Леонид Турбин - В погоне за быком (СИ)

Ему нравилось наблюдать за работой этой неуёмной парочки. Те всегда были настолько увлечены своими разработками, что порой не замечали течения времени. Вот и сейчас, скорее всего, спать они так и не ложились, а работали здесь всю ночь. Наото заметил Сергея и приветственно помахал рукой, в которой был зажат карандаш. Скелет помахал в ответ, но долго задерживаться не стал и направился в ангар.

В ангаре хранилось всё необходимое оборудование — начиная от различных детекторов и заканчивая огромными ящиками с невесть каким оборудованием. Что в этих ящиках — он не знал, хоть и очень хотелось. Но уровень доступа не позволял открыть электронные замки и удовлетворить своё любопытство. Всё было старательно разложено по своим полочкам и ящичкам. На каждом ящике — замок, открывающийся единым чип-пропуском сотрудника. В зависимости от доступа, открывались те или иные ящики, и сотрудник брал нужное ему оборудование.

Он подошёл к боксу хранения скафандров и защитных костюмов, и поднёс свой пропуск к сканеру замка. Тот утвердительно пискнул, и в боксе зажёгся свет. Скелет потянул за ручку — дверь с шипением открылась, зажужжала система автоматической подачи, и из глубины бокса на вешалке выехал экспериментальный КПСУ-3М, по внешнему виду напоминающий нечто среднее между сталкерской «Зарёй» и скафандром космонавта.

Этот экспериментальный «костюм подводный специальный универсальный — 3 модернизированный», сокращённо КПСУ-3М, ещё не имел собственного имени и являлся детищем инженерной мысли конструкторов и учёных МИАнИ. Полностью герметичный водонепроницаемый комплект с защитой от радиации, химического, биологического, электрического и пси-воздействий. Для использования под водой в нём предусматривалась установка кислородных баллонов с запасом воздуха на три часа. Плотная ткань с прорезиненной и кевларовой прокладками обеспечивала приличную защиту от механического воздействия, однако защиту нельзя было делать очень прочной, иначе вес костюма переходил предельные нормы для подводного плавания. В общем, КПСУ-3М — компромиссный вариант между аквалангом, бронежилетом и костюмом общей защиты, и в целом подходит для условий Зоны.

Повесив халат и бокоши на вешалку, Скелет стал одевать КПСУ — блестящий «скафандр» плотно облегал тело даже поверх «термобелья». Открыв ящик дополнительного оборудования под вешалкой — там лежали ласты и кислородный баллон.

— Хорошо, что сейчас их тащить не придётся, — подумал он и закрыл ящик.

Каждому научному сотруднику в ангаре был положен шкаф с личными вещами, Сергей не был исключением — на дверце шкафа красовалась его фотография в акваланге, сделанная много лет назад во время одного из отпусков у моря. Открыв дверцу, он стал собираться — детектор аномалий, счётчик Гейгера, берцы, рюкзак, бинокль, контейнеры для артефактов. Правда в последние пару месяцев ему так и не попалось ни одного нового артефакта — но два контейнера у него всегда были с собой — на всякий случай. Ну и, конечно, контрольно-измерительный КИСНВЧ — записывать показания флеш-карт с датчиков.

Здесь же в шкафу было и его личное оружие — полуавтоматический дробовик Вепрь-02-А, внешне похожий на автомат Калашникова. Там на «большой земле» — оружие поддержки министерства внутренних дел. В Зоне особого распространения не получил — из-за габаритов и веса, однако Скелет предпочитал именно его за универсальность — восемь патронов двенадцатого калибра в магазине, причём боеприпасы могут быть как 70-мм с гильзой, так и 76-мм Магнум без дополнительных регулировок. Длина же с разложенным прикладом — один метр тридцать сантиметров. Для удобства использования — оснащается тактической рукоятью. Ещё один большой плюс — большая убойная сила. В качестве личного оружия самообороны от всяких нежданных гостей — «Вепрь» Сергея вполне устраивал. Когда предстоит какая-нибудь серьёзная вылазка в Зону или поход больше чем на пару часов, то научные сотрудники выходят только в сопровождении либо из числа наёмных сталкеров, либо из ЧОП-ов, охраняющих периметр «Нео-Век».

Сейчас выходить особо далеко не предстояло — обойти урочище, где стоят два датчика электромагнитных волн, и дойти до окраины Разъездного — там стоит датчик пси- и дельта- излучений. Пока эти датчики не заменят на более новые, которые сами раз в сутки сбрасывают показания на терминал слежения — кто-нибудь должен приходить и забирать данные самостоятельно.

Если в районе урочища обстановка довольно тихая и спокойная, то на окраине села бывает неспокойно — сказывается наличие поблизости бывшего склада химических удобрений, который облюбовали мутанты как укрытие от выброса. Но охрана без дополнительной оплаты категорически отказывается сопровождать учёных к окраине Разъездного.

Разместив все детекторы и оборудование на поясе, Скелет рассовал две заряженных обоймы в боковые карманы, а запасную упаковку двенадцатого калибра кинул в рюкзак. Повесив «Вепря» на шею, он закрыл шкаф и вышел с ангара. Японцев в лаборатории уже не было, поэтому Сергей сразу пошёл на выход.

— На замеры? — Петрович безучастно окинул взглядом Скелета.

— Дядька, а то ты не знаешь… — ответил тот, закрывая защитное стекло гермошлема.

— Ну, удачи, — Петрович сладко зевнул и потянулся.

Входная дверь промежуточного модуля зашипела и медленно исчезла в потолке — за ней был шлюз-коридор и ещё одна дверь, которая уже и выходила наружу.

Гермошлем включился — тихонечко зажужжала система фильтрации скафандра, синими буквами экрана на стекле стартовала система автономного жизнеобеспечения и информации, сокращённо САЖИ, выводя параметры окружающей среды, состояния скафандра и биометрические данные самого Сергея. Пока САЖИ загружалась, Скелет успел пройти по коридору и выйти на улицу.

Восходящий диск солнца отсвечивал верхушки деревьев, выходивших из серебристо-молочной дымки ночного тумана. Покрытая росой трава блестела под ногами тысячами мелких алмазов, а редкие для Зоны цветы в ожидании дневного тепла раскрыли свои бутоны. Стая ворон чёрной тучей поднялась над урочищем и взмыла высоко в небо.

— Красота, — подумал Скелет, — сегодня должно быть спокойно…

За воротами комплекса раскинулась большая поляна, изрезанная тропинками, расходившиеся от ворот в разные стороны. Эта поляна хорошо просматривалась и простреливалась с вышек.

«Вы покинули пределы лабораторного комплекса «Нео-Век» — красными буквами на стекле безразлично констатировала система. Но Сергей уже давно не обращал внимания на это предупреждение — далеко не в первый раз покидает комплекс. Он вышел на знакомую тропинку, ведшую прямо в урочище. САЖИ регулярно измеряла показания и отображала их на стекле гермошлема в виде таблички из двух колонок: показатель — значение. Пока все показатели были в норме и отображались зелёными цифрами, лишь один был слегка оранжевым — уровень радиоактивного излучения — немного выше нормы, но до критического уровня ещё очень далеко. Пока что только это напоминало Скелету о том, что за пределами скафандра всё же Зона со всеми её «прелестями».