Инеем рожденные: Альбинос - Лев Жуковский
Она подошла. Кожа у девушки имела голубоватый оттенок. Фиолетовые глаза задержались на моём лице, затем на листе в руке. Заострённые уши виднелись среди чёрных волос.
Лунная эльфийка. На груди у неё висел амулет авантюриста железного ранга.
— Меня зовут Селестия, — сказала она. — Мне тоже в ту сторону. Завтра у южных ворот. Не опаздывай.
Я посмотрел на неё, потом на своё задание.
— Ты это сейчас предложение сделала или уже нашла себе опоздавшего?
Она улыбнулась.
— Пока предложение. Хочешь обсудить здесь или удобнее будет перекрикиваться через зал?
Мы отошли к свободному краю стола.
Я представился. Селестия спокойно кивнула, словно белым хобгоблинам она каждый день предлагала совместные прогулки по заражённым лесам.
Это оказалось неожиданно приятно. И немедленно насторожило.
— У тебя какое задание? — спросил я.
— Своё.
— Очень подробное название.
— Для дороги тебе достаточно знать направление. Я иду к Острому пику. Ты тоже. Вместе будет удобнее.
Она говорила мягко, почти лениво, но продолжать расспросы явно не собиралась. Я посмотрел на кинжалы.
— Плата по моей разведке остаётся мне?
Селестия чуть приподняла бровь.
— Я на неё и не претендовала.
— Тогда уже нравится.
— Не спеши. Сначала договоримся, что возьмём.
Я разложил лист на столе.
— Здесь написано, что до руин крепости день пути.
Селестия ткнула пальцем в мелкую приписку возле старой дорожной отметки.
— Для всадника. По тракту. Лошадь у тебя есть?
— Пока только уверенность, что она мне не по карману.
— Тогда рассчитывай на несколько дней. Около ста вёрст, а часть дороги придётся обходить. Если где-то задержимся, лучше иметь лишний ужин.
Она предложила взять еду на десять дней. Я посмотрел на неё внимательнее. Точнее на ее фигуру, и хотел было спросить, много ли она ест, но все же подумал, что прозвучать это может из моих уст превратно.
— Мы руины крепости разведывать идём или заселять?
— Четыре дня туда, если дорога окажется плохой. Столько же обратно. Остальное на работу и случайности.
С арифметикой спорить было трудно. Особенно после того, как я провёл лишние сутки возле собственного разорванного мешка, ожидая, пока смогу встать.
— Сухари, крупа, вяленое мясо, — продолжила Селестия. — Каждый покупает себе. Если рассчитываешь питаться добычей по дороге, сразу предупреждаю: я ловлю ужин хуже, чем выбираю попутчиков.
— Последнее пока не проверено.
Она усмехнулась.
— Поэтому еду берём.
Я начал перечислять то, что уже имел: флягу, огниво, нож, иглу с нитками, немного бинтов, инструмент для ядер.
Селестия слушала, иногда уточняя.
— Фляга одна?
— Одна.
— Нужна ещё. На некоторых участках вода болотная, пить ее невозможно. Будем набирать при каждой возможности из чистых источников.
— Две полные фляги, еда на десять дней, оружие… Ты точно ищешь спутника моего размера?
Она окинула меня взглядом.
— Можем взять огра. Он понесёт больше, но съест тебя, если сухари закончатся.
Я признал, что в таком сравнении мой размер выглядит выгодно. Понадобились ещё верёвка, небольшой котелок, плащ от дождя и тёплое одеяло. Селестия сказала, что котелок у неё есть. У меня не было хорошей верёвки.
— Верёвку куплю я, — решила она. — Котелок понесёшь ты.
Я медленно поднял голову. Селестия заметила выражение моего лица и чуть улыбнулась.
— Уже передумал?
— Нет. Просто знакомое начало разговора. Обычно после котелка появляются палатка, инструменты, запасное оружие и чей-нибудь родственник, которому трудно ходить.
— Родственников не будет.
— Тогда продолжай. Пока всё ещё лучше моих обычных договоров.
Она объяснила, что верёвку, перевязочные материалы и небольшой запас масла возьмёт на себя. Я понесу котелок и часть общего запаса сухарей. Каждый, собственную воду, одежду и основную еду. У меня оставались инструменты, у неё, то, что требовалось для её работы.
Что именно, она уточнять не стала.
— Палатка? — спросил я.
— Слишком тяжело. Достаточно непромокаемого полотнища. Есть?
Я покачал головой.
— У меня найдётся, — сказала Селестия. — Но спать придётся близко.
Я посмотрел на неё. Она спокойно выдержала взгляд, потом добавила:
— Чтобы оба поместились. Если начнёшь разбрасывать сапоги, отправлю под дерево.
— Сапоги новые. Я их от себя далеко не отпускаю.
— Вот и хорошо. Меньше поводов искать тебя ночью.
Мы обсудили огонь, ночные дежурства и то, что делать, если рядом обнаружится группа нежити. Селестия сразу сказала, что ради нескольких ядер задерживаться не собирается.
— Идём к крепости, — напомнила она. — Если можно обойти, обходим.
С этим я согласился особенно охотно. Потом она спросила, что я умею.
— Заморозка и Оковы льда. Первый круг. Заморозка уже второй ступени.
Селестия взглянула на мой амулет, затем снова в лицо.
— И как получается?
Я подумал о разрезанном рукаве, который недавно сдал Илафу вместе с остальным тряпьём.
— Одного скелета остановить могу. Двоих тоже. Но пока это требует от меня некоторой беготни.
— Значит, на дороге будешь смотреть под ноги. Если понадобится задержать кого-нибудь, скажу.
— А я думал, маг в отряде отдаёт указания.
Она склонила голову.
— Хочешь начать?
Я представил, как командую авантюристкой железного ранга с двумя подозрительно дорогими кинжалами.
— Пока понаблюдаю.
— Разумно.
Селестия забрала со стола свой маленький мешок и поправила ремень. Я заметил, что пряжка на нём старая, а один край зашит грубой нитью. С золотистой бронёй мешок сочетался плохо. Возможно, я просто ничего не понимал в том, как живут люди, способные носить на себе несколько золотых.
Или ничего не понимал в цене брони.
— Завтра на рассвете, — повторила она. — Южные ворота. Воду набери заранее. Еду упакуй так, чтобы не промокла. И не бери с собой весь кузнечный инструмент, который сумеешь найти.
— Только тот, которым уже умею пользоваться.
— Тогда должно быть немного.
Она улыбнулась и ушла раньше, чем я придумал достойный ответ.
Я некоторое время стоял возле стола с заданием в руке. Попутчица нашлась, даже как-то легко и это выглядело подозрительно, но и повода отказываться от такой удачи я не видел. Все с авантюристом железного ранга, с хорошим оружием мне будет куда спокойнее, как минимум я на это надеялся. Ну и пусть, что с