Виктор Буркон - Фатум (СИ)
— Давай-ка лучше подсоби мне, — велел он.
«Вот ведь человек странное создание, — глядя на равнодушие мясника, подумал Дамир. — Ко всему он может привыкнуть, даже к такому!»
С трудом поборов тошноту, Дамир помог напарнику завернуть тела в обрывки старых тряпок. Затем они аккуратно положили мертвецов в корыто со свернувшейся кровью и, взяв его с противоположных концов, побрели обратно.
Вернувшись к могиле, они увидали там местного деда, хорошо знакомого Дамиру ещё со старых времён. Тот, похоже, случайно натолкнулся на свежевырытую яму и заинтересовался её предназначением.
— День добрый, сынки, — поздоровался старик. — Никак покойника несёте?
— Здорово дедуль, помнишь меня? — поприветствовал его Дамир.
Старик удивленно уставился в лицо Сису, затем всплеснул руками и радостно затараторил:
— Ужель Дамирка? Когда ж ты вернулся, шалопай?
— Вчера ещё, хотел зайти да сам видишь, не до того было, — кивнул Дамир на едва прикрытые тряпками тела.
— Ох, боги милосердные! — испуганно пробормотал дед, увидев, как обезображены трупы. — Опять началось?
— Похоже на то, — подтвердил Дамир.
— Больно ты разговорчивый стал, — перебил его Рутгер. — Держал бы язык за зубами!
— Ладно тебе, дед Волан свой человек, — успокоил Дамир. — И он об этом деле поболе твоего знает.
— С чего ты взял? — не поверил Рутгер.
— Так ведь не в первой такое творится, — вмешался в разговор старик. — Проклятье это! Все местные о том ведают.
— Чего ты брешешь старый? — опять не понял Рутгер.
— Говорю же, порча на деревню наведена, — терпеливо повторил дед Волан. — Кто ей поддастся, в зверя лютого обращается и на людей нападает. Теперича держите ухо в остро, любой злодеем оказаться может.
Услышав последнюю фразу, Дамир несогласно покачал головой:
— Тут ты дедуль неправ! — возразил он. — Этих двоих наверняка прирезал тот сопляк, что сейчас у тебя на постое. Он ведь припадочный!
— Не, — отмахнулся дед. — Горячка у паренька, самая обыкновенная.
— Самая обыкновенная? — переспросил Дамир. — Это вряд ли! Видел бы ты, что он вчера вытворял. Набросился на меня ни с того ни с сего, и чуть не прикончил. Такое бешенство спроста не бывает!
Дед внезапно посерьёзнел и, проведя рукой по окладистой бороде, задумчиво пробормотал:
— Кажись, парнишка обокрал кого-то и теперь совестью мается. Всю ночь вчера метался, прощения просил да золото какое-то вспоминал.
«Так вот оно что, — сообразил Дамир. — Сопляк проиграл чужие деньги, а теперь страдает, не зная как вернуть долги. Так ему ублюдку и надо!»
Тут Сису злорадно усмехнулся. Приятно всё-таки, когда у твоего недруга дела обстоят намного хуже, чем у тебя! Но радовался Дамир совсем не долго — старик вернул его с небес на землю:
— Бежать вам надо! — забормотал дед Волан. — Бежать да побыстрее!
Услышав его, Дамир помрачнел. Бежать говоришь, да если б ему не помешали, он был бы уже далеко отсюда! А теперь…
«Но дед-то прав! — взял себя в руки Сису. — Не получилось один раз — не беда, просто нужно попытаться ещё. Например, ночью, когда рыцарь уснёт».
От этой мысли Дамиру полегчало. Конечно, ориентироваться на болоте в темноте будет трудно, но он должен с этим справиться.
«Точно! Сегодня же попробую», — решился он.
Остаток дня Дамир провёл как на иголках, пугаясь каждого взгляда Клода Д'Эфле. Ему отчего-то казалось, что рыцарь непременно догадается о побеге и остановит его. Но вот, наконец, наступил вечер, ополченцы стали разбредаться по своим берлогам. Дамир вместе с рыцарем и мясником ночевал в заброшенной избушке на самом краю деревни. По установленному распорядку, они теперь спали по очереди: пока один отдыхал, двое других бодрствовали, приглядывая друг за другом, так что сбежать, в любом случае было не так-то просто. Однако удача в этот день, похоже, была на стороне Сису и жребий спать первым выпал Клоду Д'Эфле. Когда тот ушёл на боковую, шансы Дамира резко возросли, ведь единственным препятствием на пути к свободе стал мясник.
«Рутгер уже немолод и намаялся за день. Наверняка скоро задремлет, — успокоил себя Сису. — Нужно просто подождать и всё получится».
Так и случилось: спустя примерно час мясник начал тихонько похрапывать, а ещё через десять минут Дамир шагал прочь от ненавистной деревни.
* * *Ночь на Оманских болотах оказалась крайне неуютной. С наступлением сумерек эти места стали напоминать непроходимый лабиринт. Куда не посмотри, взгляд упирался в темную массу невысоких зарослей или терялся в сгущавшемся над поверхностью воды призрачном тумане. Под ногами всё время хлюпала густая жижа, а по лицу хлестали длинными ветками невидимые в темноте деревья. Но хуже всего было другое: все знакомые ориентиры пропали во мраке, Дамир то и дело сбивался с пути, застревая в каких-то кустах или проваливаясь по колено в вязкую трясину. Он быстро промок и промерз до самых костей.
«Идти по болотам ночью было не лучшей моей идеей, — наконец, признал он.
— Кажется, сейчас я окончательно заблудился».
Выглянувшая из-за туч луна подтвердила его самые мрачные опасения: всё это время он ходил кругами и теперь, среди зарослей вновь показался островок сухой земли, на котором стояла проклятая деревня.
«Чёрт! Всё было зря! — понял Дамир. — Скоро утро, а я по-прежнему здесь!»
Он остановился, пытаясь сообразить, что делать дальше. Возвращаться обратно не хотелось, а блуждать по окрестностям было явно бессмысленно. Оставалось дождаться утра и уж потом спокойно уйти отсюда. Мысль-то была хорошей, но Дамир совершенно не представлял где можно скоротать оставшееся до рассвета время. Он так и стоял в нерешительности, когда вдруг заметил неподалёку тёмную фигуру. Какой-то человек, согнувшись в три погибели, нёс на спине что-то большое и видимо тяжёлое. При этом он двигался легко и на удивление быстро.
«Убийца! Кто же ещё станет бродить по ночному болоту? Это точно убийца, а несёт он очередного покойника!» — мелькнула в голове Дамира страшная догадка.
Смертельный ужас впился невидимыми когтями в его сердце. Не помня себя и не разбирая дороги, Сису бросился обратно к деревне. Там всё же были люди, нормальные живые люди. Они спасут его, они ему помогут! А здесь, на болоте, смерть, жуткая отвратительная смерть в человеческом обличье.
Дамир мчался со всего духу, не оглядываясь и не сбавляя темп, пока, наконец, не оказался на пороге той самой избушки, откуда незадолго до этого так мечтал сбежать. Рванув на себя дверь, он закричал:
— Я видел убийцу! Кажется, он нёс труп! Вставайте!