смотря куда-то вперед. Вокруг нее вилась маленькая девочка, играясь и резвясь, но даже это совершенно не привлекало ее внимания. Ян Си поводил рукой перед ее лицом, но она не подала никаких признаков жизни.

– Ничего не понимаю. Разве ты не говорил, что это должно сработать?

Люди, ощущающие тягу к уподоблению смерти своего двойника, пережили ее, будучи живыми, но «жизнь» в полном объеме вернулась не ко всем. Некоторые из них, словно отключившись, просто сидели и смотрели в пол, замкнувшись в себе.

Хэ Янг задумался.

– Может быть, их разум повредился от столкновения с самим собой?

– Хочешь сказать, ты только все усугубил?

Ао Лань подошел как раз вовремя, чтобы разрядить возросшее между ними напряжение:

– Мастер Хэ, некоторое время назад ты спрашивал, изменилось ли здесь что-то еще, – двое обратились во внимание. – Тогда я не придал этому значения, но теперь это кажется мне странным. Помнишь того парня, которого мы встретили ночью?

Хэ Янг кивнул.

– Я прожил всю свою жизнь здесь и регулярно приезжал навестить маму. Но я никогда его не видел раньше.

Ян Си встрял:

– Ты говоришь о том парне, который просто стоял все представление?

– Он не реагировал?

Ян Си выглядел задумчиво:

– Я даже не уверен, что видел его «двойника», как будто… ох…

Внезапный приступ головной боли заставил его отшатнуться; почувствовав хватку на своем локте, он бросил: «Не надо», – и сделал шаг назад. Его разум будто продавили. Это давление усугублялось с каждой секундой, проникая все глубже; несколько обрывков фраз завертелось перед его глазами, и даже «пойди и сдохни» превратилось в…

«Хорошо».

«Сдохни».

Хорошо.

Хэ Янг обеспокоенно взглянул на него.

Все должно было стать лучше, почему головная боль возвращается?

Он вскинул голову и обнаружил, что один из людей, сидящих на улице, засмотрелся на нож в руках.

«Черт возьми».

Он обратился к парню:

– Ао Лань, присмотри, пожалуйста, за Ян Си. Я скоро вернусь.

Ао Лань коротко кивнул. В его взгляде Хэ Янгу померещилась слабая грусть, и он поспешил вернуться назад.

Люди видят себя мертвых и хотят умереть.

Но что если это просто повод? Как насчет того, что кто-то может их к этому побуждать?

Хэ Янг ускорил шаг.

Некоторое время он блуждал по улицам, но все, что он видел, – это как люди возвращались к «себе прежним». Несколько часов. Всего несколько часов он слышал, как они снова стали радоваться жизни, но сейчас это снова скатилось к прежнему – вилы выпадали из их рук, люди садились возле стен домов и терли лицо руками, желая забыться.

Что бы ни стояло за всем этим, Хэ Янгу нужно разобраться с этим прямо сейчас. Иначе будет слишком поздно. Он пришел на утес.

На этой открытой свободной равнине ему мерещился спертый воздух и тень, пронизывающая небеса. Как будто духи ушли – но на смену пришло еще большее зло.

В потрепанных зеленых одеждах, Вэй Шэньву стоял на краю утеса совершенно один; молодой человек, чей возраст едва достиг восемнадцати, имел взгляд старика, прожившего всю жизнь в мучениях. Его изможденное и тощее лицо вычерчивали большие и печальные глаза – казалось, этот уставший взгляд являлся сосредоточением глубочайшей тоски. Но внимательно присмотревшись, в этих глазах стало видно большее: да, это было бездонное море, но рыбы, плавающие там, были с пустым и поверхностным взглядом; вода казалась нарисованной, а непроницаемая тень покрывала море тонкой пеленой, не позволяя окунуться вглубь.

Вэй Шэньву посмотрел на свои руки.

Ветер проходил сквозь его пальцы; вся фигура тощего юноши напоминала воздух – легкий и призрачный, уносящийся вдаль.

Порыв сильного ветра взметнул черные одежды вверх. Остановившись в нескольких цунь, Хэ Янг холодно взглянул на него.

Вэй Шэньву поднял голову и с отчаянием спросил:

– В мире так много всего. Почему никто не хочет об этом думать?

– Думать… Сколько раз ты думал сам?

– Постоянно размышляю обо всем. В книге сказано, что люди состоят из эго и души… Но здесь, – он поднял руку. – Только мясо. Ничего, кроме костей и мяса. Никто не говорит об этом. Всем плевать, их волнует только собственная жизнь. Остались ли еще люди с мозгами?

– Зачем им думать об этом? Задача этих людей – выращивать овощи и собирать рис, чтобы обеспечить семью и дать своим детям лучшее будущее.

Вэй Шэньву выглядел слегка разочарованным; он опустил голову, и его голос стал тише:

– Как много безмозглых баранов. Все следуют своим инстинктам.

– А ты, конечно же, слишком умен.

Вэй Шэньву вскинул голову:

– Я свободен от навязчивого мышления, от негативности и, прежде всего, от потребности прошлого и будущего.

– Звучит как хорошая цитата, – кивнул Хэ Янг. – Но что ты думаешь о ней сам?

– Я..

Хэ Янг его оборвал:

– Твои цитаты, несомненно, хороши, но все они – просто заученный материал. Прежде чем бросаться на людей с обвинениями в скудоумии, расскажи, до чего ты смог дойти сам. Ты действительно понял написанное в твоих любимых