Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

— Нет, мне плевать на это, — покачал головой Директор. — Мне нужен успех. И у меня есть план, как его достичь. Тебе ведь тоже нужен успех, я прав? Или ты прилетел сюда просто так?

Орлов не отвечал. Ему этот разговор резко перестал нравиться, потому что он его не контролирует, но Директор уже успел разобраться в его личности и пошёл на взвешенный риск — у Орлова есть нереализованные амбиции. И он не знает, как их реализовать.

— Нет, не просто так, — покачал головой Геннадий, закуривая. — Допустим, что я могу помочь тебе, а ты можешь помочь мне. Как?

— Я могу помочь тебе с новым подходом к подбору кадров в ХАД, — ответил Директор. — Я ведь верно понял, что ты курируешь какой-то отдел?

— М-хм… — хмыкнул Орлов, коротко кивнув.

— У меня есть одна разработка с гражданки — я потратил на неё очень много лет и она работает, — сообщил ему Директор. — Изначально я работал над ней, как над средством для ранней идентификации способных школьников, но если она работает с детьми, то работает и со взрослыми.

— Что это мне даст? — недоуменно спросил Орлов и затянулся дымом.

— Качество оперативников, — ответил Директор. — Если ты будешь точно знать, что может, а чего не может каждый твой оперативник — разве это не даст тебе преимущества в твоей работе? Я предлагаю тебе измеримые показатели, по которым можно осуществлять отбор новых или отсев старых оперативников. Перевести его на дари — ерунда, которая займёт у меня лишь пару недель. И ты получишь в свои руки очень мощный инструмент, который облегчит тебе работу.

— Звучит слишком уверенно, — покачал головой Геннадий. — И как мне это проверить?

— Очень просто, — улыбнулся Директор. — Я показываю результаты, ты их изучаешь и удостоверяешься, а затем мы продолжаем совместную работу. Результатов нет — мы прекращаем совместную работу и забываем обо всём произошедшем и не произошедшем. Будто не было ничего. Как тебе?

— Хм… — майор Орлов задумчиво погладил подбородок.

*Демократическая республика Афганистан, город Кабул, военный городок у дворца Тадж-Бек, учебная аудитория, 28 октября 1983 года*

— Галат!!! — рявкнул Директор на фарси и шарахнул палкой по парте.

Лейтенант ХАД дёрнулся и чиркнул шариковой ручкой по вопроснику.

— Что неправильно? — спросил он, справившись с кратковременным испугом.

— Не задавать вопросы!!! — прокричал Директор и вновь стукнул палкой по парте. — Времени почти нет!!! Быстрее!!!

А сам он в это время предельно внимательно отслеживает реакции испытуемого.

Это одновременно и тест эрудиции, и стресс-тест. Были бы у них цифровые камеры, это бы упростило задачу многократно, но таковых нет ещё нигде, поэтому приходится лично напрягаться.

Это его очень старая наработка, от применения которой в школе пришлось очень быстро отказаться. Из-за реакции некоторых родителей, которым показалось безумным определять стрессоустойчивость детей.

Нет, он не бегал по аудитории и не бил палкой по партам — всё было цивилизованно, с камерами и специальными сигнальными системами, издающими громкие звуки или светящие яркими вспышками в произвольное время.

Из-за отказа от этой методики, быстро выявляющей неустойчивых, с расшатанной или чрезмерно чувствительной нервной системой, ему пришлось придумывать новые способы выявления и устранения фактора нервного истощения среди учащихся.

Здесь, в Кабуле, никто и ничего не скажет о его методах — наоборот, майору Орлову и его командиру, полковнику Гаськову Константину Эдуардовичу, его подход показался интересным и перспективным.

— Три горных перевала, любых! Быстро! — скомандовал Директор.

— Эм… — растерялся вынужденный отвлечься от ответов на тест лейтенант. — Хайбер, Шибар, Саланг!

Голос его дрожит, как и руки, но он продолжает отвечать на вопросы теста и очень быстро назвал перевалы.

— Галат!!! — спустя несколько минут неподвижности, крикнул ему в ухо Директор. — Галат!!! Галат!!! Сука!!! Неправильно!!! Галат!!!

На улице началась стрельба — это под окнами стреляют холостыми. Это и источник стресса, и сигнал для действия.

— А-а-а-а-а!!! — громко хлопнув дверью, в помещение ворвались ряженые под моджахедов офицеры ХАД. — Лежать!!! Стреляем!!! Умри-и-и-и!!!

— ПИШИ ТЕСТ!!! — приказал ему Директор, рухнувший на пол и сложивший руки за головой. — СИДЕТЬ! ПРОДОЛЖАТЬ ПИСАТЬ ТЕСТ!

Лейтенант продолжил отвечать на вопросы теста, пусть и съежившись.

— Моджахеды, на выход! — скомандовал Директор, поднявшись на ноги.

Видно, что лейтенант уже на грани срыва, но он продержался прямо очень хорошо — большая часть испытуемых пыталось сбежать в окно, когда в помещение врывались «моджахеды».

Через семь минут и тридцать две секунды, в течение которых Директор орал на него почти непрерывно, лейтенант закончил тест.

Бумага исцарапана ручкой, но он ответил на все вопросы.

До этого лейтенант, как и два десятка специально отобранных младших офицеров ХАД, прошёл корректурную пробу, кубики Коса, тест эрудиции, два теста на память, тест на реакцию, а также кое-что из дефектологии. И венец всему — стресс-тест.

Девятерых кандидатов Директор уже отбраковал, поэтому их заменили новыми, с которыми пришлось проводить всю серию тестов заново, а сегодня он отбракует ещё какое-то количество кандидатов. Возможно, большую часть.

— Иди, — отпустил он лейтенанта и сел за парту с документацией.

Лейтенант покинул аудиторию, а Директор начал вносить полученные данные в конкретное досье.

«Реакция — скорее, „бей“, чем „беги“ или „замри“ — с вероятностью 75 %», — вписал он данные.

В будущем он собирается усовершенствовать метод — нужно применить замеры пульса, а также замер давления до и после. Это данные, которые повысят объективность. Сейчас это всё довольно-таки субъективно, со степенями достоверности.

Однократного стресс-теста недостаточно, чтобы сказать что-то наверняка и однозначно, поэтому в будущем методика будет включать многократные и разные стресс-тесты с временными интервалами, чтобы собирать статистику на каждого испытуемого.

Директор осознаёт нынешнее несовершенство методики, но КГБ, как он выяснил, не применяет вообще ничего, кроме личностной оценки кадров в ходе подготовки. А точность такой оценки сильно зависит от компетенции испытателя, что снижает объективность исследования.

Исходя из этого, его методика имеет сравнительно высокую точность, по крайней мере, она позволяет очень быстро выявлять людей с задержкой в развитии — ему подсунули парочку чуть ли не умственно отсталых, видимо, в качестве проверки от полковника Гаськова.

Здоровый скепсис вполне понятен и объясним, но Директор сделал вид, что ничего не понял и честно написал «умственно отстающим» кандидатам суровые характеристики.

А завтра будет его авторский тест, над которым он трудился всю свою жизнь — он очень сложен и нацелен на выявление высокого умственного потенциала…

Он уже видит, что среди предложенных кандидатов нет природных дарований, поэтому на многое не рассчитывает, но надеется, что удастся чудесным образом выявить хотя бы один талант. Это будет окончательным подтверждением работоспособности его методики в