Андрей Кедрин - Гардарика любовь моя

На территорию кемпинга въехал армейский грузовик с пластиковым кунгом. Двери его распахнулись, и на площадку высыпалось полтора десятка девушек в легких коротких платьях. Издалека сложно было разглядеть качество нарядов или привлекательность самих гостей, но вспыхивающие металлическим блеском на солнце браслеты полуграждан говорили о том, что прибывшие не относятся к числу почетных гостей. Супруги переглянулись и одновременно пожали плечами. Между тем, девушки, повинуясь чьим-то указаниям, рассыпались по территории. Кто-то подбежал к мангалу, собирая на поднос шашлыки, другие выволокли на траву ящики с поблескивающими бутылочными горлышками.

— Они что, без горничных уже обойтись не могут? — Тайра помедлила, потом все же демонстративно уселась на берегу, спиной ко всем собравшимся. Опустившись рядом, Алексей заметил, как чуть подрагивают уголки губ жены, которая, видимо, находилась в мыслях далеко от нарастающего веселья. Он осторожно поцеловал крошечную складочку гнева и получил в награду слабую улыбку.

— Пойдем к ним? — Соснов помотал головой.

— Я не хочу есть, а ты?

— Тоже… — Тайра внезапно подвинулась ближе, и обхватив мужа руками, пристроила голову на его плече. Мягкий мешочек активной брони заменил ей подушку, и она замерла надолго, вдыхая стерильный запах разогретой на солнце синтетики, горячих волос мужа и его лосьона. Сидели они долго, до тех пор, пока сквозь легкую дремоту не услышали невнятную, но от этого не менее гневную тираду.

Владимир Жестких, уже не очень твердо стоящий на ногах, двигался к одному из фанерных домиков, таща за руку упиравшуюся служанку. Сосновы вскочили на ноги как раз в тот момент, когда советник, разразившись матами, швырнул ее к двери. Тайра услышала мягкий щелчок предохранителя и придержала ствол «Рейдера» Алексея — в точности как он парой часов ранее — ее руку с ножом. Супруги перешли на бег, недоумевая, что за сцена разворачивается перед ними. Между тем, служанка отдернула руку, когда Жестких попытался схватить ее, и неумело пнула его по голени. Пьяному советнику, однако, этого хватило, чтобы отвлечься. Девушка тем временем бросилась бежать к границе кемпинга.

— Владимир, стойте! — Выкрикнул кто-то из советников, обративших внимание на то, как Жестких дернулся рукой за пазуху. Соснов понял, что не успевает, увидев вынырнувший на свет ствол пистолета. Он вздернул ствол автомата и тут же почувствовал резкий удар. Тем временем день стал еще ярче. Белый луч угодил точно между лопаток беглянки, вспыхнула и погасла пуговица на груди, задымилась маскировочная сеть напротив. Она сделала еще несколько шагов вперед, потом словно переломилась и повисла на тлеющей ткани.

— Поздно, милый… — Алексей поднял глаза на жену, которая все еще прижимала к земле ствол его автомата. По щекам Тайры катились слезы. Соснов кивнул ей.

— Я знал это… — Забросил оружие за спину и уже спокойно пошел вперед, к советнику, который все еще держал в руке раскаленный пистолет. К телу девушки подбежали двое храмовников, хлопая ладонями в перчатках, сбили с одежды начавшее разгораться пламя. Потом один из них покачал головой.

— Как Вы объясните это Советник? — Голос подал один из людей в золотых мундирах. Жестких, словно разом протрезвев, стер со лба испарину дрожащей рукой.

— Я…я погорячился… это же обычно так… они все одинаковые, а эта уперлась — убудет как будто с нее, дуры…

— Сейчас вопрос не об этом. Как Вы будете объяснять случившееся в докладе управлению общественной безопасности? Она ведь мертва?

— Выстрелом перебит позвоночник, крупные сосуды, грудина… да, гибель была почти мгновенной… — Голос подал тот самый храмовник, что поднимал тело.

— Все зависит от того, как мы подадим рапорт. — Константин растолкал толпу возле проштрафившегося советника. Со свойственной ему предприимчивостью, полковник развернул свою теорию. — Представим на минуту, что кто-то случайно нажал на курок, а девушка подвернулась под выстрел. Я думаю, что Совету не заставит большого труда уговорить следователей общественной безопасности ограничиться лишь сбором показаний очевидцев. Безусловно, семье погибшей следует выплатить компенсацию — это исключит вероятность того, что они будут добиваться продолжения расследования.

— Вот же развели моду — компенсации полугражданам! Да в мои времена мы таких пучок за «пульку» покупали! — Жестких быстро пришел в себя и понял, что главная опасность уже позади. К нему вернулась самоуверенность и властная осанка. Остальные члены Совета тоже словно стряхнули с себя минутное оцепенение — один вернулся за стол, другой закурил сигарету, третий уже вполголоса разговаривал с Константином, обсуждая версию отчета о происшествии.

Следственная группа прибыла быстро. Осмотрев метро происшествия, руководитель бригады, капитан-дознаватель по жесту командира храмовников прошел в один из домиков. Были они там недолго, но по возвращению следователь был на удивление сдержан. Он не задал ни одного вопроса, сбросил на свой КПК отчеты, набранные всеми свидетелями, не отказался от бокала вина, предложенного Владимиром Жестких, выкурил с ним сигару, пожурив на манеру ее прикуривать, и, собрав группу, которая и без того не отходила от автомобиля, отправился обратно в Восточно-Сибирск.

— Все будет в порядке. Мы обсудили варианты с капитаном, и сошлись на оптимальном. Владимиру предъявят обвинение в неосторожном обращении с оружием. За это полагается штраф от пяти до пятидесяти гражданских пайков. Я убедил следователя, что умысла причинить вред пострадавшей у Вас не было, поэтому, если добавить свидетельство о том, что ее семье будет выплачена дополнительная компенсация сверх положенной по закону, суд не будет заносить данные о происшествии в личное дело. — Константин довольно улыбнулся советнику. — Но больше я вас попрошу не стрелять сегодня. Мне договоренность обошлась в десять пайков.

— Понимаю. — Жеских не торопясь запустил левую руку за пазуху и вытащил маленький стальной пенальчик. Щелкнула крышка, и Константин с удовольствием увидел внутри три десятка золотых «пулек», заботливо уложенных в черный бархат. Увесистая коробочка целиком перекочевала к полковнику, который заботливо упрятал ее в нагрудный карман разгрузочного жилета.

— Молодые люди, — Советник обернулся к супругам, которые молча наблюдали все происходящее, — Присоединяйтесь к нам, что вы словно чужие? — Алексей спрятал КПК, который предъявлял следователю и с улыбкой подошел к Жестких.

— Если Вас часом ранее не пристрелили, это не значит, что Вас ценят, — Сказал он едва слышным шепотом. Советник его, однако, услышал и замер с приоткрытым ртом.