Макс Кроу - Ключ Эдема

Со свистом колес фургон выровнялся и, наращивая скорость, понесся по дороге, оставляя позади вой автомобильных сирен и столб дыма.

Напряженную тишину пронзил телефонный звонок.

— А кэп не шутил, — Колин смотрел в окно, — обещал ловушку — получите!

— Слушаю, — рявкнул Алекс в трубку.

— Нас отследили, — донесся до него голос Ирэны. Судя по тяжелому дыханию и плохой слышимости, она бежала.

— Своевременное заявление. Только что нас пытались ликвидировать.

— Это не мой приказ.

— У меня нет причин тебе верить.

— Как и у меня. Но то, что тебе нужно, сейчас со мной.

Алекс запомнил адрес и отключил телефон. Сэб выжидающе смотрела на него, но не услышав объяснений, настойчиво спросила:

— С кем ты говорил?

— С тем, кто нам поможет, — ответил Алекс, сворачивая на Фридрих-Хеббель-штрассе.

Через двадцать минут они остановились в Зюдпарке — острове природы посреди царства бетона и асфальта. Среди высоких деревьев, поросших насыщенной зеленой листвой, пели птицы, и почти не было слышно гула проезжающих по дороге автомобилей.

Ирэна, озираясь по сторонам, подошла к фургону. Алекс открыл дверь, приглашая ее войти внутрь. Когда Сэб и Колин увидели, кто к ним пожаловал, на их лицах отразились приблизительно одинаковые чувства. Только Вадим не понимал, чем вызван их бурный протест.

— Эл, ты совсем тронулся?! — возмутился Колин. — Скажи честно, мы тебе таблеток купим, кольнем, что там нужно.

— Я сплю, нет, я точно сплю, — Сэб закатила глаза к потолку.

Ирэна посмотрела на обоих ассасинов свысока и желчно заметила:

— Не только вы считаете происходящее унизительным. Мне находиться здесь так же неприятно, как вам — принимать меня.

— Нас не знакомили, — моряк, распрямив плечи и шмыгнув носом, протянул руку. — Вадим.

Ирэна смерила его взглядом, вымученно, с очевидным усилием над собой пожала руку.

— Польщена.

— Она тамплиер, — буркнула Сэб, будто призывая Вадима немедленно вымыть руки. — А наш Алекс спятил.

— Как маленький, — поддакнул Колин чуть слышно. — Всякую пакость в дом тянет.

Ирэна шумно вздохнула и посмотрела на Алекса, напоминая всем своим видом, что пришла не по доброй воле, и не собирается терпеть такое отношение.

— У нас есть общий враг. На нем и нужно сосредоточиться, — сказал он строго, обращаясь к своим соратникам.

Колин вскочил на ноги, ударился головой о потолок фургона, пригнулся и ткнул пальцем в сторону Ирэны:

— Они — наши враги! Всегда были и остаются. Никакие другие ублюдки не изменят этого факта.

— А как же перемирие?

Все повернулись к Вадиму, который это произнес. Немного сконфузившись от общего внимания, он пояснил:

— Я в детстве «Маугли» читал. Киплинга. Там говорили, что в джунглях есть закон. Во время засухи зверье не жрет друг друга. Лев не нападает на оленя. Волк не разрывает зайца. Они все приходят на водопой и мирно пьют из одной лужи. Вот и у вас сейчас что-то вроде засухи.

Ирэн выразительно подняла брови. Сэб натянуто улыбнулась и обратилась к ней:

— Не обращайте внимания, он контуженный.

— Вадим правильно говорит, — поднял голос Алекс. — Если приближается Армагеддон, есть смысл объединиться и остановить его совместными усилиями.

Колин хмыкнул и отвернулся в знак полного несогласия.

— Вот то, что ты просил, — Ирэна показала Алексу небольшую коробочку, но стоило тому протянуть руку, как она сжала ладонь. — Я хочу знать: зачем это тебе нужно? Документам много лет.

— Познакомьтесь с Вадимом, — Алекс указал на сидящего моряка, и тот оживился, услышав свое имя.

— Мы уже знакомы, — напомнила Ирэн раздраженно.

— Не совсем. В этих документах говорится о нем.

Сэб на время забыла о своих убеждениях и предоставила планшет для миниатюрной карты памяти. Подходящего слота не было и пришлось воспользоваться переходником.

Вадим подался вперед. Ему было страшно, и в то же время он хотел скорее покончить с мучительными тайнами. Не знать что-то о других — одно, но не знать о себе… это чудовищно. Сэб открыла видеофайл. На экране появилось лицо Рагульского крупным планом. Он был еще молод, полон сил и амбициозных планов.

— Объект номер восемнадцать, — сказал он бесцветным голосом. — Первый сеанс.

Он посмотрел на кого-то, кто, наверное, стоял за камерой, и отошел. Теперь стало видно сидящего в том же помещении на неудобном кресле, связанного ремнями по рукам и ногам парня. Вадим сглотнул. Он не помнил себя таким. Когда это у него были запавшие щеки? И шевелюра на голове черная-черная, не то, что сейчас. Молодой еще пацан. Пацан…

— Стойте, — Сэб отключила видео и посмотрела на Алекса. — Мы не должны это смотреть. Он не должен.

Она кивнула на Вадима.

— Да ты что, девочка, — возмутился моряк. — Это же я! Там — я!

— Именно поэтому. У тебя поврежден участок памяти. Наша задача восстановить его, а не показать кино. Узнать, что с тобой было, и вспомнить — разные вещи.

Вадим собрался спорить, поскольку больше всего хотел, и в то же время не хотел, чтобы они немедленно продолжили воспроизведение видеофайла.

— Она права, — подтвердила Ирэна, нахмурившись.

— Но как же?! — Вадим ощущал себя совершенно беспомощно. Он посмотрел на Алекса, ожидая поддержки, но тот не ответил на его взгляд.

— Зачем вам это нужно? — спросила Ирэна.

Колин пантомимой изобразил, как закрывает на замок свой рот и выбрасывает ключ. Сэб отвернулась и покачала головой.

— Вадим носитель важной информации, — ответил Алекс. — Доступ к которой перекрыт этими сеансами.

— Возможно, — дополнила Сэб. — Мы не знаем наверняка.

— Насколько важной? — прищурилась Ирэна. Она не дождалась ответа, но молчание будто дало ей больше, чем откровенность. Она улыбнулась, — а, ясно. Сейчас главным объектом является один человек. Украинец по происхождению, мужчина, наследник ДНК-памяти некой Элианы. И давайте без этих ужимок, мы все не дети и прекрасно знаем, что именно у нас вы его похитили.

Она повернулась к Вадиму и посмотрела на него с другим выражением. Теперь это не было равнодушие, скорее — сожаление из-за упущенной возможности.

— Что упало — то пропало, — напомнил Колин.

— Легко пришло — легко ушло, — парировала Ирэна.

— О да, кто-то говорил о взрослости, — Сэб сложила руки на груди. — И что нам делать дальше?

Ирэна упрямо замолчала, ноздри раздувались от негодования. Алекс встретился взглядом с Вадимом. И без слов было понятно, какие чувства им владеют.

— Сейчас нам нужно разблокировать память. Есть соображения на этот счет?