Роберт Торстон - Соколиная заря

Однако она подала руку упавшему человечку. Тот поднялся, лепеча жалкие извинения. Джоанна кивнула и с презрением оттолкнула толстячка. Он споткнулся и снова упал.

– Что ж, смейтесь же! – крикнула Джоанна. – Но запомните: я выйду из этого дурацкого места, оставаясь вернорожденным воином. И завтра я все еще буду вернорожденным воином, а вы все останетесь мерзким сбродом вольняг! Запомните это, сволочи!

Опомнившись, она зашагала прочь от озера по дорожке, указатель которой обозначал направление к выходу.

Какое-то мгновение Диана смотрела вслед Джоанне, не зная, последовать ли за ней или же остаться. Девушке здесь нравилось, и она была бы не прочь задержаться еще ненадолго, чтобы полюбоваться на великолепие пещеры.

В то же время Диана была вне себя из-за того, что Джоанне, которая до мозга костей была вернорожденным воином, было безразлично, что все высказывания насчет вольнорожденных также относятся и к ней.

Диана бросила взгляд на ошеломленных туристов, которые и в самом деле все были вольнорожденными. В каком-то смысле девушка была одной из них – несмотря на то, что ее вступление в ряды воинов несколько лет тому назад отдалило ее от товарищей по несчастью рождения.

Диана, более чем когда-либо, чувствовала свою чужеродность среди Нефритовых Соколов. Не являясь ни вернорожденным воином, ни вольнорожденной другой касты, она была чем-то противоестественным, как правильно заметила Джоанна, чем-то вроде курьеза побочного представления.

Диана не могла легко смешаться с этой толпой и чувствовать себя в ней комфортно. Не могла она и находиться среди воинов, не замечая при этом, что ее товарищи видят в ней вольнягу, несмотря на ее, возможно, значительные воинские подвиги. Это была ее жизнь, но жизнь, которую она могла бы изменить, завоевав родовое имя.

Но могло ли родовое имя избавить ее от чувства отчужденности как среди верно, так и вольнорожденных? Загадка, загадка такая же неразрешимая, как и эти языки пламени, выскакивающие из озерных глубин.

Еще один столб огня взметнулся вверх в нескольких шагах от девушки. Диана пожала плечами и направилась вслед за Джоанной, которая своим быстрым шагом уже одолела половину длинной дорожки. Невзирая на отличную физическую форму – результат интенсивных и безжалостных тренировок под началом Джоанны, – Диане было непросто нагнать ее.

Помещения Клана Нефритового Сокола

Зал Ханов

Окрестности Катюши

Страна Мечты

Кластер Керенского

Пространство Кланов

30 января 3060 года

Раздался осторожный стук в дверь личных покоев Марты Прайд.

Единственный, кто мог стучать в дверь подобным образом, – это помощник Хана Марты Роннел. Сама Марта уже несколько часов подряд работала за своей видавшей виды конторкой.

– Войдите, – сказала она.

Роннел, высокий мужчина с военной выправкой, вошел в апартаменты. Выражение его лица вполне соответствовало выполняемым обязанностям – в глазах имелось столько же эмоций, сколько в окошечках калькулятора.

– Да, Роннел?

– К вам Сахан Клис.

– Я приму ее у себя в течение часа, – думая о своем, сказала Марта и снова обратилась к бумагам.

Роннел, однако, продолжал топтаться на месте.

– Что еще, Роннел?

– Сахан просит личной аудиенции.

– А здесь что, для личных дел не хватит места? Пусть войдет.

– Слушаюсь, мой Хан.

Марта покачала головой. Все-таки у служащих должно быть хоть минимальное чувство юмора.

Марта со вздохом встала из-за стола, потянулась и подошла к зеркалу.

Сегодня Хан Соколов была одета в зеленого цвета прыжковый комбинезон, обычную форму офицера не при исполнении. Все было чисто, отутюжено, стрелочки, начищенные сапоги и прочее. Одним словом, нормально.

Удостоверившись, что воротничок застегнут, а на сапогах нет ни пятнышка, Марта смахнула пылинку с вышитого на правой стороне груди парящего сокола – это была эмблема Хана.

В целом костюм ее был выполнен в строгом стиле и не имел излишеств, которые позволяли себе Ханы других Кланов – ни тебе орлиных (в данном случае – соколиных) перьев, ни волчьих зубов, ни собачьих хвостов. Марта всегда предпочитала лаконичность.

Кстати, она заметила, что с тех пор, как стала Ханом, у других офицеров Клана на одежде заметно поубавилось ненужных украшений. Это, впрочем, ее вполне устраивало.

Осмотрев одежду и оставшись довольной увиденным, Марта подумала, что мысли у нее и так прекрасны, а посему стала изучать свое лицо.

Да, лицо немного подкачало. Нет, холодные, как раз впору для начальника, голубые глаза, волевой подбородок, высокий лоб – все это присутствовало, но…

Самое неприятное для воина Клана – это неизбежный процесс старения. Никто не хочет становиться беспомощным солама, никому не нужным и всеми презираемым. А Марта, которой было уже хорошо за сорок, с недавних пор стала обнаруживать лишние морщинки…

Правда, пластическая хирургия не была под запретом, но Хан Соколов считала, что делать всякие там подтяжки – это не для воина.

Марта вздохнула. Что ж, чему быть – того не миновать.

Чтобы немного успокоиться, она поиграла мускулами, пощупала бицепсы и сурово нахмурилась. Немного полегчало. Не такая она уж и старая. Кулак-то еще – о-го-го.

Марта отвернулась от зеркала и окинула взглядом помещение. Н-да, пора звать прислугу. В конце концов, пыль стирать – совершенно не ханское дело.

Вообще же, если бы обстановку личных апартаментов Хана Марты Прайд увидали древние спартанцы, то они остались бы довольны. Ничего лишнего – картинки на стенах, шторочки, вазочки и прочее Марта не терпела органически.

Довольно жесткая и узкая койка, рабочее место с вычислителем и полочками для носителей информации, древний принтер со стопкой бумаги – вот и все примечательные детали помещения. Красиво и сдержанно.

Стук в дверь вернул Марту к действительности.

На этот раз не царапались, а стучали без дураков.

Марта улыбнулась и сказала:

– Войдите.

Дверь распахнулась, и в апартаменты стремительно вошла Саманта Клис.

Пройдя чуть ли не строевым шагом до середины комнаты, она замерла по стойке «смирно». Марта опять улыбнулась и сказала:

– Вольно.

Саманта Клис расслабила мышцы и сменила каменное выражение лица на более естественное.

Марта очень ценила своего Сахана. Эта женщина была настолько близка к идеалу воина, насколько это вообще возможно. На ее примере можно было демонстрировать все преимущества, которые давала Кланам реализация генетических программ.

– Роннел доложил, что вы просили личной аудиенции, – сказала Марта. – Что случилось? Вас что-то беспокоит?