Черил Фрэнклин - Инквизитор

— Талия не имеет понятия о времени, — заметила Гиса на бэйсике Консорциума со своим шепелявящим акцентом. — Вы выглядите крепким.

— Как и вы, — вежливо ответил Джейс, но машинальный комплимент вышел вполне искренним. Хотя Гиса выглядела очень хрупкой, тренированное Сессердой восприятие безошибочно подмечало силу деетари. В предыдущие спаны Джейс никогда не замечал интенсивности обмена веществ, свойственной этому виду. Обострение наблюдательности вернуло его к действительности.

— Почему вы вернулись? — спросила экономка.

— Счастлив снова видеть вас, Гиса.

— Моя кузина предупреждала меня о неожиданных переменах в этом месяце. Она отличная предсказательница.

— Верно, помню. С ней все в порядке?

— Да. Почему вы не ответили на мой вопрос?

— Потому что мне нравится вас дразнить, — отозвался Джейс и коснулся запястьем локтя Гисы. Она хлопнула в ладоши — этот жест считался у деетари выражением кокетства. — Возможно, я вам отвечу, — засмеялся Джейс, — но сначала мне нужно поговорить с Калемом. Он ожидает своего инквизитора.

Круглые глаза Гисы блеснули.

— Инквизитора?

— Сейчас я здесь в этом качестве. — Джейс постучал по груди. — Теперь меня зовут Джейс Слейд. Я не тот, кем вы меня помните, Гиса.

— Я слышала, что вы умерли.

— Значит, вы слышали только часть правды.

Гиса кивнула, словно воскрешение из мертвых было обычным событием в контексте мистицизма деетари.

— Калем сейчас беседует с отцом. Вы не должны их прерывать.

— Тогда я подожду, — кивнул Джейс. Голос, движения и поведение Гисы вместе с другими факторами, которые могли описать словами только калонги, свидетельствовали о ее беспокойстве. Джейс быстро обследовал ее одним весьма специфичным способом калонги, который он усвоил ценой потери многих качеств соли. — Больше я не стану мешать вашей работе, — пробормотал он. Его встревожило, но не удивило, когда Гиса без единого слова поспешила прочь. Он прочитал в ее душе страх.

Гиса стояла у кухонной двери, нервно потирая локти. Вошла Талия, напевая деетарийскую песню воспоминания.

— Ты ожидала его? — осведомилась Гиса, отворачиваясь от сада.

Талия перестала петь и рассеянно посмотрела на Гису.

— Я говорила тебе о человеке, родившемся заново. — Она стала собирать посуду к ленчу, вновь заведя свою песню.

Гиса постаралась подавить гнев. Сердиться на Талию было бесполезно. Подобно многим прорицательницам-деетари, Талия жила в своем собственном мире. Пытаться понять ее пророчества, как правило, было слишком трудным занятиям, но в последнее время знамения стали чересчур зловещими, чтобы их игнорировать.

Тарелки бились с каждым из семи последних рождений меньшей луны. Листья бархатного дуба, древнее орудие проклятия деетари, появлялись в кувшинах и котлах, хотя их вообще было невозможно найти на Стромви. У мисс Риллессы развилась эта странная болезнь, и теперь она жила в трансе, словно одержимая демонами.

Кузина Эвия не могла объяснить эти знамения, но посоветовала готовиться к грядущим переменам. А теперь Сквайр воскрес из мертвых как раз после того, как Талия впала в пророческий экстаз.

— Что должно последовать за прибытием человека, родившегося заново? — терпеливо спросила Гиса.

— Буря, — ответила Талия, не прерывая своего занятия.

— На Стромви не бывает плохой погоды. Что означает буря?

Талия расставила на столе хрустальную посуду и начала перекладывать ее в соответствии с ведомым только ей порядком.

— Исполнение страшного проклятия, — мягко просвистела она, — наложенного на предателя и тех, кто служил ему.

— Какого еще проклятия? — начала Гиса, но обе женщины-деетари умолкли, так как Бирк Ходж вышел из тенистого холла.

— Приготовь стол в патио для ленча, Талия, — резко приказал он. Талия молча уложила посуду на поднос и понесла его мимо Бирка в холл. Гиса поклонилась и последовала за Талией. Бирк поднял руку, преграждая ей путь. — Ты забыла, почему служишь мне, Гиса? Я сообщил тебе о смерти твоей сестры, которая жила среди непризнающих закон, и это дало тебе возможность совершить заупокойный обряд. Ты поклялась служить мне.

— Служить — цель жизни деетари, — гордо ответила Гиса.

— Если ты и Талия нарушите мне верность, пострадает весь ваш народ. Мое проклятие пересилит все остальные, и только я могу вас спасти. Понятно?

— Знамения предвещают зло.

— Зло свершится, если ты предашь меня. Повинуйся мне, и я уберегу твой народ от беды.

Гиса нервно теребила браслеты.

— Я должна готовить для ленча.

— Еда подождет. — Бирк подтолкнул Гису к каменному рабочему столу и сердито уставился на нее, когда она села на плетеный тростниковый стул. — Твоя кузина — могущественная прорицательница, которая пользуется доверием вашего матриарха. Ты расскажешь ей о пророчестве Талии, а потом о моем пророчестве. Грядет буря. Я могу защитить твой народ, но чиновники Консорциума не должны вмешиваться. Калонги не понимают пророческой мудрости, и им нельзя позволить попасть на Стромви, пока не пройдет буря.

— Деетари служат прежде всего Консорциуму, — возразила Гиса, но ее страх усилился, так как Бирк Ходж говорил правду. Калонги не разделяли верований деетари.

— Я не прошу тебя причинить вред кому-нибудь из чиновников Консорциума. Ты просто защитишь наших товарищей по членству в Консорциуме от опасности, которой они не понимают. Ты можешь спасти их. Ни один чиновник не может добраться до Стромви, не остановившись сперва в порту Деетари. Поговори со своей кузиной.

— Я должна прочитать свои камни, — упорствовала Гиса, хотя она с детских лет редко пыталась советоваться с камнями, не находя особого утешения в кусочках минералов. Тем не менее она никогда не видела столько дурных знамений, как за последние несколько месяцев.

— Твои камни подтвердят мои приказы, — заявил Бирк. Резко повернувшись, он скрылся в лабиринте своего просторного дома.

Гиса нехотя встала и направилась к двери в сад. Небо было бледно-лиловым. Погода на Стромви была слишком благоприятной для бурь.

Нгина с удовольствием поддразнила Нгева, восхищаясь его мужественным обликом и замысловатой окраской, а он в ответ укусил ей шейную складку. Она бы продолжила игру, тем более что опасность быть обнаруженными усиливала приятное ощущение, но громкое щелканье ее отца напомнило Нгеву о его обязанностях. Когда молодой стромви спешно вернулся к работе, Нгина разочарованно вздохнула. Как ей удастся заполучить партнера, если ее почтенный отец отпугивает всех подходящих кандидатов?