Вячеслав Лавров - Петля для мага
По толпе прокатился одобрительный ропот, и, как по команде, вперёд выступили жрецы. Всё действо напоминало хорошо отрежессированный спектакль, но Роман знал, что чудо явления Праматери не было запланировано и произошло впервые с тех пор, как народ му ушёл с Земли.
Первым подошёл самый младший — Одиннадцатый из одиннадцати. Приблизившись к краю площадки, он положил на второе возвышение простенький браслет из бус, сделал шаг к Роману и осторожно поцеловал его ногу рядом со знаками. Проделав всё это, жрец, пятясь, вернулся на своё место.
Процедура повторилась ещё десять раз, вот только Первый, закончив её, не вернулся на место, а поднялся на площадку и подошёл к Косте. Там он снял с себя камешек с дырочкой вроде тех, за которыми охотятся курортники на морском побережье, называя их «куриный бог», и одел на шею гостю. Точно такой же подарок получила и Варвара.
Жрец остался на площадке, а гости после неслышной команды Романа, ознакомленного с ритуалом заранее, спустились вниз и направились к выходу. Толпа расступилась, освобождая дорогу, но смотрели все на Первого.
Если внутри народу было очень много, то снаружи колыхалось просто море из человеческих голов. Казалось, все жители планеты явились к храму. Лестницы не было видно из-за человеческих тел, но и дальше подножие горы было покрыто сплошным шевелящимся ковром.
Роман решительно направился прямо в гудящую толпу, и повторилось то же, что и в храме: люди, не оборачиваясь, расступались перед ними, но продолжали смотреть в небо над лесом. Там, как на большом экране, было видно всё, что происходило в храме и лемурийцы с жадным интересом внимали зрелищу.
Впервые они увидели женщин — лемуриек. Те были одеты более изящно, чем мужчины: в цветные подобия платьев, и украшены разноцветными сверкающими на солнце камнями. Детей не было видно.
— И правильно, — ответила своим мыслям Варя, — что делать малышам на этом сборище?
— Что ты имеешь в виду? — спросил Костя (способности к телепатии исчезли, как только они покинули храм).
— Детей не взяли, говорю, и правильно сделали, — повторила Варя. — Чего мучить их на солнце да ещё в такой толпе?
— Не совсем так, — вмешался в разговор Роман. — Дети здесь большая редкость. Ребёнка разрешается заводить, только если умер кто-нибудь из рода, а это событие почти уникальное.
Внизу найти свободное место было тоже практически невозможно, поэтому пришлось стартовать прямо из толпы. Набрав высоту, они полетели правее, чем нужно, облетая кинотеатр под открытым небом.
Аристарх встречал их во дворе, развалившись прямо в траве у амбара.
— Давно я так не отдыхал, — сказал он, вставая и потягиваясь. — Ну, прямо курорт. Вы там давайте, подкрепляйтесь. Да и домой пора.
Но так просто ему отделаться не удалось. Даже у всеведущего Романа накопилась куча вопросов, чего уж говорить о любопытной журналистке и любознательном учёном.
Они выволокли стол и скамейки во двор, собираясь обедать на свежем воздухе, а маг, перекусивший до этого, снова сел в тень амбара, прислонившись к стенке.
— Что это было? — сходу взяла быка за рога Варя, когда они расселись за столом, причём все по одну сторону так, что Аристарх оказался перед ними, как артист на сцене.
— Так они, как увидели символы на Романовой ноге, точно сдурели, — начал рассказывать маг. — Тысячи лет ни ответа, ни привета, и вдруг — весточка. Мне даже взятку предлагали, чтобы я заманил Ромку сюда.
— И ты взял? — вспыхнул от возмущения Роман, задетый тем, что стал предметом торговли.
— Взял бы да нельзя, — вздохнул Аристарх. — Знал, что их помощь понадобится. А так и дело сделал, и они у меня вроде, как в долгу. Жизнь длинная — пригодится.
— Значит Ромка вроде мессии? — спросил в свою очередь Костя.
— Эко хватил, — Аристарх издал что-то вроде короткого смешка. — Скорее вроде открытки. Уж чего они прочитали на его ноге, не знаю. Никто не сможет это разобрать, если не ему предназначено, но разволновались очень сильно.
— Так мы наблюдали сегодня возвращение блудной матери? — высказала предположение Варя.
— Ты с такими вещами не шути, — вмиг посерьёзнел Аристарх. — Можно не только голову потерять.
Напряжённое молчание, повисшее над двором, развеял Роман.
— Подарками нас сегодня просто засыпали, — сказал он, обращаясь к магу и поднимаясь из-за стола. — Вещи наверняка полезные, но инструкций, как применять, не дали.
— Сиди, сиди, — Аристарх, ловко оттолкнувшись от стены, одним движением встал на ноги, — подойду, не барин.
Он подошёл к столу и взял пакет с Романовыми подарками.
— Не пожадничали ребята, — одобрительно хмыкнул маг, перебирая вещички похожие на товары из дешёвой сувенирной лавки. — Какой-нибудь колдун за каждую из них душу продаст.
— А толку, если я не знаю, что с ними делать? — недовольно пробурчал Роман.
— Тут ничего и говорить не обязательно, — туманно пояснил Аристарх. — Домой вернёмся, одевай всё — когда надо сработает.
— Как это у тебя получается? — удивилась Варя. — Уже полчаса нам мозги пудришь, а так никому ничего и не ответил.
— Ответил, — усмехнулся маг. — Раз вопросы кончились, значит ответил. Смотрю, поели — пора и домой собираться.
— Ещё один вопросик можно, — Костя, как школьник, поднял руку.
— Задавай, — кивнул ему Аристарх.
— Наши камушки для чего предназначены? — Костя быстренько снял с шеи и протянул ему куриного бога.
— Сработают в минуту крайней опасности, — констатировал маг, осмотрев подарки Первого.
— Как? — голоса Вари и Кости сплелись в хор.
— Сами увидите, — ответил Аристарх в своей манере. — Пресс-конференцию объявляю закрытой, через полчаса отбываем домой.
Недаром говорят, что голому собраться — только подпоясаться. Через час все четверо под предводительством, явившегося в последнюю минуту Аксиса, стояли на вышке перед входом в Костину квартиру.
Первым, как всегда пошёл Аксис, за ним Варя и Костя. Перед тем, как Роману войти в проход Аристарх попросил его взяться за ремень на поясе мага, а сам ухватился за широкий кожаный Вранглер Романа и что-то быстро прошептал.
Роман шагнул вперёд, стараясь не повалить Костин велосипед, и вдруг понял, что попал куда-то не туда.
— Что это за фокусы? — спросил он, появившегося следом, Аристарха.
— Я тут не при чём, — ответил маг, озираясь. — В последнюю секунду захотелось мне связать нас узами «иголка с ниткой». Не спрашивай почему.
Перед ними высился обрыв чёрной скалы, отсвечивающий красным светом багряного неба. Тревожные эти цвета давили на психику, как бы говоря: «Попался брат».