Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
Это общее определение, к которому Владимир пришёл на основе позиции Директора по этому вопросу — пусть это и упрощённая модель, но она работает. А если вдаваться в детали, то там вмешиваются социальные институты, насколько хороша или плоха национальная система образования, но всё это напрямую проистекает из наличия социальных лифтов, по которым способны возвышаться одарённые.
Если социальных лифтов нет, то ничего хорошего в стране не будет — «элиты» продолжат вариться в своей изолированной среде, всё дальше и дальше отрываясь от реальности…
Жириновский благодарен Директору именно за это — за инструменты, позволившие создать мощные социальные лифты, позволяющие поднимать дарования к вершинам власти.
«А ведь так и произошло экономическое чудо раннего Советского Союза…» — задумался Владимир. — «При царях социальные лифты практически не работали, пропуская в касту правящей элиты исключительные таланты, но и то, далеко не на самый верх. А в молодом Союзе начался ликбез, благодаря которому самые умные и умелые прорвались к вершинам, начав давать потрясающие результаты. Там, само собой, не только это — сказалась также и более прогрессивная организация, и передовая плановая экономика, превратившая отсталую аграрную страну в свирепого промышленного гиганта».
Но затем это, постепенно, прекратилось — свою власть зацементировала номенклатура, окончательно оторвавшаяся от реальности ближе к началу 80-х годов, вследствие чего и погибшая.
По опыту жизни Директора, который всякого насмотрелся в Российской Федерации и в постсоветских странах, цикл общей деградации продолжился — нигде реально не закончились 90-е годы, потому что деиндустриализация как шла, так и шла, а элиты капсулировались всё сильнее и сильнее, закрывая оставшиеся социальные лифты и почти не открывая новых.
Такое убивает страны лишь чуть менее надёжно, чем депопуляция, которой начали всё сильнее стращать население и правящие круги в последние годы жизни Директора…
«Я сделаю всё, чтобы советские женщины выполняли план по родам — будут рожать ради привилегий, ради роскошного жилья и социального статуса!» — убеждённо подумал Жириновский, делая вид, что слушает очередного нардепа. — «Из-за этого придётся существенно урезать оборонку, но там и так некоторые занимаются непонятно чем — мы только выиграем от этой оптимизации».
Уже установлено, что некоторые оборонные и гражданские НИИ занимаются частично дублирующимися проектами, что устранимо и приведёт к сокращению напрасных расходов, а некоторые исследования уже неактуальны или станут таковыми в ближайшем будущем.
Также, в общем, неизбежно будут сокращаться армия и флот, потому что в ближайшие лет двадцать точно не ожидаются никакие масштабные конфликты.
Придётся расформировать примерно треть подразделений, с вывозом всего имущества в РСФСР, на новые склады долговременного хранения, строительство которых запланировано начать в середине следующего года. Всё это нужно, на всякий случай — танки, самолёты, вертолёты, оружие и боеприпасы…
ГКО подсчитал, что после завершения сокращения армии и урезания ряда оборонных программ, включая некоторые некритичные НИОКР, удастся ежегодно экономить около 135 миллиардов рублей.
А такой суммы с лихвой хватит на всю запланированную Жириновским «социальщину» — он рассчитывал примерно на 100 миллиардов экономии, а получилось даже лучше, поэтому он будет действовать приблизительно на 35 миллиардов рублей смелее.
Часть этих денег, естественно, уйдёт на профессионалов — они будут стоить существенно дороже срочников, но это приемлемо. Ослабление социального напряжения, создаваемого призывной армией, определённо, стоит того.
«Ополоуметь можно — 135 миллиардов рублей!» — вновь вспомнил Владимир знаменательный отчёт Штерна. — «Но и это ведь не всё — сокращение всех этих культурно-массовых мероприятий КПСС тоже сэкономит нам минимум 7–8 миллиардов рублей в год!»
Разного рода партийные ячейки и организации на местах, по инерции, продолжают своё существование и получают из местных бюджетов хорошее финансирование, исполняя уже не очень актуальные функции.
На заседании ГКО было решено, что совсем разгонять их не нужно, потому что кое-какую работу они выполняют и могут пригодиться государству, но будет резкое сокращение всего и вся. На партийную деятельность в СССР, до недавнего времени, тратилось около 10 миллиардов рублей, а в ближайшем будущем, будет тратиться не более 3 миллиардов рублей.
Всё будет посчитано и ни один рубль не уйдёт мимо кассы — высвободившиеся средства пойдут на что-то более полезное.
Но 7–8 миллиардов экономии выглядят смешно на фоне того, что уже сэкономлено благодаря реформе Совмина СССР — уже учтена экономия 10,7 миллиардов рублей только на объединении министерств, существенном сокращении занятых в них кадров и цифровизации.
Реформа в процессе и ГКО рассчитывает, что к середине следующего года ежегодная экономия составит не меньше 20 миллиардов рублей.
Жириновский даже не подозревал, насколько неэффективно было правительство позднего СССР, но теперь у него есть доступ ко всем данным и статистика пугает.
Но больше всего экономии он собирается добиться на промышленных и сельскохозяйственных субсидиях. Суммарно, по состоянию на начало 1990 года, из государственного бюджета выделяется 65 миллиардов рублей субсидий на заводы и колхозы, работающие в убыток.
Это направление требует деликатного подхода, потому что рабочих и крестьян быстро никуда не переместить и просто оставлять их на голодную смерть, как это произошло в 90-е годы в прошлой жизни Директора, нельзя — всё-таки, это идёт «немного» вразрез с предвыборными обещаниями Жириновского…
Из этого следует, что единственный выход — повышение эффективности производства. А это требует оздоровления руководства и оптимизации производственных цепочек.
Быстро это не решить, поэтому разработан семилетний план по десубсидированию промышленности и сельского хозяйства, с последовательным выводом их в профицит.
Естественно, часть предприятий придётся закрыть, как нерентабельные, но лишь часть.
«Рабочие и крестьяне там есть, с руками и ногами, а также с головами — значит, могут работать», — подумал Жириновский. — «А если могут работать, но не выводят производство в профицит, это значит, что руководят ими не те люди. Народ-то у нас тот — тот самый! Значит, будем модернизировать производство и оптимизировать процессы».
Это будет самым главным вызовом для ГКО — её настоящая сверхцель, а также испытание её в деле, по-настоящему амбициозной задачей. Жириновский посчитал, что если ГКО справится с этим, то всё остальное — это не задачи и не проблемы, а детские развлечения и незначительные заминки.
Но уже достигнутая экономия позволила перекрыть дефицит с лихвой и приступить к массированному строительству почти во всех городах Союза. Везде строятся жилые дома, производственные площадки для кооперативов Организации, новые заводы — внезапно оказалось, что ресурсы есть, инструменты есть, но рабочих рук не хватает.
Впрочем, оптимизация производства должна существенно ослабить эту