Лис Баюн - На руинах Эдема

Я уже открыла рот, чтобы высказать все мысли на этот счет, но смолчала… Эрик прав. Хоть я и воспринимаю Лоа как еще одну сестренку — она сильнее, чем кажется всем окружающим, в том числе и мне. К тому же, можно быть уверенной, что Кайл в случае чего не даст ее в обиду.

Именно в тот день я все же решилась отправиться в лабораторию снова. Взять байк не представлялось возможным, да и запрет фактически распространялся только на полеты… Знаю, нечестно, да и самоуверенно к тому же. Добраться до старой церкви еще раз. Был, конечно, вариант пройти под землей. Но вряд ли мне удалось бы снова отыскать путь, по которому в тот раз в панике убегала от крыс. Оставался путь снаружи. Мне везло в последнее время, сколько раз опасность проносилась мимо, щелкая в воздухе зубами, а я отделывалась пустяковыми травмами — в худшем случае. Так что я была полна уверенности в собственной, практически, неуязвимости.

И действительно, добралась до лаборатории без всяких проблем и приключений. Настораживающая тишина, стоявшая на поверхности, все же напрягала. Ни Технобогов, ни их жутковатых творений — да и Гонцов тоже — не было видно. Только несмолкающий свист ветра, гуляющего меж руин, поднимающего облака песка. Кажется, сегодня он дул сильнее, чем обычно, лишь усиливая это пустынное безмолвие. Мне приходилось отгонять от себя мысли о «затишье перед бурей».

…Теперь разрушенная лаборатория казалась еще интересней: ведь я почти раскрыла ее тайну. Время текло незаметно, а я продолжала копаться в разорванных проводах и искореженных схемах. И вскоре (а может и не слишком) стало ясно, что разрушения по большей части носят внешний характер — похоже, кому-то хотелось лишь создать иллюзию сломанной техники. Но ради чего?.. Информация, почерпнутая с маленького экрана, не давала ответа на этот вопрос. Зато, она объясняла многое другое.

«Destroy Eden» — «разрушить Эдем», вовсе не красивая аллегория для некой военной программы. Собственно, военной она и не являлась…

Город, на руинах которого мы сейчас жили, когда-то носил гордое название Эден-сити. Великий научный центр, в котором исследования техники, кибернетики и прочего возносились на недостижимую высоту. И кто же был против? Церковь, вернее те, кто стоял за ней. Я не могла до конца понять причины этого — власть, вероятней всего, власть над людскими умами… Религиозные деятели решили бороться с «творениями диавольскими» подобными же методами; полвека разрабатывалась программа, которая была призвана уничтожить все технологии, не уничтожая сам город… И тогда, во мраке, должен был восторжествовать огонь веры. Но события в мире внесли свои коррективы в эти планы: как говорили записи на экране, «Эдем действительно будет разрушен… И даже больше — весь мир». Кто-то, видимо, заранее знал о грядущей катастрофе — благодаря наследству этих людей жалкой части человечества удалось выжить… Но я не уставала удивляться жестокой изобретательности своих соплеменников. Они сами подвели себя к черте, сами разрушили то, что создавали тысячелетиями!

…Я будто очнулась от транса, среди обломков стекла, пластика, с разбросанными вокруг инструментами. Нужно было уходить отсюда, меня наверняка уже потеряли в коммуне.

Ноги не слушались, в горле пересохло — все указывало на то, что я просидела в лаборатории не один час. И все же я понимала, что вернусь сюда.

— Ну привет, — усмехнулась блондинка. Кровь с ее волос и одежды так и не была смыта.

Гелий молчал, не зная, что сказать в ответ. Сильва хмурилась еще сильнее обычного.

— Что же вы, не поздороваетесь со старой подругой? — хмыкнула убийца.

— Что же ты, не хочешь прикончить старых друзей? — в тон ей прошипела Сильва, — Как ты сделала с Алессандро!

Моментальное, почти неуловимое движение — и в руке блондинки оказался нож.

— Предательница ты, Микаэлла, — выплюнула Гелий, — Но ради чего, не понимаю?!

— И не поймешь! — рявкнула она, неожиданно растеряв весь свой сарказм, — Мертвые ангелы для мертвого мира, какая ирония!

— Ты не такая дура, чтобы нападать сейчас, — сказала Сильва.

Мика сделала пару шагов назад и рассмеялась: блондинка с каждой минутой казалась все более и более ненормальной. — Понимаю, расклад не в мою пользу… Тем более, что я вначале хотела разобраться с рыженькой…

— Ты не тронешь Лоа!

— Да? А кто же мне помешает? — Микаэлла вновь продемонстрировала свои ровные зубы в хищном оскале, — Поймите, идиоты, тем, кто нас сюда закинул — все равно, плевать! Они не вмешаются, как не вмешивались никогда!..

— Уходи, лучше уходи, — Гелий в бессильной злобе сжал кулаки, — В следующую встречу… я…

— Убьешь? — ехидно спросила она, — Брось, никто на вас на это не способен… Кроме, разве что… — она замолкла, так и не завершив фразы, — Простите, ангелы, вынуждена раскланяться. — И она исчезла быстрее, чем Сильва или Гелий что-то успели сделать.

— Ненавижу ее, — черноволосая женщина устало покачала головой. — Самое мерзкое в том, что она права — помощи «свыше» не будет, Гелий…

Последние слова потонули в громком металлическом скрежете, как будто сотни, нет, тысячи стальных цикад завели свою песню. А в сумрачных темно-лиловых небесах, словно не ко времени появилась заря, кровавые разводы среди синевы. Затишье кончилось, началась буря.

Страх настиг меня сразу же, стоило только выйти на поверхность, увидеть небо, озаренное алыми огнями. Услышать оглушающее стрекотание. Я подняла голову туда, откуда этот звук доносился…. И поняла, что игры — пусть жестокие и нечеловечные — кончились. Теперь началась настоящая война. Сотни небольших кораблей роем разлетались в небесах, их фары пылали огнем, как будто само небо загорелось…

Нужно было бежать. Я смутно понимала это, но тело не слушалось, я несколько раз спотыкалась, падала в серый песок, что кололся даже сквозь костюм… А надо мной кружил враг, в один миг ставший многоликим. Идти не могла, только ползти, глотая пыль, что забивалась в щель противогаза, не имея возможности даже утереть слезы.

В ста метрах обрушилась стена одного из зданий. Не просто развалилась на кирпичи — разлетелась на мелкие частицы. Ярко-алый свет на мгновение ослепил меня, а после — только еще одно облако пыли вместо камня и бетона.

То, что я чувствовала сейчас, даже не страх… Нечто неподдающееся контролю, дикое, непреодолимое. Нечто, заставлявшее меня задыхаться, сжимавшее грудную клетку в стальном захвате.