Отморозок Чан 1 - Исаак Вайнберг
Минут через двадцать я увидел свет впереди. Станция. Чуть раньше я начал различать какой-то шум. Теперь я понимал, что это крики. Иногда, но очень редко, раздавались выстрелы. Ох, не нравится мне всё это…
Я вышел из тоннеля. В нескольких десятках метров от меня вопил человек. Я не видел, что с ним – его от меня отгораживал завал из мешков. Но, кроме его воплей, тут было ещё множество других. Вопли, стоны, рычание, вой. Хотя, пока что я не мог видеть, что тут происходит, но уже понимал – нихуя хорошего.
Сама станция была скрыта от меня деревянной стеной. Многие станции возводили подобные стены, чтобы оставлять проезд через тоннель свободным, но при этом не оставаться совсем уж открытыми для стремительных атак с путей. Я выключил фонарь и положил его на землю, всё равно тут электрическое освещение, да и нахер мне два. Взяв автомат поудобнее я, пригнувшись, стал продвигаться дальше. Хуёво, что этот блядский тоннель идёт на Ломоносовскую, на сталкерские станции мне точно лучше не соваться – Андрей Алексеевич, наверняка, предупредил, чтобы меня повязали, если встретят. Или захуярили… Да и знают меня там многие. К тому же на Ломоносовской подъём наверх ограничен, а разрешение мне получить нереально, ясен хуй. Короче, придётся как-то пройти через эту станцию, спустится на нижний уровень и надеяться, что доступ в белый тоннель не заблокирован. По нему я доберусь до Советской, там заберу ствол и бабки, куплю снаряги и съебусь на поверхность.
Лестница на платформу была чуть ближе, чем завал, из-за которого слышны вопли. Дверь, ведущая на платформу, была распахнута. Я сбавил скорость и к лестнице подполз тихо, как ёбаный ниндзя, затем повернул голову направо и увидел кричавшего. Это был какой-то молодой парень в сталкерской снаряге. Твари, целую кучу которых я разхуярил в тоннеле, жрали его заживо. Причем делали это очень профессионально: двое прижимают к земле, пока он вопит и пытается освободиться, а третий жрёт ногу или типа того – нихуя толком не видно с моей позиции. Все твари повёрнуты ко мне спиной. Вот ублюдки… Значит, всё-таки не травоядные – просто ссыкливые. Но нахуя его заживо жрать? Сложно сначала убить? Уёбки, блять, малодушные. Вопил парнишка пиздец как отчаянно… Ладно, хуй с ним – не моё дело.
Я поставил ногу на первую ступень. Скрипит, падла. Ещё шаг – снова скрип. Я обернулся. Твари меня пока не заметили. Снова шаг. Да блядь, они тут все что ли такие? Тут я услышал вопль у себя за спиной, но это был уже не вопль пацана….
Вопила тварь. Я не стал оборачиваться, чтобы посмотреть, на меня она кричит или на друга, который хуёво держит брыкающуюся еду, а просто рванул вперёд что есть мочи. Забежав на станцию я рывком закрыл дверь, прямо перед рожей одной из этих жутких гнид. Она с силой ударила в дверь с той стороны и завопила снова. Я навалился плечом. Снова удар. Осматриваюсь по сторонам. Вот он, засов. Быстрым движением роняю его в захват. Всё, я спасён! Тварь продолжает ломиться, но дверь тут не детская, да и засов этот хуй собьёшь.
Я обернулся назад. Светло как днём на поверхности… Самая светлая станция в метро, хули.
Ряды палаток. Огромное множество. В основном небольших. Это шлюшья станция – «Отпускная», как её в народе называют. Тут сталкеры и торговцы тратят свои бабки. Палатки в основном двухместные, чтобы максимальное количество клиентов могло уединится со шлюхами. Но среди океана мелких палаток стоят и крупные. В них размещаются бары, стрип-клубы, ночлежки. Сейчас многие из палаток разорваны в клочья. Тут и там лежат истерзанные трупы людей и тварей. Тут был бой. И судя по бесчисленным человеческим воплями – люди проиграли. Отсюда я не вижу живых, ни тварей, ни людей.
Хуй с ним. Нужно добраться до лестницы на нижний уровень. Я максимально беззвучно двинулся дальше, следуя параллельно стене. Я дошёл до конца деревянной стены, и упёрся в гранитную стену. Повернув направо, я увидел пожелтевшую, а местами и вовсе коричневую, статую Гагарина, поднявшего руку в приветственном жесте. Рядом с ней стоял мутант и разглядывал её. Я подошёл и дал ему под жопу сапогом, чтобы, блять, смотрел по сторонам, а не хуйнёй страдал на посту. Гагарина он рассматривает…. Ты монстр, блять, или на экскурсию пришёл? Совсем охуел…
Нет. На самом деле я просто скрылся за ближайшей палаткой и стал думать, как мне обойти эту хуету. Очень мне не хочется идти между палатками, будучи открытым со всех сторон, к тому же, хуй его знает, из какой палатки на меня может выпрыгнуть одна из тварей. Но долго думать, слава Богу, не пришлось (не люблю думать). Сбоку от меня, в каких-то двадцати сантиметрах, выплыла склизкая рожа, повернулась ко мне и разорвалась пополам, открывая моему взору два вертикальных ряда зубов и слюнявые глаза, к которым я уже успел привыкнуть.
Ёбаный денек… Я прыгнул назад, затем боком закатился за палатку, перевернулся и рванул через станцию, как ебанутый. За спиной раздался нечеловеческий вопль. К нему присоединилось ещё несколько голосов, затем ещё. Казалось, станция утонула в этих демонических воплях. Из палаток стали выпрыгивать твари, многим выпрыгивать и вовсе не пришлось – они уже сидели у палаток и жрали людей. Блять, сколько же здесь трупов? Я бежал, перепрыгивая через них, и в голове моей стучала лишь одна мысль: «Сука, только не поскользнись на кровище!». Я посмотрел налево. Вот она – лестница!
Вход загородили три этих твари. Они просто выстроились в ряд перед проходом, словно блядские футболисты, защищающие ворота. Эти бляди определенно разумные. Хуй с ним! Я рванул что есть сил прямо на них, чувствуя, что прямо у меня за спиной несётся целая толпа их товарищей, но в этот момент мне было похуй: или сдохну, или прорвусь. Оказавшись в пяти метрах от защитников лестничного прохода, прямо на бегу даю по ним очередь. Левого откидывает в сторону. Двое других продолжают стоять. Тормозить уже поздно. Прыгаю двумя ногами в грудь центрального. Сношу к ебеням и вместе с ним влетаю в проход. Наверное, эта сцена охуенно смотрелась