Михаил Перешивкин - Хозяева леса и другие рассказы
Все было именно так, как и говорил сопровождающий. Справа что-то тихо булькало, а слева стоял огромный дом, слегка обвалившейся в верхушке. Сам выход из шахты находился в каких-то руинах. Когда все сопровождающие вылезли из шахты лифта, на Антона и Александра Михайловича, вновь нацепили наручники. Воздух здесь был совершенно иной, не из-за противогаза конечно же, не то что в подземелье. Это был родной воздух, воздух к которому старик успел привыкнуть за много лет проведенными им в лесу. Раньше по его представлению это был чистейший воздух Сибири, ныне же он понимал, что это ядовитый, не пригодный для жизни «газ». Он не хотел задаваться вопросом как же им с Кириллом Павловичем удавалось выжить в таких условиях… увы, теперь это было бессмысленно.
Выведя заключенных из остатков здания, сопровождающий огляделся. Впереди красовалась улица, с развалившемся на части зданиями и потрескавшемся асфальтом. Все это уже успело зарасти какой-то травкой в одних местах и огромными кустами с непроходимыми дебрями в других. Из окна одного из зданий даже росло дерево, сумевшее залезть и обвить своими корням большею часть окон. Через сто метров был виден поворот, о котором старику и сообщалось. Проверив затвор автомата, главный надзиратель дал приказ выдвигаться. Старика с мальчиком взяли вкруг, как и предполагалось, двое прикрывают сзади, по одному бойцу с боку, и двое ведущих спереди. По мере продвижения к повороту, старику становилось все более и более любопытно, что же это за болото. Когда отряд миновал улицу и уже заворачивал, Александр Михайлович не удержался и все-таки взглянул в сторону болота, но никакого болота там не оказалось. На его месте, в двухстах метрах, ходили люди и что-то усердно делали. С вершин некоторых зданий, на людей были направлены мощные прожектора, а вокруг них стояли крепко вкопанные в землю столбы, с натянутой колючей проволокой между каждым из них. Быстро отведя взгляд в сторону, старик обратил внимание на сопровождающих, те вроде бы ничего не успели заметить. Теперь было ясно почему главный надзиратель не разрешал смотреть в ту сторону и говорил, что многие там и остались. Там как раз и работали «люди из клеток». По словам Шивы они что-то строили, какой-то блок-пост. Если бы надзиратель заметил взгляд старика в ту сторону, тот бы там и остался, дабы не разглашать происходящего. Александра Михайловича бросило в пот. Он попытался отвлечься и поднял голову вверх. На улице хоть и стояло лето, но солнышка как всегда не было видно за темными, радиационными облаками. Ветра гнали их с большой силой, куда-то на юг. Только у старика перестало колотиться сердце, как раздались автоматные очереди. Опустив голову и придя в себя, старик смог наблюдать следующую картину: двое наблюдателей изо всех сил палили по удаляющейся от них фигуре, куда-то к стройплощадке одного из домов.
Через долю секунды зазвучали еще два автомата, уже откуда-то из-за спины. Пригнув голову, старик присел на корточки и стал оглядываться в поисках Антона. Взгляд остановился на одном из сопровождающих, стрелявшего не по фигуре, а куда-то в сторону убегавшей, в вестибюль одного из бывших бутиков, Антону. Затем, вновь переведя взгляд на фигуру, старик заметил, что она уже успела вскарабкаться на строительный кран, высотой в десятки метров. Когда та увертывалась от пуль, старик увидел, что в руках монстра извивается главный надзиратель, пытающейся выбраться из цепких объятий. Вскарабкавшись на самый верх, монстр уселся на противовесе крана и показательно переломил сопровождающему хребет. Остальные надзиратели продолжали вести огонь и своими выстрелами разносить, потрескавшийся от времени, бетон на части. Пули сумели зацепить и монстра и его жертву, и те одновременно рухнули камнем вниз. Выстрелы еще не успели прекратились, а из нор, что находились в метре от группы, вылезло еще, двое, почти одинаковых монстра. Черты лица было трудно разобрать. Это был один большой водоворот: и глаза, и нос, и даже рот перемешались и выпирали друг из под друга. Старик мог так же ошибаться из-за огромного слоя шерсти усеявший все вплоть до конечностей монстров. Руки было тяжело назвать руками благодаря обвисшим, похожим на щупальца, конечностям. Клочки одежды смешно болтались на дряхлом теле и мускулистых ногах. Они больше напоминали злодеев из мультика про супер героев и их врагов. Никто кроме старика мутантов не заметил, поскольку все взгляды были прикованы к падающему от потери противовеса крану. Его балки переламывались пополам и с грохотом и скрежетом отлетали в разные стороны. Нос крана чуть- чуть приподнялся и резко полетел в сторону группы. Сопровождающие хотели было разбежаться в разные стороны, но на них вновь напали мутанты. Один из них резким хлестком снес надзирателя с ног и тут же впился своими зубами в лицо следующего сопровождающего. За вторым монстром старик не успел проследить, так как кран был совсем рядом. Успев сориентироваться, Александр Михайлович вскочил на ноги и тремя длинными и быстрыми прыжками, влетел в тот же вестибюль, куда и убежал Антон. Позади раздался оглушающий грохот и старик на мгновение потерял сознание.
* * *— Я…я… я не могу в это поверить. Это абсурд! Или какая-нибудь ошибка! Проверь все еще раз. — Кирилл Павлович вся никак не мог прийти в себя от услышанного.
— Кирилл Павлович, это достоверная информация, ни я ни вы не можем в ней сомневаться. Вы должны в это поверить. Так вам легче будет жить.
— Может быть, может быть… — Старик попытался успокоиться и уже через несколько минут он стоял в химзащите, готовым отправиться в путь.
Неожиданно в дверь кто-то начал ломиться. Сквозь нее можно было услышать «Окойте! Я ити с им!» (Откройте! Я пойду с ним).
— Это Сява… Я думал он уснул. — Аркадий незадачливо поджал губы.
— Так в чем проблема, пусть идет со мной. Я буду рад такой кампании. — Старичок заулыбался.
— Кирилл Павлович, вы опять же должны меня понять, Сява это все что у меня осталось. Он мое дитя и я не перенесу если с ним что либо случиться. Когда я нашел этот бункер, Сява уже жил здесь и приютил меня. Потом мы стали лучшими друзьями и он разрешил остаться жить здесь. С тех пор, мы разлучаемся, только когда он уходит в большое Метро за новостями. Без него я как без рук. Да и тем более вам придется побывать на жилых станциях, а там его не терпят, ведь на человека он мало похож.
Стуки в дверь не прекращались и отчаянные вопли Сявы тоже.
— Теперь самое главное. — Аркадий сдвинул брови и снова полез в шкафчик. — В самих туннелях к Кубинской опасностей не меньше, нежели на поверхности, так что вот, держите. — Ученый протянул старику какую-то вещицу, походившую на очередной научный прибор.