В огне чужого мира - Кирилл Юрьевич Шарапов

— Я поговорю с людьми, боярин, — побарабанив пальцами по столу, ответил Берг, — осторожно, чтобы волну не поднять, ты прав, не нужна она. Послезавтра дам точный ответ, а там будем смотреть.

— Большой отряд все равно не поведу, — покачал головой Бельский. — Там, на континенте, война, и чем нас больше, тем будет сложнее защищаться. По-хорошему, вообще без балласта идти, но я понимаю, что мое желание невыполнимо, не оставит же боярин Мальцев жену, Машеньку и сыновей, вот и выходит, что у нас на одного человека с даром, четыре без.

— Ну, это вы зря, ваше сиятельство, — покачал головой Берг, — половина его детей унаследовали духа, так что мальчишки у него, хоть и сопливые, по тринадцать лет им, но могут шпагу призвать и болт швырнуть. Оба светлые. Третьего умения у их духа нет. Да и моя старшая тоже может шпагу призвать, а вот болта ей не досталось. Второе умение почти бесполезное — светлячок, хотя, как сказать, вы же наше освещение ночное на заставе видели?

Михаил кивнул, не понимая, куда клонит Николай Андреевич.

— Так вот, это совместная работа жены вашей и моей Варвары. Княгиня Долгорукова создала артефактную основу, а Варенька вечером обходит фонари, светляков в них запускает, и они светят до утра.

— Не знал, но в подземельях ее умение может полезным оказаться, хотя мы все равно с собой пару ламп возьмем. Ладно, продолжим. Выйти я планирую через седмицу, Екатерине Федоровне и ее ученице нужно кое-что завершить и совместное дело закончить. Они занимаются разработкой артефакта, который будет определять присутствие одержимого. Очень было неприятно повстречается с ним в руинах. Вот и озадачил я ее, чтобы она разработала что-то для оповещения заставы.

— Ох, полезное дело, — потер руки Берг. — Да и на той стороне этот артефакт пригодится.

— Кого вместо себя оставите? — поинтересовался Михаил.

— Барона, — не задумываясь, ответил боярин. — Петр Грэгович никуда отсюда не уйдет, здесь его жизнь. Он тут давно, и никогда отсюда не рвался. Так что место во главе совета за ним. А мы, как перейдем и все выясним, весточку ему пошлем. Придется, конечно, пожертвовать черным соколом, но надо будет оповестить людей о происходящем в Духовом мире.

— Я тоже об этом думал, есть у меня один. Жалко его, конечно, будет безумно, он четыре дня без ловушки существовать может, летает очень быстро, должно ему хватить скорости добраться сюда. Потом он исчезнет, так как в ловушку его, кроме хозяина, никто не загонит, а черного не перехватишь даже добровольно, проверено.

— Ну почему же? Может, и вернется, если не через весь континент и океан полетит, а через портал. Быстро пронесется по всем этим галереям, вылетит через провал, доберется сюда, скинет письмо и сразу назад.

Михаил кивнул, соглашаясь.

— Ладно, пойду я, ваше сиятельство, у меня дел много. Значит, ориентируйтесь на седмицу.

— А вы, я смотрю, не торопитесь? — поднимаясь и пожимая руку Бельскому, произнес боярин Берг.

— Поспешишь, людей насмешишь, — улыбнулся Михаил. — Тут не нужна спешка, нужно хорошо подготовиться, запастись всем потребным, улучшить снаряжение. Знаете, ведь, что не спас Ирину артефакт, с одного удара одержимый продавил защиту княгини Воронецкой, так что Екатерине нужно новую защиту делать, а без нее на континент и соваться не стоит. Все, ушел, у вас дела, у меня дела, сегодня даже не ищите, я в исследовательском доме засяду, нужно со своими умениями поработать. Запустил я это дело в связи с поисками портала, а коли уж выдалась неделя свободная, вот и займусь, ну и готовиться к походу буду.

Перед тем, как запереться в специально зачарованной для него комнате, Бельский спустился в подвал, где размещалась лаборатория Екатерины и Марфы по исследованию скверны.

— Ух ты, — глядя на стоящее внутри решетки тело майора, которого Верд Никорт опознал, как Димитра Скворцова, боярина из довольно зажиточного рода, присвистнул боярин.

Тот медленно повернул голову и уставился мертвыми стеклянными глазами на Михаила.

— Кать, — окликнул Бельский жену, — это как так? Я же его точно завалил.

— А я откуда знаю? — отмахнулась та, ходя вокруг мертвого одержимого с каким-то артефактом. — Вчера утром прихожу, а он посреди комнаты стоит. Не волнуйся, он не кусался, не бросался, в клетку вошел сам, я только дверь закрыла.

— Плохо, что меня не позвала, — осуждающе заметил Бельский, — ты зря рисковала.

— Не волнуйся, милый, я все же княжна, и с умениями у меня порядок, я к нему в духовой броне подходила, ничего бы он мне не сделал.

— Ты выяснила, почему он встал?

— Выяснила, — отозвалась Екатерина. — Причем, еще вчера, но ты спал, когда я вернулась, а когда проснулась, тебя уже не было. В общем, демона ты убил, но скверна внутри него уцелела, и ее там достаточно много. Так что глаз да глаз нужен. Будем уходить, уничтожим тело с помощью твоего дракона. Но это просто тупая оболочка. Она опасна наличием этой самой скверны.

Закончив ходить вокруг майора с артефактом, она положила его на стол и, наконец, посмотрела на Михаила.

— Я долго буду ждать, когда ты меня поцелуешь? А то я тебя почти не вижу, мне внимание нужно, а ты то по лесам с Иркой шатаешься, то с Бергом беседуешь, то спишь.

— А вы, ваше сиятельство, то в одном подполе, то в другом, — резонно возразил Михаил, шагая к девушке, заключая ее в объятия и награждая долгим и страстным поцелуем. — Я к вам мальчонку вчера посылал? Посылал. Вы что изволили сказать? Что вы новый эксперимент делаете. И вернулись вы за полночь… Как для вас только ворота открыли?

— Каюсь, боярин, правда ваша, заработалась вчера. Вот такая вам, ваше сиятельство, беспутная жена досталась. А в крепость меня на веревке втягивали, поскольку ворота было не положено открывать.

— Хоть с пользой? — гладя возлюбленную по черным волосам, поинтересовался Бельский.

— Пока не очень, — уткнувшись ему в плечо лбом, отозвалась Екатерина, — но я справлюсь. Кое-что новое собираюсь сегодня попробовать. Только мне доброволец нужен.

— Если нужно, я готов, — заверил он жену.