Джон Стит - Гость

Элис еще замедлила движение каната, и через пару минут вся команда собралась вокруг темной дыры.

Первой нарушила молчание Люси:

— Удивительно. Здесь нет никакой более-менее заметной радиации. Этот материал биолюминесцентный. Если это так, то наше предположение, что Канталупа омертвела миллионы лет назад, летит к черту.

— Значит, это все-таки большой органический звездолет? — спросил Роберт.

— Очень интересная теория, — ехидно заметила Люси.

— Почему же мне нельзя выдавать идеи? — хмыкнул доктор. — Если вы точно знаете, с чем мы имеем дело, то, пожалуйста, просветите нас всех. Я думаю, что если нужно десантировать в Солнечную систему кучу народа, то куда эффективнее создать один гигантский корабль, чем плодить тысячи обычных, каждый из которых требует своей энергетической установки, систем жизнеобеспечения, связи и всего остального. Кроме того, при допустимых габаритах именно сфера имеет наибольший объем по сравнению с другими геометрическими телами. И неспроста здесь такой толстый внешний слой — это защитная оболочка, для которой не страшны ни радиация, ни другие космические коллизии.

— Значит, по-вашему Канталупа — космический корабль? — спросила Люси. — Или криогенная кладовая для целой популяции?

— Мне кажется, равно, вероятно, и то, и другое.

— Но если это действующий звездолет, — рассудила Элис, — тогда почему никто не обращает внимания на наше присутствие?

— Наверное, все мертвы, — предположил Роберт. — А может, функционируют только некоторые части Канталупы, и мы просто не знаем, в каких местах еще теплится жизнь. Мне же кажется, что эта шахта, каковы бы ни были причины ее появления, нанесла последний удар по всей популяции Канталупы. В крайнем случае, нам просто не дано увидеть и услышать этих таинственных «кроликов».

Пока шла дискуссия, Дарен устанавливал еще один ретранслятор, на этот раз на дне тоннеля.

Рассеянно следя за действиями Дарена, в разговор вступил Карл Стэнтон.

— Если вы хотите, чтобы система продержалась долго, вы должны дать ей способность к самоподдержанию. Конечно, можно построить корабль со множеством дублирующих систем, но нет ничего лучше, чем механизм, полностью созданный из органики. Представьте себе столкновение с другим телом или внезапный удар противника. Там, где обычный звездолет не выручат ни дублирующие системы, ни героизм экипажа, Канталупе достаточно зализать раны и нарастить новые ткани с метр-два толщиной. Если органический корабль построен грамотно, и, главное, найден подходящий источник энергии, то такая система в идеале вечна.

— Но где же тогда этот источник энергии? — не унималась Люси.

Карл пожал плечами, словно в темноте кто-то мог видеть его жест.

— Может, так и есть, а я лично в этом не сомневаюсь, — ответил он, — что Канталупа впитывает энергию от звезд, которые встречаются на ее пути.

— Послушайте, метрах в пятнадцати выше мы пропустили еще один вход в тоннель. А что, если… — Люси не закончила.

Воцарилось дружное молчание. Все запрокинули головы вверх. Карл, ни с кем не советуясь, сильно оттолкнулся от поверхности и через несколько секунд оказался на краю отверстия. Он чуть было не потерял равновесие, но, к счастью, вовремя ухватился обеими руками за боковые стены.

— Что, что вы там видите? — наперебой стали спрашивать коллеги.

— Во-первых, тоннель очень резко уходит вниз. Его наклон никак не меньше сорока пяти градусов, У меня такое впечатление, что луч моего фонаря во что-то упирается.

Наступила долгая пауза. Очевидно, Карл рассматривал препятствие.

— Роберт, — наконец обратился он к доктору. — Кажется, я все больше и больше начинаю понимать в анатомии. Представьте, тоннель загорожен какой-то пробкой с отверстием посередине. Это напоминает холестериновый тромб в артерии человека. «Тромб» довольно толстый, а отверстие представляет собой конус, который расширяется в мою сторону. Интересно, какая субстанция шныряла туда-сюда по этой артерии: газ или жидкость? Если эти тоннели — катакомбы для «кроликов», то для чего им еще устраивать себе лишние препятствия? Должен заметить, что сам «тромб» состоит из материала, похожего на слежавшуюся из опавших листьев массу. Я непременно возьму с собой несколько образцов. Больше здесь нет ничего интересного.

Секунд через двадцать Карл благополучно возвратился в круг друзей.

— Ну, а теперь вниз, — скомандовала Элис.

Новая, более узкая шахта не давала пищи для размышлений, пока вновь не послышался голос Элис Нассэм.

— Снова вижу свет. Теперь-то он, кажется, точно отраженный.

Неожиданно в микрофоны ворвался голос капитана Фернандеса:

— Мы внимательно следим за всеми пара- метрами, которые передают нам ваши камеры. Должен сообщить, что свечение, замеченное Элис, имеет удивительный спектр. Не приближаетесь ли вы к инородному для Канталупы телу?

Карл почувствовал, как бешено заколотилось его сердце.

Постепенно канат притормозил свой бег, и Элис, подняв голову, сказала:

— Мы, кажется, у настоящей цели.

Взглянув наверх, Элис увидела вереницу огней и, благодаря особенностям своего зрения, кусочек звездного неба. «Интересно, в какую переделку мы теперь лезем?» — подумала она. До красноватого свечения оставалось метров тридцать… Пятнадцать…

Внезапно внизу Элис увидела еще одно отверстие, из которого, собственно, и исходило свечение… Десять метров… Элис до предела снизила скорость спуска. Отверстие под ногами оказалось не идеально круглым — его словно кто-то неаккуратно вырезал кухонным ножом. В новую шахту вполне мог вползти человек, облаченный в скафандр, но не могло быть и речи о каких-то активных действиях.

— Шахта снова сужается, — объявила Элис своим товарищам. — Думаю, я смогу пролезть в эту новую дыру. Если со мной что-нибудь случится, то, надеюсь, Карл не растеряется.

Элис несколько раз глубоко вздохнула и возобновила медленное движение вниз. Ее скафандр был изготовлен из очень прочного материала, но и он не смог бы выручить, если бы неровные края оказались острыми, как лезвие бритвы.

Вскоре Элис исчезла из вида товарищей. До красноватого дна оставалось четыре или пять метров. «Похоже на расплющенное пушечное ядро», — думала Элис, рассматривая странный объект. Над ее головой, поравнявшись с отверстием, висел Карл Стэнтон.

Снижение продолжалось. Когда Элис почти коснулась дна. Карл с головой погрузился в узкую шахту. Стены этой шахты ничем не отличались от стен наверху, а дно напоминало кратер, образовавшийся на верхушке подгоревшей свечи.