Инеем рожденные: Альбинос - Лев Жуковский
— На ночь там не оставайтесь, — сказал он. — Вампёры повадились в наши края.
Я затянул пробку фляги.
— Кто? — переспросил я, не поняв о ком речь.
— Вампёры. Летающие. Вон у Рунда козу унесли. Он сам видел. Над самой крышей прошла тварь, крыльями как хлопнет — солому сдуло.
Из дома выглянула хозяйка.
— Рунд и без вампёров иной раз крыши не узнаёт.
— Коза-то пропала.
— Козу его старший на мясо продал. Я тебе говорила.
Мужчина сердито передёрнул плечом и снова повернулся к нам.
— Вы смейтесь. А я после заката за частокол не выхожу. У них морды вроде людских, только зубы наружу. И глаза красные.
— Это Рунд успел рассмотреть, пока у него крышу сдувало? — уточнил я.
Крестьянин поджал губы. Я поблагодарил за воду и убрал флягу.
В летающих вампёров я не поверил. Слишком уж многое в рассказе зависело от человека, который мог перепутать проданную козу с унесённой. На свете хватало настоящих тварей, чтобы ещё тратить внимание на каждую выдуманную.
Хотя так вот если честно, летающая нежить тоже существовала, но редкость это была еще та, и всякие высшие упыри или тому подобное коз не крадут. И если честно о подобных тварях думать не хотелось, очень уж жуткие слухи о кровососах ходят, про то, как они целые фермы из полуживых существ создают и доят их кровь годами.
И все же следующие слова крестьянина я выслушал без улыбки.
За последние дни на дороге несколько раз видели нежить. Не одного заблудившегося костяка, а целые группы. Дровосеки перестали заходить в дальнюю часть леса. Сосед вернулся без телеги, с рассечённой рукой, вроде как его кобыла сумела утянуть его из цепких лап смерти. На старой переправе нашли убитую лошадь, а людей, которые на ней везли поклажу, не нашли вовсе.
Селестия задала несколько коротких вопросов. Где именно видели мертвецов. В какое время. Кто вернулся и что рассказывал сам.
Она быстро отделила чужие байки и выдумки от того, что крестьянин действительно знал. Перед уходом хозяйка посоветовала мне закрывать лицо. Я решил, что речь о вампёрах, но женщина объяснила:
— Белый ты слишком. Меж деревьев издали видать.
За двором Селестия посмотрела на меня с нескрываемым удовольствием.
— В этом она права.
— Вчера я был целиком покрыт болотной грязью. Никто даже не похвалил.
— Значит, напрасно отмылся. — похихикивая произнесла Селестия.
— Я ещё и заплатил за чистую одежду. — недовольно буркнул я, но не всерьез.
— Дорогая ошибка, считай деньги на ветер выбросил.
— По живому режешь, знаешь ведь как я люблю даже медные монеты.
Селестия не выдержала и прыснула со смеху. Я натянул капюшон пониже. Селестия одобрительно кивнула, продолжая улыбаться.
— Так лучше. Теперь только руки тебя выдают.
— И действительно, а может у тебя запасные есть? — наигранно с надеждой в голосе спросил я.
— Экий ты какой пронырливый, а больше тебе ничего не дать? — почти серьезно произнесла Селестия, словно бы на что-то намекая.
Я было хотел сказать похабную шутку, но на полуслове прикусил язык. Все же каждая шутка к своему месту и времени, не так уж мы были близко знакомы с Селестией.
— Я так и подумал, что ты жадная — посмеиваясь произнес я, делая вид что обиделся.
— А знаешь, это даже хорошо, что ты будешь отвлекать нежить на себя, у меня будет больше времени на маневры — и вот тут слова девушки прозвучали чуть странно и уже не так весело, но виду я постарался не подать. Мало ли, может вспомнила что.
Я посмотрел на её золотистую броню, но решил оставить замечание при себе. Если кого-то здесь и следовало обсуждать за излишнюю заметность, то явно не одного меня.
Через пять вёрст лес подошёл вплотную к тракту и обзор упал не то чтобы до нуля, но нежить и двадцати шагов могла неожиданно выскочить из-за деревьев или особенно густых зарослей.
Толстые стволы стояли по обе стороны дороги, подлесок почти закрыл канавы. Колёса выбили в земле две широкие колеи, но середина оставалась сухой и твёрдой. После болот, где на каждый шаг приходилось тратить уйму сил, я шёл с непривычным удовольствием.
Сапоги не присасывались к грязи. Под ногами ничего не хлюпало. Не требовалось проверять палкой каждую подозрительную кочку. Я даже перестал смотреть под ноги, ну почти перестал, привычки так быстро не пропадают.
Селестия заметила первого скелета раньше меня и это было даже немного обидно, все же я считал себя опытным охотником, ну хотя бы нежить мне удавалось замечать очень часто раньше других. Но видимо в ее жилах много было эльфийской крови. Она остановилась так внезапно, что я едва не ткнулся лбом ей в спину.
— Мешок снимай.
Справа, из-за толстого ствола, вышел мертвец с коротким мечом. Следом показался второй. Слева затрещали ветки. Я повернул голову и увидел ещё двоих. Последний выбрался на дорогу чуть позади нас.
Пять. Я сбросил мешок и ухватился за булаву.
— Одного на себя возьмёшь? — спросила Селестия.
— Если он согласен.
— Уговоришь — бросила Селестия и рванула вперед.
Ближайший скелет уже шёл ко мне. Я упёр тяжёлое навершие булавы в землю, освободил руку и собрал заклинание Оковы льда. Фигура сложилась быстро. Направить воздействие к ногам тоже удалось без труда.
На этом успехи закончились. Иней покрыл ступни и голени мертвеца. Вокруг костей наросли тяжёлые ледяные утолщения, толщиной в пару пальцев. Под ногами побелела дорожная пыль.
Скелет шагнул. Лёд сухо хрустнул. Я уставился на оставшиеся в колее обломки моей магии.
На болоте вода связывала ноги с землёй в одну глыбу. Здесь заклинанию оказалось почти не за что зацепиться. Мертвец получил неудобную ледяную обувь, но идти от этого не перестал.
— Замечательно, — сказал я. — Твёрдая дорога понравилась нам обоим.
Пришлось отступать. Я собрал заклинание Заморозка, направил ладони на грудь противника и пустил поток. Белёсый холод покрыл рёбра, позвоночник, плечевые суставы. Скелет замедлился.
Справа вспыхнул огонь. Я невольно повернул голову. Селестия уже держала оба кинжала. По левому пробежал бледный свет, а правый покрылся ровным колдовским пламенем. Оно плотно облегало сталь и почти не дымило.
Она качнулась вперёд. Следующее движение я едва успел заметить. Только что стояла возле своего мешка и уже оказалась сбоку от