Аристократ добивается своего - Марс Букреев
Кто-то заказал меня Корду, не поскупился, его услуги стоят баснословную сумму! И ему почти удалось убить меня, если бы не моя способность черпать Мощь, без взмахов рук. Потом мне позвонил Ингвар. Это точно был он. Пригласил к себе в лечебницу. Но, не дождавшись меня — уехал.
В этом я ничего странного не вижу. Заторопился сюда, в зону бедствия, а мне не сообщил, что полностью в его характере. А дальше что? Я приезжаю в лечебницу, неизвестный только что убил всех. И кто-то вызвал полицию. Может сам убийца? Или кто-то из персонала успел позвонить, до того как его настигла смерть.
И убийца, явно из благородных. Но из патрициев здесь, только Воронцовы: Ингвар, Лидия, Ростислав, и еще я. Были еще Шуйские, но они укатили на поезде в Новый Уренгой. И еще Константин. Но он тоже во время убийства был в поезде, к тому же, по его словам, Мощью пользоваться он не может.
Возможно, все это просто совпадение. Корд ведь, и Ингвара хотел убить. Подослал к нему убийцу из числа аристократов. Хм, возможно, он даже приехал на том же поезде, что и я. Просто до лечебницы добрался быстрее.
И, как результат, я теперь числюсь маньяком, перебившим весь медперсонал. Интересная у нас тут компания в палатке: главный конструктор и главный подозреваемый.
Как бы то ни было, мне надо поговорить с Ингваром. Он же зачем-то хотел побеседовать со мной. Вдруг, да и выяснится какой-то момент, способный оправдать меня в глазах закона. Не стоит откладывать это дело в долгий ящик, к тому же, Ингвар тоже здесь, в лагере Ауксилии.
В отличие от Крылова, продолжающего ходить по лагерю в цивильной одежде, я раздобыл себе полевую военную форму, без знаков различия. Одевшись в «цифру», натянул высокие берцы, и вышел из палатки.
Лагерь жил своей жизнью. Урчали двигатели автомобилей, раздавались голоса ауксов. Я увидел нескольких из них, занятых перетаскиванием каких-то вещей. Вспомнил, как мы — «недоучки», в Японии, почти все время занимались тем же.
Возле ангаров с СМД мелькали фигуры техников. Крылов тоже там, проводит какие-то замеры на новом виде нейропамяти. Палатка Ингвара стояла в стороне от остальных. Чтобы добраться до нее, требовалось сначала миновать ряд палаток, потом пройти мимо длинных фур, забитых под завязку амуницией, медикаментами и припасами. Затем пересечь пустое место, в центре лагеря.
Собственно, место обитания его сиятельства представляло собой палаточный городок в миниатюре. В одной из палаток жил сам Ингвар, в другой его доктор. Еще одна, несколько больше первых двух, предназначена для проживания охранников. Ингвар притащил их сюда человек пять. Наверное, принимал угрозу, исходящую от Корда, всерьез.
— Куда это ты собрался?
Я чуть не подскочил от неожиданности. Лидия! Она стояла в расстегнутом на груди комбинезоне. Раскрывшаяся молния открывала чудесный вид на ее грудь. Я даже забыл на минуту, куда и зачем иду. Но тут же собрался:
— С дружком твоим поговорить.
— Ты прошлый раз чуть не поплатился за свою неучтивость, опять хочешь?
Ничего себе «чуть»! Да, недовольство ауксов не позволило Воронцову применить древнее варварское наказание, но мне пришлось еще раз идти в окутанный плотью Идолища Шибуши, чтобы найти этот чертов кокон с гибридом.
— Ладно, ладно, — примирительно сказал я. — Хочу поговорить с его сиятельством.
Мне сейчас не хотелось спорить с Лидией. Да и смысла в этом не было.
— Он никого не принимает, даже я не видела его с того дня, как он приехал в лагерь.
Я пожал плечами:
— Думаю, для меня он сделает исключение. А теперь, прочь с дороги, дамочка!
Глаза Лидии от неожиданности распахнулись, она возмущенно раскрыла рот, грудь заходила от гневного дыхания, грозя покинуть комбез. Но я уже шагал к палатке Ингвара.
Палатка Воронцова, стояла ближе всех к краю лагеря. Вход в нее со стороны лагеря, а матерчатая стенка повернута к тундре. Я бодро прошагал мимо остальных палаток, но возле жилища Ингвара наткнулся на трех охранников.
— Не велено пускать, — произнес один из них.
С удивлением, в нем я узнал того самого «гориллу», сторожившего меня в номере отеля Кагошимы. И так удачно отлучившегося, как раз в тот момент, когда ко мне наведались якудза.
Он тоже меня узнал. На лице гориллы появилась самодовольное выражение, глаза нехорошо сузились. За его спиной маячили двое других, таких же здоровых, но лишенных звероподобных черт. Все в черной форме, на манер формы ауксов. В подмышечных кобурах торчали рукояти пистолетов.
Горилла встал прямо передо мной, сложив на груди огромные руки.
— Его сиятельство, никого не принимает.
Губы охранника искривились в насмешливой улыбке, ему явно доставляло удовольствие ощущать себя выше меня.
— Ты бы, не скалился здесь, — ответил я ему. — А метнулся бы к его сиятельству, и доложил.
Здоровяк хмыкнул.
— У меня четкий приказ, никого не впускать. Так что, ваша милость, — тут в его голосе скользнула насмешка, — можете идти обратно, откуда вы там прибыли.
Улыбка охранника стала еще шире. На удивление, зубы у гориллы были белыми, с ярко выраженными клыками.
Его товарищи держались не так уверено. Впускать меня они, конечно, не собирались, но и грубить, как это делал горилла, явно не стали бы.
— Может, провернешь тот фокус, — произнес я, — как в Японии. Иди-ка, посиди на горшке, а благородные люди без тебя разберутся, что велено, а что не велено.
— Не велено, — все так же скалясь, повторил охранник. — А особо непонятливых, велено поджопниками провожать.
Горилла у Воронцова был, видимо, на особом счету. Слишком многое себе позволял. И еще, скорее всего, он получил точные указания от Ингвара — никого не впускать. А меня в особенности. Зачем только звал, непонятно. Но терпеть такое от охранника, я не собирался.
Горилла повернулся к своим:
— Этого сссударя, дальше не пропускать, ясно?
Те кивнули.
Горилла хотел уже повернуться и уйти, выказав этим свое пренебрежение ко мне, но я произнес:
— Послушай меня, тумбочка волосатая, я не знаю, что ты там возомнил о себе, но лучше прикрой хлебницу, и доложи обо мне Воронцову.
Горилла обернулся.
— Если вам трудно, я могу лично отнести вас в вашу палатку, — ухмыльнулся он.
— Тогда понятно, куда ты пропал в Японии, уносил, наверное, очередного