Антон Смолин - Последний Шанс

Пройдя метров десять и, наконец, почувствовал отсутствие новичка позади себя, Окунь повернулся. Увидев, что Игорь стоит на месте и отсутствующим взглядом смотрит на него, призывно махнул рукой. Синёв сфокусировался на сталкере и едва заметно мотнул головой.

— Вот западня… — процедил Окунь сквозь зубы, вернулся, схватил Игоря за грудки и прошипел в лицо:

— Ты чего?! А ну пошли!

Игорь никак не отреагировал. Тупо стоял и смотрел широко раскрытыми глазами на ведущего. Только сейчас, так близко столкнувшись со смертью, он понял, какая это дикость — убить человека. Мозг по нервам передаст пальцу импульс, он нажмёт на спуск, порох внутри пистолета воспламенится и из ствола на сумасшедшей скорости вылетит пуля, чуть позже с противным чавкающим звуком впившись в тело врага… Игоря затошнило от такой картины. «А ведь они мне даже ничего не сделали…» — промелькнула в голове отчаянная мысль, после чего лёгкие вдруг сдавил спазм. Синёв согнулся пополам, заметив возвращающееся назад колено спутника, и медленно осел на землю, силясь вдохнуть вмиг ставший драгоценным воздух. Не успел он прийти в себя, как ухо обожгло, и послышался шёпот Окуня:

— Если ты сейчас же не встанешь и не пойдёшь за мной, я долбану тебя прикладом, на этот раз уже по башке, и оставлю здесь! А коли ты такой слабонервный, я сам всё сделаю, но умоляю, не мешай!

Как ни странно, это подействовало отрезвляюще. Игорь поднялся, поднял выпавший из рук обрез и словно сквозь белую пелену посмотрел на ведущего. Не сказать, что он был готов убить, но после нехватки кислорода на первый план постепенно начала всплывать ценность собственной жизни.

Окунь развернулся и продолжил красться к забору. Синёву ничего не оставалось, как последовать за ним.

Как только они вплотную приблизились к бетонному ограждению, стал слышен гул голосов и сдавливаемый смех. Окунь оглянулся — проверить, идёт ли за ним новичок, а потом стал подкрадываться к краю забора. Остановившись в нескольких десятках сантиметров от него, сталкер стал чего-то ждать.

— Слышь, Коля, сходи на задний двор, проверь, не назревает ли кипеш, — послышался гнусавый голос.

— Но босс, мне кажется, за деревьями что-то мелькало…

— Заткнись, а! Я ж смотрел минуты три и сказал тебе, что там никого нет. Какая-нибудь крыса просто пробежала. Или ты мне не веришь, а, говнюк?!

— Верю-верю, босс, — залепетал бандит, которого назвали «Колей», и послышался удаляющийся топот.

— Зелень… — ворчливо буркнул гнусавый.

— Босс, — сказал кто-то, чей голос показался Игорю до боли знакомым, — да не парься ты. Со временем всё всосёт и проблем с процессором не будет.

— Верно базаришь, но больно уж он дебил… Ладно, хер с ним. Дык чё там насчёт узкоглазого?

— Тля, да он, падла, отказывался, хотя я б его уломал в конце концов, но потом эта сука чешуйчатая пришла. Ну, кента, который Чечерю и Помидора завалил, помнишь?

— Как забыть гниду, конечно помню. Плавал в озере карась — такая сволочь, такая мразь…Карасём ведь его звали?

— Не, Окунем. Ну так вот, про ствол-то. Погнал этот Окунь нас с Геком оттуда.

— Оборзел совсем, тварь, наших корешей мокрить удумал и навары срубать… Жалко, я его ни разу не встретил, а то б башку оторвал. Короче, валить типчика надо, пока дров ещё больше не наломал. Эх… — недолгая пауза. — Слышь, Гек, а тебе сегодня чё, плоть копытом по харе трахнула, что ты его завалил?

— Норм всё, — буркнул названный Геком. — Извините, пойду — отолью. Заодно гляну, как обстановка.

— А, ну, попутного тебе ветра, браток! — заржал Чук.

Звук шагов стал приближаться. Окунь привстал и поднял ствол автомата. Игорь тоже приготовился к стрельбе. Весь ужас возможного убийства исчез так же внезапно, как и появился. Возобладала ярость на бандитов. За то, что они назвали его «узкоглазым», за то, что хотят убить Окуня, и вообще за то, что они воюют против вольных ходоков.

Гек вышел из-за забора так, что чуть не столкнулся с Окунем лбом. Ствол его пистолета-пулемёта был направлен вниз, поэтому он не успел ни поднять его на сталкера, ни даже закричать. Ведущий закрыл бандиту рот ладонью, притянул к себе, обхватив второй рукой за шею, и нажал на какие-то точки. Тело Гека мгновенно обмякло, и Окунь осторожно уложил его на траву, чтобы не шуметь. Замер, прислушиваясь. Гнусавый и Чук по-прежнему мирно беседовали о немирных делах и не подозревали о нависшей над ними угрозе. Сталкер спиной прижался к бетонному забору, резко зажмурил глаза, распахнул и вдруг вышел из-за ограждения, поднимая автомат и одновременно вжимая спуск. Звуки выстрелов перекрыли крики бандитов. Спустя всего несколько секунд «Калашников» замолчал, и наступила неестественная тишина. Мёртвая. Только что два человека за забором беседовали, а теперь они убиты. Хотя какие это люди…

Окунь посмотрел на Игоря и сказал, вздохнув:

— Идём. Поможешь мне, — и скрылся за оградой.

На смену страху после только что произошедшего пришло безразличие, поэтому Игорь понуро побрёл за сталкером.

Смерть застала мародёров на тех местах, где они и сидели. У места кострища, — правда, самого костра не было, — в ещё тёплых углях лишь грелась банка с тушёнкой. Игорь скользнул взглядом по телам убитых, но быстро отвёл, почувствовав рвотный позыв. Окунь же, совершенно не брезгуя, присел возле трупов и стал срезать лямки их рюкзаков. Правда, движения его были не такими плавными, как ранее, а резкими, какими-то нервозными. Вдруг боковым зрением Синёв увидел только что появившегося на пороге казармы четвёртого мародёра. Видимо, это был Коля, которого гнусавый отправил на какой-то «задний двор» разведать обстановку. В руках Николай держал дробовик, и его ствол был направлен на Окуня… Игорь резко вскинул обрез, навёл его на бандита и, не особо целясь, надавил на спуск. Он даже не осознавал своих действий, это было результатом одной-единственной мысли: «Уничтожить опасность!»

Ружьё громыхнуло. Заряд дроби угодил Николаю в грудь, опрокинув его и мгновенно убив. Он был уже мёртвым и заваливался назад, но всё же импульс-приказ от мозга успел передаться пальцу, и тот вжал спуск. Дробовик выстрелил, но заряд дроби пролетел точно над головой Окуня, не достигнув своей изначальной цели. Окунь подскочил как ужаленный и завертелся по сторонам, готовый встретить опасность порцией свинца. Однако, увидев, что она уже миновала, опустил «Калашников», облегчённо выдохнул и произнёс, покосившись на Игоря:

— Спасибо, а то он бы нас обоих… Как же я про него позабыл…

Синёв пропустил благодарность сталкера мимо ушей, находясь в оцепенении. В висках глухо звучало: «Убийца! А вдруг этот парень попал в банду благодаря обстоятельствам, подобным моим? А если у него осталась семья, а вдруг…» Неизвестно, сколько бы Игорь так простоял, если бы Окунь не подошёл к нему и не тронул за плечо. Новичок очнулся и перевёл рассеянный взгляд на сталкера. Тот спросил: