Анатолий Ильинский - Лодка

Теперь Кливмел давно занявший своё место терпеливо ждал, когда Тильс закончит знакомство с оперативной обстановкой. Вот, наконец, Рик расслабленно откинулся в своём кресле и, протянув руку, подал, возвращая пластину, — спасибо! Извините, что задержал…

— Копию себе сняли?

— Разумеется, — Тильс, уже что-то набивал на клавиатуре, — скажите, а для чего салентийцы выходят в космос?

— Как и везде, ловим метеориты, обыскиваем астероиды, добычу волокём домой.

— И как часто экипажи ваших сейнеров пропадают без вести?

— Господи, Рик, только второго "Битси" мне и не доставало.

— Ну, хорошо, хорошо, мстительный вы наш…

Одновременно над всеми постами зажглись экраны переговорников, и на них появился доктор:

— Всё! Получите вашего любимца. Теперь если не умрёт от вашего же чрезмерного расположения к нему, сможет довольно долго плести свою паутину. А я умываю руки, — доктор исчез с экранов, и они погасли.

Зато находящиеся в рубке разом начали с кем-то бурный диалог, смеясь и кивая в ответ невидимому собеседнику. Глядя на них, салентиец вспомнил слова Тильса о сумасшедшем доме, но решил ни как не реагировать на происходящее вокруг, то есть абсолютно.

— Их можно понять, — думал он, пытаясь оставаться спокойным среди окружающего его дурдома, — я сам на этой лодке нахожусь всего — ничего, а уже чувствую, что с психикой происходят глобальные и явно не нормальные изменения. А они каждый раз не меньше года. Да ещё одни и те же лица, в одном и том же, как говорит Тильс, треугольнике…

— И в вечном напряжении, — спокойный, бархатистый голос Сьюу незаметно подкравшись, совершенно не напугав, мягко вплёлся в рассуждения адмирала. — В напряжении оттого, что если хоть один из них совершит малейшую, даже не ошибку, а оплошность — погибнуть могут все. Ответственность, стимулированная инстинктом самосохранения. Это вы имели в виду?

Перед глазами Кливмела появился паук в клубах газа. Теперь это уже был не маленький паучок, которого он видел на экране в последний раз, а почти достигший своего прежнего размера монстр. Но улыбающийся монстр (если конечно, можно представить себе улыбающегося паука).

— А ваша масса всегда зависит от состояния вашего здоровья? — Без перехода спросил салентиец.

— Как и любого другого живого существа…

— Ну, хватит, хватит, — голос доктора ворвался из реальной жизни, словно сквозняк в открываемую дверь, срывая и комкая все видения. — Повеселились, и хватит. Он ещё очень слаб! Вот суток через трое, если за это время на этой лодке ни чего не случится, уже сможете допекать его своими личными проблемами, а пока…

Всё исчезло. Люди в рубке ещё по инерции продолжая улыбаться, начали крутить головами, ища кого-то. Но сказка кончилась. И вахтенные стали очень похожи на детей, которых отправили спать в самый разгар новогоднего празднества.

Адмирал и сам вдруг почувствовал щемящую грусть, как будто бы только что лишился чего-то очень ему дорогого.

— М-да, — протянул Тильс, — что бы мы без Сьюу делали? Пока он в коконе лежал, доктора команда извела. Ведь чего только не творили. При мне от энергетика трое пришли и любую донорскую помощь предлагают. Доктор ещё спокойно спрашивает: — "Как они себе это представляют?" Затем от Выхлопа заявились — просят, что бы их сиделками к Сьюу определили. Доктор уже напрягся так, и спрашивает: — "Это в газе-то? А потом вас самих значит, откачивать?" А тут от оружейника делегация, спрашивают: "Чем они могут помочь?"

Ну, здесь док совсем взбесился, но тихо так, с внутренним надрывом говорит, что самая большая и лучшая помощь экипажа заключается в том, что бы не мешать ему, доктору.

Вошёл связист и погрузился в кресло напротив Тильса:

— Вырезку про Саленту из последнего обзора событий по международной трансляции смотреть будешь?

— Любопытно.

— Только для тебя.

— Только?

— Командир приказал до Битси ничего в общую трансляцию не запускать. Но ты должен быть в курсе.

— А остальным вахтенным приказать, что бы отвернулись что ли?

— Я за что купил…, а там хоть не кукарекай.

— А почему только вырезку? И про что эта вырезка?

— Про Саленту разумеется. Так будешь смотреть или я пошёл?

— Давай, давай, пошёл.

Связист сунул в щель приёмника пластину. На экране зажглось знакомое всей вселенной лицо дикторши из международных новостей и сообщило:

— На планете Салента, — тут же появилась карта звёздного неба и приблизила район с планетой в центре, — продолжаются вооружённые столкновения между правительственными войсками и повстанцами. Верховный правитель Саленты, — камера, продолжая приближаться, проткнула ледяной панцирь бело-голубого шара планеты, и как бы упав на шпиль крыши огромного здания, показала одну из его комнат. В ней о чём-то очень горячо говорил тёмно серый лохматый абориген, — призвал на помощь корабли Лиги для поддержания порядка и законного правительства. Однако лидер революционного комитета Шурш Снаудер, — на экране возник ослепительно белый очень спокойный и очень волевой салентиец, — обратился к международной общественности с просьбой о невмешательстве во внутренние дела уже существующей Республики: — "Революция, — сказал он в своём обращении, — это воля преобладающего неимущего большинства, а значит — народа. И если вы хотите задушить революцию, то значит — хотите задушить и сам народ. Тогда о каких правах личности и демократии может быть вообще речь? Поэтому раз уж всем вам так дороги права и свободы, позвольте самому народу в своём доме решать свою судьбу".

Последний оплот правительственных войск порт Лакри, — на экране возник космопорт. Тёмно-серые и серые вооружённые салентицы бежали по нему во всех направлениях, — обороняется из последних сил. Власти надеются продержаться до подхода новейшего крейсера Лиги "Аугусто", — во всей красе предстал корабль ЛСГ, несущий как награды своё вооружение, — который, не смотря на запретные рекомендации международного комитета и резкого протеста Метрополии, был сегодня отправлен с миротворческой миссией в этот горячий район. Президент Лиги в своём заявлении объяснил это так: "Мы хотим лишь остановить кровопролитие, а заодно убедиться, что это действительно народная революция, а не очередное захватническое распространение Метрополии к пределам вселенной".

Однако все эти подозрения, последствие инерции отработанной схемы противостояния Метрополия — Лига, и, скорее всего, беспочвенны, — на экране снова царствовала дикторша:

— Хотя и, как стало известно из неофициальных источников, незадолго до освещённых здесь событий родной брат лидера повстанцев Кливмел Снаудер, — пошли кадры с салентийским адмиралом разговаривающего с людьми в форме, — побывал на одной из баз ВКС Метрополии. Где имел несколько встреч с одним из высших государственных чиновников. Но речь там, скорее всего, шла о покупке устаревших типов кораблей.