Аристократ добивается своего - Марс Букреев

Она повернулась и двинулась прочь. Не поверила, значит. Почудилось мне. Я вспомнил, как живот Ингвара натягивался, словно кто-то пытался протянуть ко мне руку, лапу или щупальце. Да нет, не почудилось.

Лидия удалялась. Сейчас она могла быть спокойна. Смотрю я точно не на ее грудь.

Я вернулся в свою палатку. Крылов, увидев меня обрадовался. На столько, насколько может обрадоваться сухарь. Он рассказал мне, о том, что происходило в лагере, пока меня не было.

Ингвар спокойно вернулся, никому не говоря о том, что произошло со мной. Наверное, он был уверен, что я не смогу справится с Идолищем. К вечеру, сообразили, что меня в лагере нет. Доктор Румановцев рассказал, как я хотел поговорить с Ингваром и интересовался, где он сейчас находится.

Принялись искать. Поисковый отряд из нескольких ауксов ушел на север, добрался до камня. Там, обнаружив тушу Идолща и разбитый автомобиль, доложили на базу. Поиски, конечно, продолжили, но решили, что я погиб.

Во всем этом, меня радовало одно — никто не махнул на меня рукой, пускай, мол, этот Мишка Шелестов бродит по тундре, пока волосьями не обрастет с ног до головы. Даже искать пытались. Хотелось думать, что это Лидия побеспокоилась.

Измученный, я завалился на постель и уснул без задних ног.

***

Проспал я долго. Очень долго. Весь день и всю ночь. Проснулся только утром следующего дня. Когда мы завтракали с Крыловым, тот спросил:

— Я, так полагаю, это вы убили Идолище?

Я кивнул. На лице Крылова отразилось сожаление. Наверное, он бы многое отдал, чтобы заиметь силу хотя бы в половину моей. Трудно жить аристократом и владеть Мощью хуже обычного ауксилария.

— Откуда он только взялся? — спросил я с набитым ртом.

— Идолище?

Я опять кивнул. Вспоминая, как Ингвар таращился в лес, откуда вылез этот монстр, я не сомневался, что Воронцов знал об Идолище. И пытался, то ли приманить его, то ли управлять им.

— Он мог просто появиться там, такое случается иногда, — произнес Крылов, запуская свой ноутбук. — Кстати, пока вы спали, приняли решение готовиться к битве. Кто знает этих тварей, может быть они умеют телепортироваться. Через пару дней ауксилия выдвинется навстречу Идолищам.

Я допил кофе, попутно размышляя, чем бы мне заняться. Сомневаюсь, что меня привлекут к битве с чудовищами.

— А вы не хотели бы поучаствовать в одном эксперименте?

Вопрос Крылова застал меня врасплох, я непонимающе уставился на него.

— С новым СМД, — пояснил главный конструктор.

— Я буду управлять Доспехом?

— Нет, — Крылов слабо улыбнулся. — Насколько я понимаю, во время боя с Идолищем вы проявили большую силу, чем владеете на постоянной основе. Так?

Я согласился.

— Хочу посмотреть на алгоритмы нейропамяти. Надеюсь, возмущения в вашем сознании, позволившие применить такое количество Мощи, еще не угасли. Вот мне и интересно, как нейропамять отреагирует на эти всплески.

— Рад помочь, — ответил я.

Про себя подумал. Вдруг, когда я окажусь в кресле пилота, то почувствую нечто похожее на боевой режим. И тогда, запомнив эти ощущения, позже смогу контролируемо активировать его.

Через полчаса мы стояли рядом с ангаром. Силовой Мобильный Доспех возвышался над нами сказочным гигантом. Броня глубокого, темно-фиолетового цвета с коралловыми росчерками. Тяжелый шлем, грозно склоненный вперед, словно СМД готовился с разбега боднуть преграду. Но погасший визор говорил — Доспех не сдвинется с места, пока в его груди, под откинутой сейчас бронепластиной, не окажется человек.

Открыв ноутбук и усевшись за небольшой столик, рядом с Доспехом, Крылов предложил мне:

— Будьте добры, займите место пилота.

Я резво вскочил на броню, упершись ногой в колено гиганта, а рукой ухватив край кабины пилота. Через пару секунд я уже сидел на месте, ощущая затылком холодок металлических элементов. Крылов уставился в монитор, нажал несколько кнопок. Потер подбородок. Хмыкнул.

— Представьте сейчас, тот момент, когда вы убивали чудовище, попробуйте вспомнить решающий удар, после которого вы одержали победу.

Я представил. Вспомнил, как Идолище неслось ко мне. Вспомнил, как я надеялся, что боевой режим активируется сам по себе. И как, набрав невероятное количество Мощи, я ударил.

— Ага, угу, — Крылов нажимал кнопки на клавиатуре. — Довольно интересно.

Он покачал головой, размышляя о чем-то своем.

— Достаточно, Михаил, спасибо за помощь.

— А можно я еще кое-что вспомню, а вы посмотрите, отражается это в ваших алгоритмах или нет.

— Давайте.

Я снова попытался запустить боевой режим. Представлял ангар, звуки, мерцания мониторов, яркий свет. Пытался пропустить через себя все ощущения, как активировался визор, речевой модуль, движения. Все ждал, что по позвоночнику разольется жар, визор СМД заполыхает огнем и стальной гигант придет в движение.

— Михаил, когда вы начнете вспоминать?

— Ничего нет?

Крылов покачал головой. Смешно будет, если моя способности управлять СМД и включать боевой режим, окажутся чистым везением. С сожалением, я покинул кабину пилота.

Спустившись на землю, я подошел к Крылову. Заглянул через его плечо в монитор ноутбука. Думаю, я имею на это право, я ведь, в целом эксперименте поучаствовал. На мониторе змеились графики, колонки цифр вяло меняли значения, пробегая то к большим, то к меньшим числам.

— А вы можете объяснить про нейропамять? — спросил я.

— Да, конечно. Дело в том, что СМД является очень эффективным средством борьбы против Идолищ, но у них есть одна особенность. Нейропамять Доспеха запоминает значения мозговых волн определенного пилота, и все алгоритмы боевой машины, потом, подстраиваются под них. Проще говоря, другой пилот, если окажется в чужом СМД, не сможет так же эффективно управлять им, как пилот владеющий Доспехом.

— То есть, не получится, как на машине, сел и поехал?

— Не совсем так. Управлять чужой машиной тоже не получится так же хорошо, как своей. Просто водитель уже привык к определенному автомобилю. Но тут дело в человеке. А в СМД, дело в алгоритмах. И человеку, и алгоритмам надо какое-то время, чтобы освоиться. Но у человека это получается быстрее. Я же, поставил пред собой задачу, исключить момент с алгоритмами. Чтобы любой пилот, мог сразу же управлять любым СМД.

— Ясно. Выходит, поэтому ауксилии, точнее их пилоты, формируются из представителей одного рода?

— Да, значение мозговых волн состоящих в родстве