Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

— Отменили, — ответил Ватанджар. — У нас и так особо в народе никто не пьёт, кроме Кармаля, поэтому на заседании партии было решено, что в запрете нет особого смысла, а по национальному производству спирта для экспорта этот запрет бьёт.

— Ха-ха! — посмеялся Владимир. — Вам бы подлечить его — всё-таки, личность исторического значения…

— Не хочет он лечиться, — покачал головой президент. — Ему всё нравится, потому что президентская пенсия большая и он не успевает пропить её целиком.

— Жаль его, — вздохнул Жириновский и затушил бычок в пепельнице.

— Ужин готов! — сообщила Галина. — Володя, Аслам — идите кушать!

* СССР, РСФСР, город Москва, ВДНХ, 2 ноября 19 90 года*

— … поэтому можешь теперь сладко засыпать по ночам и ни о чём не думать, — продолжал Орлов. — Всё кончилось.

— Прямо всё? — уточнил Жириновский.

— Иначе бы я не стал говорить, — кивнул Геннадий. — Кое с кем совсем чисто не получилось, но большинство нейтрализовано надёжно и не подозрительно.

— Я не хочу знать подробностей, — произнёс Владимир.

— А я тебе их и не расскажу, — улыбнулся Орлов. — Не надо тебе ничего знать, кроме того, что дело сделано, а данные собраны.

— Какие данные? — озадаченно спросил Жириновский.

— Мне же нужно было как-то обосновать всё это перед Крючковым, — ответил Геннадий. — Ты же понимаешь, что просто так такую серию устранений было не провести?

— Да, понимаю, — кивнул Владимир.

— Заказ № 54-А готов! — позвал кассир через динамик над окном выдачи.

Орлов посмотрел на квиток.

— Это наш, — сказал он и забрал поднос с куриным кебабом, говяжьим бургером, двумя десятками куриных крылышек и двумя стаканами лимонада.

Несмотря на то, что на улице прохладно, они решили сесть на летней террасе заведения — внутри слишком людно и шумно.

Ларёк «Кебаб-гриль» на ВДНХ стал культовым местом и, в связи с кратно возросшей суточной проходимостью, был перестроен в полноценный ресторан с залом на шестнадцать столов и стойку на двадцать посадочных мест.

— Слышал, что вы в Берлине первую точку открыли… — произнёс Орлов, развернув бургер.

— Да, — кивнул Жириновский, макнувший куриное крылышко в неострую аджику. — Но зато сразу ресторан. Если будешь в Берлине, ищи его на Унтер-ден-Линден, недалеко от советского посольства. Называется «Union-Kebab».

— В начале следующего года, как раз, в наше представительство еду, — улыбнулся Геннадий. — Обязательно загляну.

Бургеры в сети общепита Организации появились чуть меньше месяца назад и вызвали нешуточный ажиотаж, потому что молва стихийно сформировала у общественности мнение, будто бы это точная копия американских бургеров, как в «Макдональдсе».

Но Жириновский смотрит в будущее и не хочет возможных проблем с авторскими правами, поэтому общая только идея, а в остальном рецептура отличается. Директор не был поклонником американского фастфуда, но несколько раз посещал популярные заведения, чтобы знать, что это такое и от чего млеют его ученики.

— И как? — спросил Владимир, глядя на то, с каким аппетитом Орлов поедает советский аналог бургера.

— Чувствуется, что с душой готовили, — ответил тот. — На вкус — гораздо лучше, чем в «Макдональдсе». И котлет не пожалели, и помидоров с маринованными огурцами — хорошо!

Он заказал себе тройной бургер, отличающийся от стандартного тем, что в нём целых три говяжьи котлеты.

— Ты бы не налегал на такое — побереги печень… — посоветовал ему Жириновский.

— За меня не переживай, — усмехнулся Геннадий. — И не такое переваривали…

— Так что за данные вы собрали? — поинтересовался Владимир, наблюдая за группой металлистов, заходящих в ресторан.

— Крючков очень заинтересовался системой «Aladdin», — ответил Орлов. — Ему захотелось, чтобы наши специалисты во всём разобрались и, если получится, продолжили развитие. Ну, по правде, это я ему посоветовал обдумать эту идею, а он загорелся ею. Управление инвестиционными рисками — это ведь вещь нужная, если мы когда-нибудь захотим расширять нелегальное внедрение в Штаты. Потенциально, это перспективный источник валюты на нужды операций Комитета…

— Это когда будет ещё, — махнул рукой Жириновский. — И только при условии, что вам удастся понять, что это такое, как оно работает и применимо ли это в вашей ситуации. Чтобы получить что-то с инвестиций, нужно что-то инвестировать, а это большие деньги.

— Если не будешь препятствовать, то деньги будут, — улыбнулся Геннадий. — По предварительной оценке уже видно, что мы получили в своё распоряжение сложные математические модели, которые можно развивать и развивать, делая их всё сложнее и сложнее.

— Это очень опасная игрушка — нельзя допустить утечек, — предупредил Жириновский. — Идеально было бы просто уничтожить, чтобы исключить их. Так считает мой встроенный с рождения «Аладдин».

— Мы не можем позволить себе такое, — покачал головой Орлов. — Крючков и без того с очень сильным сомнением одобрил операцию — только после внедрения агентуры в «Blackstone», а затем в «BlackRock» и получения убедительных доказательств. Он до сих пор не до конца понимает, что мы там нарыли, но верит нашим специалистам по финансам и экспертам по инвестиционному бизнесу США, которые в один голос твердят, что мы добыли Грааль и Розеттский камень в одном флаконе.

Если вывести за скобки риск утечек и смотреть на явление в вакууме, то КГБ получил в свои чистые руки (1) продукт десятилетий эволюции аналитических финансовых инструментов, а также уникальный плод исключительно нового инструмента — управления рисками.

— До этого успеха у нас было только приблизительное понимание работы западной экономики, — сказал Орлов. — Но теперь мы получили массу данных, которые, в перспективе, могут сделать прозрачными их денежные потоки, а также помогут сформировать чуть более полное понимание модели фондового рынка США. Это Розеттский камень, Вольфыч — нельзя просто закопать его обратно в песок, чтобы никто не нашёл. Да и как его закопаешь — кто-то, рано или поздно, выработает что-то подобное и тогда мы снова столкнёмся с этой угрозой. Нет, лучше пусть будет у нас, а уж мы-то не дадим «Аладдину» пропасть зря.

Но Жириновский прекрасно понимает, что модель Финка — это уникальный продукт, в немалой степени завязанный на его личность и биографию. Его легко могло и не возникнуть, если бы не состоялась цепочка маловероятных и средневероятных случайностей.

Что-то, в любом случае, будет разработано какими-то другими инвестиционными компаниями, но вероятность того, что это разрастётся до уровня системы «Aladdin», управляющей активами на сумму свыше 20 триллионов долларов США, теперь крайне низка.

— Вы гарантировали, что данные по системе полностью утрачены американцами? — спросил Жириновский.

— Пожар в офисе «BlackRock» уничтожил все данные, а ключевые специалисты скоропостижно скончались, — ответил Геннадий. — Восстанавливать систему придётся почти с нуля, а специалистов нет и инвестиции потрачены впустую.