Кристофер Раули - Война за вечность

Куермвер насмешливо фыркнул и заслужил взгляд Справедливой, исполненный презрения. Слизняк! Неужели он ничего не понимает? Речь идет о будущем планет, галактик и уж наверняка о судьбе человечества. Справедливая подавила дрожь. Наступил давно предвиденный кризис — время полета во тьму, как предрекали служители Далекой Клешни. Опасность шла по пятам семьи, и теперь следовало соблюдать максимальную осторожность.

— Ваша готовность к сотрудничеству отмечена. Однако для реализации выбран именно тот план, о котором я рассказал, — распространение контроля над производством параллельно с распространением контроля над рынком.

— Что имеется в виду под «для реализации выбран»? — взорвался Сприк. — Мы здесь на пере говоры собрались, а вы кладете свои требования на стол и предлагаете принять их такими как есть. По-моему, на переговоры это совсем не похоже.

Адмирал Енков переварил сказанное, брови его нахмурились.

— Все необходимые изменения уже внесены, — сказал он, — Программа сформулирована. О ней и без того достаточно дискутировали, теперь ее нужно исполнять. Что тут еще говорить?

— Вы что, смеетесь над нами, да? — поинтересовался Эрнст Хэкст. — Неопределенное обещание предоставить в далеком будущем земли, очищенные от джунглей и эсперм-гигантов, не может рассматриваться всерьез как предложение. Я просто не могу поверить, что Мировое Правительство вздумало оскорбить нас так нагло и откровенно.

— В самом деле, скажите нам, что вы пошутили, — сказала Справедливая Фандан, теперь абсолютно уверенная в том, что удар будет нанесен против кланов.

— Нет, шутить не входит в мои намерения. Прошу простить меня, если я выразился недостаточно определенно. Возможно, дело в дикой нереальности вашего прекрасного мира. Я больше привык к способам уговоров, принятым на борту корабля, — если вы меня понимаете. Никаких шуток — программа была всесторонне оценена. Ее разработал Институт Социальных Технологий, и предназначена она для обеспечения максимальной пользы возможно большему числу людей, максимальной компенсации кланам горцев и избавления от коррумпированности, свойственной капиталистическому рынку лекарственных средств. В 6 Война за вечность общем, — Енков подался вперед и раскинул огромные руки; красные пятнышки при этом ярко засветились на крабовой коже, — в общем, это хороший план, и, как было сказано, я уполномочен привести его в действие. Собственно, лучше всего было бы начать действовать прямо сейчас. Может быть, есть смысл здесь же, сейчас, обсудить другие аспекты предложений? Например, я бы хотел прямо сейчас составить график развертывания, чтобы наблюдатели и офицеры разведки появились в ваших долинах как можно раньше — предстоит много работы, и информационный поток будет огромным.

Сприк перестал сдерживать себя и рассмеялся адмиралу в лицо; к нему присоединились Хэкст и, как заметила Флер, Куермвер. Хохот их перешел в истерику, Флер незаметно вздохнула. Вся ее работа — долгие месяцы тяжелых и болезненных переговоров — теперь пошла насмарку, и все из-за неожиданно появившегося на сцене тупицы-адмирала и его упрямого нежелания менять собственную позицию. Сами по себе требования должны обеспечивать основу для первоначальных переговоров, медленно склоняя семейства горцев к сотрудничеству. Теперь же переговорам точно пришел конец.

Слово взяла Справедливая Фандан; она с яростью ткнула в стол перед собой указательным пальцем.

— Похоже, это действительно не было шуткой. Мы полностью отвергаем ваши предложения, они совершенно неприемлемы для нас. Вам известны наша готовность к переговорам и те области, которые нам было бы интересно обсудить. Но мы уж по крайней мере я — не имеем ни малейшего желания и дальше выслушивать весь этот бред. — Она поднялась, чтобы идти; Сприк и Хэкст, а за ними и остальные последовали ее примеру.

— Стоять! Всем оставаться на местах! Пока совещание не закончено, я запрещаю кому-либо покидать зал! — заорал адмирал, как на строевом смотру. — Каждый, кто покинет зал, немедленно будет арестован!

Флер задохнулась от негодования, горцы тревожно оглянулись вокруг. В руке Сприка внезапно появилась крошечная стальная игла, и он явно готов был при необходимости пустить ее в ход. Справедливая быстро поднялась из-за стола и пошла к выходу.

— Стоять! Никому не выходить! — орал Енков.

— Весьма сожалею, адмирал, но вряд ли кто-либо прислушается к вашим словам, — спокойно заметила Флер.

Енков быстро оглянулся по сторонам со злобным удовлетворением во взгляде — Совещание было ошибкой; теперь я вижу, что здесь необходимы более крутые меры. Повторяю приказ: каждый, кто выйдет отсюда, немедленно будет арестован космическими пехотинцами!

— Да здесь четырехтысячная армия фейнов, адмирал, — умиротворяюще произнесла Флер. — Неужели вы думаете, что дюжина пехотинцев сможет справиться с ними? Подумайте об этом, пока больше ничего не сказали.

Вожди кланов двинулись к выходу и пропороли мембранный вход. На лице адмирала отобразилась тяжелая внутренняя борьба, которая внезапно завершилась. Он поднялся с места и вышел вслед за вождями кланов.

— Вы сделали все возможное, Флер. Может быть, вам удалось спихнуть наконец старого Блейка.

— Спасибо, Тан, но я боюсь этого адмирала. Как ты считаешь, ему прежде приходилось исполнять дипломатические поручения — вести важные переговоры или что-нибудь в этом роде?

Убу громко расхохотался, и его африканские губы обнажили безукоризненно белые зубы.

— Боюсь, что нет — разве что требовать безоговорочной капитуляции. У него дар управлять боевыми кораблями.

— Вот именно этого я и боялась.

Проводы были короткими, и скоро небо над скалой заполнилось покидающими площадку машинами.

Космические пехотинцы и сам адмирал Енков удалились на борт с помощью тех же самых лебедок, на которых и спустились. Полубаркас рванулся со скалы в разрывающем воздух треске ударной волны и исчез в небе. В зените появилась яркая звезда, без труда различимая даже на дневном небе, которая быстро приблизилась и пересекла траекторию мчащегося пулей полубаркаса.

Земные дипломаты покидали площадку одними из последних. С Лавином Фандином они попрощались на краю взлетной полосы. Фейны уже демонтировали палатки и оборудование; Лавин обратил внимание, что заместитель посла определенно была подавлена случившимся.

И тем не менее она бросила на него взгляд и ослепительно улыбнулась.

— Вспомнила где! — произнесла она, подперев подбородок рукой.

— Что где, заместитель посла? — Лавин учтиво кивнул Тану, который лишь холодно взглянул на него.