Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

Естественно, это байка, не имеющая ничего общего с действительностью, но если бы это была правда, то это была бы очень жестокая ирония.

Перед инаугурацией, сугубо на всякий случай, Жириновский проверил, не лежит ли под Конституцией СССР какой-нибудь другой книжки.

«Ох, надо было книгу Ларина сюда протащить», — запоздало подумал он с сожалением.

Но это было бы уже слишком, поэтому он немного порадовался, что даже не подумал о таком при подготовке.

— Дорогие товарищи! Граждане Советского Союза! — начал он. — Сегодня, в этот исторический момент, я принимаю присягу Президента нашей великой Родины. Я благодарен вам, миллионам советских людей, за доверие, которое вы мне оказали. Ваша поддержка — это не просто голоса на выборах, это выражение воли народа, который хочет видеть нашу страну сильной, единой и процветающей!

Он сделал паузу, чтобы посмотреть в глаза каждому зрителю через направленную на него камеру.

— За последние пять лет мы прошли через тяжёлые испытания, — продолжил он. — Перестройка, которую начали люди без чести, достоинства и самоуважения, привела нас на границу экономического и политического коллапса — мы чуть не пересекли её. Они же, те же самые люди, что затеяли Перестройку, совсем недавно попытались перебороть здоровые силы и продолжить губительный курс, но были остановлены героями, имена которых вы знаете не хуже меня. И тем не менее, стране нужны реформы. Нам нужен новый подход — эффективный, современный, основанный на науке и технологиях. Мы не будем слепо копировать чужой опыт, как это пытались сделать беспросветные глупцы и аморальные подонки, а пойдём другим путём!

Вновь раздались бурные аплодисменты, длившиеся около двух минут.

— Наш основной приоритет — экономика, — продолжил Жириновский. — Мы уже начали наши амбициозные реформы: благодаря реформе Совета министров Советского Союза, нам удалось уменьшить дефицит на 43 %! Мы вкладываем огромные средства в цифровизацию, чтобы наша промышленность работала как часы — это уже даёт свои щедрые плоды в виде увеличения эффективности производства и увеличению объёмов выпускаемой продукции во всех отраслях. Мы сократили бюрократию, объединили министерства, чтобы решения принимались быстро и точно. Вы сами видите и ощущаете результаты! И видя темпы возрождения нашей промышленности, я обещаю вам, дорогие сограждане, что к середине 1995 года мы добьёмся полного самообеспечения по основным товарам народного потребления!

Это очень осторожный прогноз, учитывающий сотни вариантов того, что может пойти не так. Реальный план, принятый к исполнению Совмином СССР, предусматривает достижения полного самообеспечения по основным товарам народного потребления к первому кварталу 1994 года. Но Владимир старается не делать громких заявлений, чтобы потом не было мучительно стыдно, поэтому очень осторожно называет сроки.

— Мы укрепляем нашу армию — не количеством, но качеством! — продолжил он речь. — Уже сокращён срок срочной службы до одного года и начат плановый переход к профессиональным подразделениям. Наша оборона будет надёжной, но разумной. Мы — миролюбивая страна, никто больше не ценит мир так, как мы! Но если кто-то покусится на нашу безопасность, если кто-то посмеет вероломно напасть на нас — не советую! На пришедшего к нам с оружием обрушится вся сокрушительная мощь непобедимой Советской армии!

Новая военная доктрина делает упор на обороне — никакого достижения Ла-Манша, никакого экстренного захвата ФРГ и прочих вариантов быстрого сокрушения врага до того, как он успеет мобилизоваться.

Современному Советскому Союзу больше не по карману содержать способную на такое армию, поэтому Владимир был вынужден пойти на тяжёлый шаг, чтобы спасти экономику — армия будет сокращена, часть военных программ свёрнута, но начаты новые.

Новые программы предусматривают радикальное повышение обороноспособности страны — новые системы вооружения, новая концепция ведения войны, включающая цифровизацию армии и применение высокоточного оружия, то есть, всё то, чем занимаются сейчас американцы, но в куда большем масштабе.

Для вполне вероятных локальных конфликтов этого будет достаточно, как и для первичной обороны на случай крайне маловероятного сценария масштабного конфликта с НАТО.

— Внешняя политика отныне будет сугубо прагматичной, — заявил Жириновский. — Мы будем сотрудничать с теми, кто уважает наш суверенитет, но мы не потерпим никакого вмешательства. Западные силы, которые пытаются ослабить нас через экономическое давление и идеологическую пропаганду, должны понять: Советский Союз — это не колония! Мы защитим наши интересы, наши границы и нашу культуру! Наши советские интересы! Наши советские границы! Нашу советскую культуру!

«Реалполитик» в его понимании уже начал проводиться в жизнь. Уже сокращается якобы безвозмездная помощь странам третьего мира, что уже воспринимается многими лидерами этих стран, как предательство идей Маркса и Ленина, но Жириновскому плевать на мнение этих местных царьков с высокой колокольни.

Современному Советскому Союзу больше не по карману содержать экономики ряда «развивающихся» стран, которые злоупотребляют этой помощью и взамен не дают ничего.

Есть строго ограниченный список стран, которые продолжают получать поддержку — этот список полностью совпадает со списком стран, находящихся в новой сфере геополитических интересов СССР.

— Дорогие друзья, мы — один народ, объединённый общей историей и будущим! — подошёл к заключительной части своей речи Владимир. — Вместе мы преодолеем все вызовы! Я клянусь служить вам верой и правдой! Пришло время строить сильную сверхдержаву! Да здравствует Советский Союз!

*Финляндская Республика, город Хельсинки, Президентский дворец, 23 января 1991 года*

— Мы говорим, как взрослые и серьёзные люди или будем перебивать друг друга и, наконец-то, перейдём к ругани? — спокойно спросил Жириновский, хлопнувший по столу ладонь. — Прошу вернуть беседу в конструктивное русло. У нас есть тщательно выверенные условия, в пределах которых возможны какие-либо колебания, но не их полная отмена.

В кабинете Мауно Койвисто, президента Финляндии, которого отправили погулять где-то ещё, судя по тому, что его здесь нет, повисла тишина.

— Мистер Жириновский, — нарушил её Джордж Буш. — Ваши условия чрезмерно жёстки, потому что совершенно не соответствуют окружающим нас реалиям. Необходимо их существенно смягчить и тогда, возможно, мы сумеем прийти к устраивающему нас всех компромиссному соглашению.

Владимир прибыл в Хельсинки вчера вечером, чтобы поучаствовать на встрече с президентом Джорджем Бушем и госсекретарём Джеймсом Бейкером.

После конференции с прессой состоялся торжественный обед, на котором подали не понравившуюся Жириновскому еду, а затем, ближе к началу вечера, все ключевые лица собрались в кабинете президента Финляндии.

На встрече присутствуют президент Жириновский, министр внешних отношений Бессмертных, президент Буш, а также госсекретарь Бейкер. Больше никого нет, потому что никто больше не уполномочен решать такие вопросы.

По